Ой-ой-ой, домовой! - Галина Гончарова

– Есть конкретные предложения?

Таковых у брата Риса не было. Я махнула лапой.

– Ну и не валяй дурака. Ложись-ка ты спать, друг.

– Но…

– А что ты еще можешь сделать?

Этого брат Рис не представлял. Но вдруг?

– Тебе так хочется поговорить?

– Ну…

– Обещаю заглянуть в гости. Перед завтраком, хорошо?

На лице у хуртара было написано недоверие, но других вариантов не было. Пришлось помахать ему лапкой и отправиться к Керту.

Вот ведь…

Не повезло Рису. Я уже эфирент, я привязана к дому, так что воздействовать на меня крайне сложно. А была бы я кем-то другим, не домовым духом?

И заловил бы, и поиздевался всласть…

Надо ему завтра пакость подстроить, что ли?

Или не надо?

Человек на работе, человек дело делает, старается, упирается… он же не виноват, что я – такая. И наверное, привык к другим эфирентам, не к самым порядочным…

Мало ли что можно ожидать от незнакомого тебе эфирента? Там хоть кто и в чем клянись, не поверишь. Я вот притворюсь мирной и пушистой, а потом ка-ак обернусь песцом! Конечно, он должен был проверить и что, и как…

Не знаю.

Ладно, я подумаю, и может быть, не стану ему писать в ботинок. Если не обнаглеет.

* * *

Утро началось с возмущенного вопля. К нам в комнату ворвалась Колетт Дален.

Да, к нам. Потому что я спала на подушке у Керта и едва успела ссыпаться с нее, чтобы не спалиться. Нет, что эта дамочка себе позволяет?

– Что происходит, Керт?

Хуртар, отвратительно соображающий со сна, потряс головой.

– Не понял? Что происходит?

– Почему Рандан под замком?

– Почему Рандан под замком?

– Сколько можно повторять мои вопросы!? – озверела Колетт. – Мне ответы нужны!

Керт фыркнул. Потер лицо руками. И кажется, начал осознавать, что вокруг не сон, а реальность. Потом еще и прошлую ночь вспомнил.

– Ларра Дален, ничего, что вы меня разбудили?

– Мне это совершенно не мешает, – заявила ларра.

– А мне?

– Это меня сейчас мало интересует, – фыркнула ларра. – Ну так?

Керт вздохнул и полез из-под одеяла. Благо, спал одетым.

– Ваш дражайший братец вчера пытался убить Далини Верейль.

Колетт где сидела, там и рот открыла.

– Да… эту подстилку Эрарда?

– Абсолютно точно. И ребенка своего не пожалел.

– Ребенка?

Керт ухмыльнулся, глядя на растерянное лицо Колетт. А вот тебе за ранние побудки!

– Да, вы знаете, Далини была уверена, что ждет ребенка от вашего брата. Он тоже так думал…

– А… она и он…

Я с удовольствием наблюдала редкое зрелище. Колетт Дален, которой и сказать-то нечего. Керту надоело издеваться быстрее, и он махнул рукой. Ладно уж. Расспрашивать ее все равно надо, благо, сама пришла. Не ловить по всему дому.

– Вы хорошо знали жену брата?

– Алисин? Н-нет…

– Насколько – нет?

Колетт резко вскинула голову. И как ей это удалось так аристократически проделать, сидя в кресле? Даже не представляю!

– Алисин, хоть и стала женой моего брата, таки осталась тупой и ограниченной самкой. Разговаривать нам было не о чем, она у меня вызывала только отвращение.

– И вы не давали себе труда его скрывать.

– Я старалась, – потупилась Колетт.

Так себе и представляю это зрелище. Встречает Колетт брата с женой: «дорогой, я так рада тебя видеть, так рада, ах да, и вы тоже проходите… для вас есть место на конюшне».

Кажется, Керт представил себе примерно то же самое, потому что хохотнул.

– Думаю, Алисин вы не обманули.

– Я и не пыталась.

– Даже так?

– Когда Рандан женился, Алисин попробовала навязаться мне в подруги. Неудивительно. Они достаточно бедны, а я хорошо зарабатываю.

– Как это выглядело? – удивился Керт.

– Алисин приезжала и рассказывала мне, какая я замечательная.

– В этом она была права.

– Спасибо, Керт. Тем не менее. Потом она рассказывала мне, какая она несчастная. А потом говорила, что именно ей нужно для счастья. Платье, шляпка, поход по лавкам, погостить у нас дней десять…

Керт от души фыркнул.

– Неужели это хоть раз сработало?

– Хурта ради! Керт, кем вы меня считаете? Я не люблю пиявок в любом виде!

Керт в этом и не сомневался.

– Алисин быстро поняла, что крови не будет?

– Думаю, раза с третьего. Первый раз она расхвалила мой дом, но я их не пригласила. Потом мою шляпку. Я дала ей адрес мастера, но оплачивать заказ не стала. Третий раз это были туфли. Я отдаю старую обувь слугам, а эти туфли… так получилось. Они были новыми, просто я подвернула ногу и не могла их носить. Алисин попробовала воспользоваться случаем, размер у нас был один, правда, вкус разный.

– Получила отказ?

– И якобы сильно обиделась. Рандан пытался нас помирить, но бесполезно. Я попросила его пореже привозить жену ко мне, на том дело и кончилось.

– Был ли у нее шанс просмотреть ваши записи?

– Нет.

– Вы так уверены?

– Целиком и полностью… ладно! Ран женился на шлюхе. Но я никогда не доверяла тем, кто продается! Кто себя продает, тот и других продаст! И поэтому всегда запирала кабинет в ее присутствии. Моя работа – это деньги, есть люди, которые заплатили бы за мои записи…

– Понятно. А Рандан мог?

– Мог. Ему я доверяла. А он…

– Подозреваю, что да.

– Убью! – озверела Колетт.

– Придется подождать, у нас еще дознание не закончилось, – отказал Керт. – Теоретически, Рандан мог добраться до ваших записей.

– Да. Но разобраться? Даже не знаю…

Женщина серьезно задумалась.

– А с этого места подробнее?

Все равно расспросить Колетт требовалось. Как ни крути…

– Я делаю переводы и расшифровки с бархейнского, – пустилась в разъяснения Колетт. – Древнебархейнский считается одним из самых сложных, вы имеете о нем представление?

– Смутное, – честно признался Керт. – Не было необходимости вникать.

– Вот, смотрите.

Колетт прошла в гостиную и уселась за стол. Изрядно помятый Керт последовал за ней.