Когда возвращается радуга. Книга 3 - Вероника Горбачева

Они очутились в огромном зале, пронизанном мерцающим светом. Мощные колонны, обвиваемые всё тем же плющом и розами, поддерживали высоченный целёхонький купол, в чаше которого сияли целые рои звёздных скоплений и солнц. Мир вдруг качнулся и поплыл, и чтобы удержаться на ногах, феечка невольно схватилась за руку спутника

— Это не ты падаешь, — понизил он голос, вроде бы даже почтительно: не к ней, а к тому, что сейчас парило над ними. — Это… вращается Вселенная. Не засматривайся, не ровён час глянет в ответ… Идём, девочка. Нам не туда.

В дальнем конце зала призывно сияла арка, знакомая Ирис по однажды пройденному Марсельскому порталу. Туда они и зашагали, стараясь не смотреть наверх — а голова то и дело невольно задиралась, настолько манящей была красота распахнутого космоса. А стоило опустить глаза — как почти те же звёзды плыли под ногами, отражаясь в полированных до зеркального блеска плитах мраморного пола, и от их медленного кружения вновь казалось, что ты падаешь — или уносишься куда-то…

Но вот послышался хлопок. Это Пойраз, смешно надув щёки, пришлёпнул по ним, выдохнул — и наваждение, затягивающее Ирис, спало.

— Пришли, детка.

Прямо перед ними мерцала радужная пелена Перехода.

— А в Марселе ничего подобного не было, — пробормотала Ирис. — Мы просто шагнули из двери на улицу Эстре…

— Просто здесь нет надобности в маскировке. И, кстати, тот же славный город Эстре ты сможешь увидеть прямо сейчас, как только определишься, что тебе хочется именно туда. Но пока что — Старик-портал не знает твоих намерений, а потому скромничает, а заодно и красуется… Думай, душа моя. Куда ты хочешь попасть?

Девушка растерялась.

— Как, а разве не… В Лютецию, конечно. А что, можно ещё куда-то? — Спохватившись, уточнила в замешательстве: — Или здесь выход вообще только в Константинополь?

Ветер захохотал.

— Обижаешь! Что, услышала, что сам Хромец собирался сюда наведаться, и решила, будто здесь одна лишь точка выхода? Девочка, это же Старый Портал! Его ваяли такие древние расы, рядом с которыми мы, почти забытые боги, младенцы! Я сам, например, могу связать лишь две точки в пространстве, и больше из своего портала выходов не пробью. А этот со своими собратьями выведет тебя в любой уголок нашего мира. Вот, полюбуйся!

Радужная завеса рассеялась. Сами собой распахнулись массивные двустворчатые двери — и перед глазами изумлённой феи возникла знакомая улочка Эстре.

— И вот…

Картинка сменилась. Вид панорамы узнаваемых лютецких крыш и шпилей, мостов над Сеной и знакомой монастырской стены неподалёку вызвал у Ирис лёгкое головокружение.

— Здесь выход не слишком удобный, на колокольне НотрДам, сам сместился при строительстве собора, отчего-то не захотел опускаться в подвалы…

Далее Пойраз просто называл открывающиеся города.

— Лондон. Об этом выходе прямо в Тауэр вряд ли знают даже королевские тайные службы. И до сих пор не могут разгадать секретов нескольких побегов…

— Прага. Оказываешься прямо под мостом, но тут рядом выход в тоннели под городом и наверх…

— Московия. Вена. Рим. Константинополь. Марсель…

У Ирис зарябило в глазах. Она всё ещё не могла опомниться от смены пейзажей, и поэтому не сразу поняла, что слышит совсем уж непонятные, а главное — чуждые слуху названия:

— Виджаянагара… Хараппа… Это в Индии. Города, скажу тебе, старше Египетских пирамид; Лютеция в сравнении с ними — так, деревушка. А вот это… смотри, смотри, вряд ли ты когда-нибудь решишься туда попасть, поэтому гляди и запоминай: Паленке… Чичен-Ица… Мачу-Пикчу… Теночтитлан…

Прошла, должно быть, целая вечность, прежде чем дверные створки, наконец, торжественно прикрылись, давая посетителям время разобраться с собственными впечатлениями, а Ирис в изнеможении перевела дух.

— Что это было? — еле выговорила она. — Те, последние города, с такими изумительными, но какими-то неправильными пирамидами?

— Хм. Допустим, не неправильные, а ступенчатые… Это в так называемом Новом Свете, детка. Который для наших далёких предков был, как ты теперь понимаешь, вполне доступным и далеко не новым. Да, каждая цивилизация отчего-то считает себя единственной, даже не предполагая, что тысячелетия назад существовали иные, куда более развитые… Ну, да это просто к слову. Тебе туда не нужно. Но запомни…

Пойраз наставительно поднял палец:

— Сюда, в древние, заброшенные ныне города ты тоже можешь шагнуть, чтобы скрыться от таких преследователей, которые, допустим, разыщут тебя повсюду… на этом континенте, но не догадаются заглянуть через океан. К тому же, я слышал, если поискать там, на местах, то можно найти особые порталы — ведущие в иные миры, туда, где забытые народы до сих пор здравствуют и процветают. И, говорят, боги их уже не так кровожадны и хищны, как когда-то, а значит, миры эти безопасны… относительно. Без великой нужды туда не суйся. Говорят, — Пойраз понизил голос, — некоторые из них вообще лишены магии, и оттого развиваются совсем иными путями. Там почти нет Пророков, там презирают Старых богов, там святоши не воины, а фанатики, и бросают в огонь и честных ведьм, и фей, и друидов…

Он хлопнул себя по лбу.

— Вот дурень, опять заболтался. Не слушай, детка, меня иногда заносит. Недаром у людей в ходу выражение «ветер в голове»… Давай лучше определимся, куда тебе всё же надо?

Ирис никак не могла собраться с мыслями. Наконец, приложив пальцы к вискам, прижмурилась, сосредоточилась…

И вдруг отчаянно захотелось в свой дом в Константинополе. В садик с прудом, где они с Айлин любили сидеть на мостике, свесив ноги в теплейшую воду, в просторную библиотеку, к ежеутренним урокам эфенди, к улочкам меж белых каменных стен, к шумным базарам, к лазоревым волнам Босфора, несущим лёгкую шебекку. Там тихо и спокойно, там…

Хорошо. Было когда-то. Целых три года. Пока Аслан-бей не покинул этот грешный, залитый солнцем мир.

А есть ещё прелестный маленький домик на окраине Эстре. И сад… Сожжённый. Тем более, он требует её внимания и ухода! Она восстановит всё, до самого скромного кустика, вновь заселит пчёлами и жаворонками, возродит свой собственный кусочек рая на земле. Гори они огнём, все эти интриги, брачные заговоры, погони и похищения! Почему она не имеет права на спокойную тихую жизнь? Не нужна ей столица с её нездоровой кутерьмой. В конце концов, свою миссию Ирис выполнила: наследство эфенди благополучно разошлось по лучшим университетам Франкии, а оттуда просочится и по всей Европе. Больше ей в Лютеции делать нечего. Пошлёт туда за Мэг и Назаром… В Эстре у неё остались прекрасные новые подруги, которые точно уж не стремятся выдать её замуж, и которым всё равно, благородного она происхождения или из простолюдинов. Ни разу она не видела, чтобы та же герцогиня Марта заносчиво говорила с кем-нибудь из торговцев или приказчиков, и даже с мальчиками-посыльными в лавках она была ласкова и вежлива. Не то что этот столичный сноб Камилле… Филипп… Тоже мне, граф…