Путь изгоя - Михаил Катюричев

– Рубец? – интересуюсь я.

– Да, рубец. – Мэтр продолжает уже спокойнее: – После того как абсолютная магия уничтожает ткань мира, остается рубец. Микроискривление пространства. И рассасывается он не раньше чем через декаду, а то и позже. Ты ведь тоже можешь их чувствовать, я не ошибся?

– Могу.

Королю и безопасникам мессир архимаг меня не сдал. Что же ему от меня нужно?

– Итак, убил именно ты. За что убил – я знаю. Но неужели ты не мог выбрать более подходящего места и времени?! Зачем было делать это на глазах у короля? Да, тебе удалось повернуть в свою пользу даже это, но мне все сложнее оправдывать тебя перед Эдвардом! Поймал бы того негодяя в темной подворотне, да и все. Зачем подставляться-то?

– Второго шанса могло и не быть. – Раз уж меня все равно раскусили, но при этом не повесили, придется объясняться. – На улицах за мной постоянно следят безы, а так у меня есть куча свидетелей, что я и пальцем этого парня не тронул.

– Хитрый, да? Ты в курсе, почему избитые тобой одногруппники остались калеками?

– А они остались калеками?

– Лекари еще борются за жизнь второго, но полностью здоровым он уже не станет, – поясняет ректор. – Даже когда ты бьешь просто рукой, твоя аура оставляет некий след. И этот след мешает действию лечебной магии. Лекарь, пытавшийся спасти убитого тобой, слава богам, не понял в чем дело.

Уел меня его магейшество. Об этой тонкости я не знал.

– Кстати, о твоей группе. Что у вас там происходит? – сменил тему архимаг. – Почему у вас до сих пор нет старосты?

– Я ни при чем! А староста – Катарина ней-Эссен.

– А я слышал, что именно ты отказался от должности старосты. Из-за этого и возникла путаница. Ней-Эссен взяла на себя часть обязанностей, не более того.

– Но-Рох тоже отказался, – пробурчал я.

– Речь сейчас не о младшем Рохе! – повысил голос ректор. – Не в правилах академии вмешиваться в дела второкурсников, но ты примешь должность старосты.

– Это безумие! Темный маг, управляющий кучкой светлых, – невозможно! По крайней мере, в Эрании.

– Твои проблемы, как ты будешь с ними ладить. – Архимаг непреклонен. – Считай это наказанием за твою выходку. И можешь быть свободен.

Удар распахнувшейся двери о стену отвлекает меня от грустных мыслей о том, как жить дальше. Мессир архимаг высказался предельно ясно. Увильнуть не получится.

– Я не буду подчиняться этой курице! – В комнату врывается Марта. Ее уж выписали или она сама сбежала?

– Какой? – Мою меланхолию не пробьешь так просто.

– Этой нейке, которая называет себя старостой!

– Катарине? И почему же?

– Она слабачка! – Ух, какие мы горячие! Это становится забавным. – Вечно со всеми сюсюкает и ничего не может!

– А с тобой, значит, сюсюкать не нужно? – вкрадчиво начинаю я. – Тебя, значит, нужно пороть по три раза в день, чтобы ты вела себя, как полагается?

Кажется, мой тон Марте не понравился, она резко сбавляет обороты.

– Не надо меня пороть, – бурчит девчонка. – Я вообще-то извиниться пришла.

– Извиниться? За что?

– Ну, я считала тебя слабаком… но… – мямлит она и после небольшой паузы решается. – Ты ведь дал мне выиграть бой, да?

От волнения даже появляется чуть заметный акцент.

– Нет, – качаю головой. – Реванш действительно не стал брать намеренно, а победила ты честно. Моя ошибка – недооценил противника. – Кстати, у тебя устаревшие сведения, – меняю я тему. – Теперь староста я. Так что Катарину ты слушаться будешь. Ее я назначу заместителем. И ты станешь самой примерной ученицей группы, – добавляю угрозы в голос. – Ты ни словом, ни жестом не будешь перечить ней-Эссен. А если я узнаю, что ты задираешь или притесняешь кого-нибудь из одногруппников, то буду очень недоволен.

– И что ты сделаешь? – В голосе девушки появляется насмешливый вызов. – Особенно если я не буду активировать татуировку?

Ненадолго же хватило ее смирения. Или я опять меряю местных своей меркой? Что ж, вопрос задан. Чтобы встать с кресла и за один широкий шаг приблизится к девушке вплотную, нужна секунда. Через две она оседает на пол, закусив губу. Да, столь быстрое опустошение магического резерва – вещь неприятная. Подозреваю даже, болезненная. На шее остались следы легкого магического ожога.

– Еще вопросы? – ледяным тоном спрашиваю я.

– Н-нет, – выдавливает девушка, подняв глаза.

– Тогда можешь идти, – падаю обратно в кресло.

– Не могу. Идти, – голос слабый. – Сил нет.

Кажется, я слегка переборщил. Поднимаю Марту с пола и укладываю на кровать.

– Ты говорить можешь? – интересуюсь я.

– Могу. – Голос удивленный, но уже внятный. Приходит в себя.

– Тогда рассказывай, – разворачиваю кресло, чтобы видеть девушку.

– Что рассказывать?

– Меня интересуют студенты бывшей восьмой группы. Кто, откуда, характер, интересы, любимые предметы и так далее. Начать можешь с себя.

– Третья группа, прошу всех оставаться на местах, – я подошел к кафедре. Последняя пара эрстена как раз в домашней аудитории, так что никому не помешаем. – Есть новости.

Какой-то дворянчик из новых пытается покинуть класс, пробурчав нечто нелестное в мой адрес. Задолбали со своим гонором. Сегодня я не собираюсь церемониться, и но-как-его-там летит обратно, сшибая парты по пути. Это производит впечатление. Класс замолкает и настороженно смотрит на меня.

– Итак, у меня для вас неприятное известие, – мрачным тоном начинаю я. – Вы настолько достали мессира архимага, что он назначил меня старостой третьей группы.

Делаю паузу.

– Поверьте, мне это нравится не больше, чем вам. Поэтому чем меньше вы дадите мне поводов вмешиваться, тем целее будете.

– А то что, в карцер всех посадишь?! – выкрикнул все тот же дворянчик.

– Мальчики и девочки, я не собираюсь играть с вами в игры, – проникновенно начинаю я. – Очень надеюсь, что вы будете вести себя как взрослые и разумные люди, а не как драчливые малолетки. А если кто-то начнет мутить воду – вылетит из академии.

– У тебя нет такого права!

Господи, да что этот болван все никак не уймется!

– Зато у меня есть возможность отправить тебя на больничную койку, – даю раздражению немного вырваться наружу. – И загонять тебя туда раз за разом, пока тебя не отчислят за неуспеваемость. Или просто выпью твою силу и посмотрю, на какой день после этого ты залезешь в петлю.

Ага, кажется, проняло. Теперь все смотрят на меня как на монстра. Неприятно, но для работы так даже лучше. Я продолжаю:

– Далее, я хочу, чтобы вы запомнили одну вещь. Вы – команда. По странному стечению обстоятельств – моя команда. И я не потерплю никакой грызни. Кровных врагов в группе нет? И отлично. Очень надеюсь на вашу способность решать дело миром, по крайней мере между собой. Все дуэли – только с моего разрешения. Если возникнет конфликт с кем-то из посторонних, я готов помочь, но только в том случае, если вы правы. Если вы плюнули кому-то в компот и получили за это в ухо, я еще и добавлю.