Ночная таксистка - Олеся Шалюкова

— Привет, — сказал он, отлипая от стены.

Ева нервно кивнула.

— Привет.

— Не рада меня видеть?

— Еще не поняла.

— Вот как, — кивнул задумчиво Денис.

Со времени своей смерти он даже не изменился…

— Ты вообще живой? — вырвалось у сирены.

Мужчина передернул плечами.

— Скорее да, чем нет. Ощущаешь раскаяние?

— Нет. Скорее мне жаль, что я не сделала этого раньше, — вернула «шпильку» девушка.

— Даже так, — некромант усмехнулся. — Ну, пойдем что ли?

— Куда?

— Ты замерзла. Ты ушла из гостиницы сразу же, как приехала. А это значит, что ты невероятно устала и тебе очень холодно. Раньше я подошел бы к тебе ближе, обнял бы, согревая своим теплом. Каждый пальчик твоих ладоней согрел бы своим дыханием. Затем…

— Хватит, — на лице Евы не дрогнул ни один мускул. — На меня это уже не действует.

— То-то я смотрю, — вздохнул Денис. — Как была белая, как смерть, так такой и осталась. Что это с тобой?

Сирена растерянно улыбнулась.

— Ты знаешь, наверное, твое предательство убило все, что я к тебе испытывала. Выжгло изнутри и развеяло ветром.

— Тогда зачем ты приехала?

— Чтобы найти то, что потеряла.

— Если ты имела в виду «кого», а именно свою тетку, то можешь забыть о ней. Лучше навсегда.

— Это еще почему?

— Она больше не человек, — отозвался равнодушно Денис. Затем взглянул на часы. — Ну что, прогуляешься со мной до кафе?

— Нет.

— Что же, не буду тебя уговаривать. Через сорок минут на вокзале остановится скорый поезд. Приедут последние фигуры, и можно будет начинать. И имей в виду, в следующий раз мы встретимся уже врагами.

— А сейчас разве мы друзья?

— Нет. Мы просто фигуры на одной стороне доски, — пояснил некромант. — А вот в следующий раз, если не принесешь пользы, я тебя убью.

— Ты все-таки решил, что убьешь меня, — улыбнулась Ева.

— Да, — кивнул Денис и улыбнулся в ответ.

Сирена вздрогнула и попятилась. Этот мужчина и улыбка были слишком далеки друг от друга, чтобы она не испугалась.

— Что ж, — справившись с собой, заговорила Ева. — Ты попытаешься меня убить. А я попытаюсь убить тебя. Все просто.

— Ага, — некромант посмотрел на часы. — Ладно. Я отправлюсь по своим делам. До скорой встречи, малышка.

— До скорой… встречи.

Денис усмехнулся и двинулся к выходу из переулка. Уже перед тем, как растаять в толпе, он повернул голову.

— А про девчонку, с которой все началось, забудь. Она обычный человек. Начала коррекцию памяти. Адью, малыш.

Ева молчала. Стоя посреди грязного переулка, она в который раз спросила себя, что делает в этом городе, где воздухом можно отравиться просто потому, что где-то в этом городе им дышат те, кого она ненавидит всеми фибрами души?

Под ногами хрупал тонкий ледок… Ева брела в сторону гостиницы. Вокруг шли люди, но она никого не видела и не слышала.

Номер встретил ее теплом и Тишиной. Устроившись на кровати, девушка посмотрела на свое зеркало, уже повешенное на стену предупредительной обслугой гостиницы.

Отражение лениво приподнялось с кровати, помахало рукой.

— Нагулялась?

— Если можно назвать это прогулкой…

— Ах, ну да. Ты же отправилась искать ответы на свои вопросы. Что ты здесь делаешь. Что ты хочешь. Ну, как, нашла или нет?

— Нет. У меня нет ответов на эти вопросы.

— Что-то ты слишком грустная, — хмыкнуло зеркало. — Или что-то случилось?

— Случилось, — согласилась Ева. — Случилось. Я встретилась с Денисом.

— Оо… и ты при этом жива и вернулась в номер на своих ногах?

— Да. Он сказал, что игра еще не началась, вот только…

— Ой дура! — ахнуло зеркало. — Ева, да ты что? Ты поверила ему, что он тебя не тронул из-за того, что в городе нет кого-то из игроков?

— А разве не так? — сирена свернулась на кровати. — Не хочу, слышишь! Не хочу я знать, почему он меня не тронул и что именно он мне приготовил! Я лучше немного полежу и пойду… пойду за смертью той девчонки, из-за которой я все потеряла. Она теперь обычный человек. Но все равно. Да! Точно! Я знаю, зачем я приехала в этот город! За смертью этой девчонки! Возьму ее и успокоюсь, да точно!

Отражение посмотрела на Еву, по щекам сирены текли горькие слезы, и покачала головой:

— Послушай…

— Нет! Нет… я не хочу ничего слушать и слышать… Я хочу домой, — вытянувшись на кровати, Ева разрыдалась в голос. Тело содрогалось от внутреннего крика. — Не хочу! Я устала… от этих игр. Я просто хочу домой… Ну неужели это так невозможно? Я больше не могу! — крик вырвался из груди, заставляя резонировать стены.

А в следующий миг личное зеркало сирены взорвалось дождем радужных осколков.

* * *

Устроившись на диване, Илия с некоторой растерянностью смотрела на Сергея.

— Подожди, я, кажется, чего-то не поняла.

Астролог невесело хмыкнул.

— Ты знаешь, я тоже не понял, когда читал обстоятельства всего случившегося. Первая смерть произошла полгода назад. Из дома ушла и не вернулась семнадцатилетняя девчонка. Перед этим она поссорилась с родителями, и те решили, что дочь сбежала или к парню или к подруге. На следующую ночь, когда она все-таки дома не появилась, ее начали искать. Но девчонка как сквозь землю провалилась. Потом выяснилось, что в последнее время она не общалась ни со своим молодым человеком, ни лучше подругой. Пошло разбирательство, но концы были спрятаны в воду надежно, и дело обернулось пшиком и отправилось в число «глухарей». Прошло некоторое время — и очередная пропажа. Ученица консерватории возвращалась с занятий. До дома не дошла. Девчонке было четырнадцать лет. Соответственно, ни о каком молодом человеке речь идти не могло. К тому же у нее не было близких подруг. Но что самое главное, уже выходя из консерватории она позвонила домой и сказала, что идет домой. По дороге пропала.

У родителей оказазалось лостаточно влиятельные связи, и девочку немедленно начали искать. Впрочем, лучше бы они не начинали.

— Почему?

— Ребенка видел… бомж. Собирал бутылки и видел, как ее схватили три фигуры в черных балахонах с остроконечными капюшонами.

— Напоминает фильмы ужаса и сатанистов, — буркнула хмуро Илия.

— Не тебе одной, — кивнул Сергей. — Милиция отправилась на кладбище. Девочку нашли. Она лежала на алтаре, залитом кровью. И выглядела так, словно просто спит. Вот только стоило коснуться плеча «спящей», как она рассыпалась прахом.