Врата Миров - Андрей Ливадный

Хонди ворвались в отсек, Глеб встретил первого из них ударом ноги в горло. Отвратительно хрустнул проломленный хитин, трехпалые кисти рук выронили оружие, Глеб подхватил автомат, прошил пространство перед собой длинной очередью. Троих хонди ударило о переборку, еще двоих выбило назад в коридор, электромагнитный затвор прошелестел вхолостую, – закончились патроны в полупустом магазине…

– Мишель, не высовывайся! – Он швырнул автомат в морду твари, уже перепрыгнувшей через трупы сородичей, ушел с линии огня, успел подобрать лазерный излучатель, интуитивно, на ощупь нашел бугорок сенсорной гашетки, резко привстал, выпустил серию разрядов.

В этот миг один из морфов напал на Мишель.

Размытая тень метнулась к девушке и тут же отпрянула – издав болезненный вскрик, морф покатился по полу, хаотично меняя очертания тела, обмяк, не завершив метаморфозы. Он был мертв.

Второй в панике попытался бежать, но защитное поле, закрывавшее пробоину, вдруг изменило конфигурацию, сгусток ослепительного сияния настиг ц’оста, мгновенно заточил его в стасисе.

Хонди замешкались.

Глеб сжал сенсор огня, но вместо серии разрядов раздался сухой, щелкающий звук.

Нет энергии!

Он резко рванулся к телам, перегородившим вход в отсек, но его остановил вскрик:

– Глеб, осторожно!

Раздался грохот. По облицовке стены побежали трещины, массивная аварийная переборка скользнула вниз, наглухо замуровала вход.

Мишель бросилась к Глебу.

– Живой?!

Он молча обнял ее.

В воздухе кружила пыль. Острый неприятный запах заполнял разгромленное помещение.

Она уняла дрожь, украдкой взглянула в сторону морфов. Один мертв, второй застыл в стадии незавершенных метаморфоз – превратился в бесформенную кляксу, запечатанную в сиянии стасис-поля.

– Глеб, надо уходить!

– Куда? – он подобрал автомат, обыскал труп хондийского бойца, нашел запасной магазин, перезарядил оружие.

Мишель указала на систему вентиляции.

– Станция очень старая. Всегда можно отыскать обходной путь.

– Ты сама говорила: от морфов невозможно скрыться. Рано или поздно они доберутся до нас, верно?

Мишель подавленно кивнула.

– Я изолировала обитаемые палубы, – огонек надежды вспыхнул в ее глазах.

– Не выход. Ты уверена, что Хорс раньше был старшим среди ц’остов?

– Да.

– Тогда идем к нему!

– Как?! – Мишель вздрогнула. – Ты его совершенно не знаешь! Он ни за что не станет разговаривать с нами!

– Посмотрим.

Мишель побледнела.

– Глеб, ты действительно ничего не боишься?

– Боюсь, – он был серьезен.

– Чего же?

– Потерять тебя. А теперь уходим. Показывай путь.

* * *

В отсеке, где обитал Хорс, царил полумрак. Система жизнеобеспечения не работала. По переборкам бежали узоры инея.

– Хорс? – негромко позвала Мишель.

– Он тут? – Глеб осмотрел помещение, но морфа не заметил.

– Тут. Он уже старый, мимикрирует плохо. Долго не сможет прятаться.

– Не ускользнет?

– Нет. Я заблокировала все коридоры. Хорс, хватит уже!

Из сумрака материализовалась гротескная человекоподобная фигура.

«Зачем они принимают похожую на нас форму тела? – невольно спросил себя Глеб, присматриваясь к морфу. – Защитная реакция?..»

– Явилась? – Голос Хорса прозвучал визгливо. – Убьешь меня?

– Мы пришли не для этого, – Глеб привлек его внимание. – Будешь говорить со мной!

– Хомо, вы обречены!

– Не думаю. – Полынин бесцеремонно сел в кресло. – Мишель, дай нам поговорить наедине. Пожалуйста.

– Ладно, – она согласилась неохотно. – Подожду за дверью.

– Узнал меня? – спросил Глеб, как только он и морф остались одни.

Ц’ост окончательно принял человеческий облик, уселся в кресло напротив.

– Хомо, вы обречены! – зло процедил он.

– Не повторяйся. Так узнал или нет?

– Мы не могли встречаться. И нам не о чем говорить.

– Ошибаешься. Ты клонировал Мишель. Где взял исходный генетический материал? На Земле? Думаю, ты побывал в Солнечной системе чуть больше века тому назад. И меня ты прекрасно помнишь!

По телу ц’оста внезапно рванула рефлекторная волна искажений.

Занервничал.

– Вы все, к слову сказать, явились примерно в одно и то же время. Эшранги, умры, хонди, ц’осты. У каждой расы был свой интерес. В чем заключался твой?

Хорс справился с эмоциями, стабилизировал облик.

– Допустим, я помню тебя. Но не вижу смысла говорить. Вы слишком опасны, непредсказуемы.

– С нами сложно, согласен. Но почему бы нам не поискать точки соприкосновения?

– Их нет.

– Ошибаешься.

Хорс разозлился: «Этот хомо вел себя нагло, он слишком много узнал, о многом догадался! Но как он сумел идентифицировать меня?!»

Старый ц’ост не понимал, что сидящий перед ним человек блефует. Опознать морфа невозможно, по крайней мере, по внешним признакам. Яркое воспоминание о странном существе, которое Глеб видел на околоземной орбитальной станции, лишь послужило отправным пунктом его умозаключений. Со слов Мишель он знал: морфы способны манипулировать генами других существ. Они что-то ищут, играя человеческой ДНК. Первые люди появились на станции Н-болг задолго до рокового старта «Прометея». Их вырастили ц’осты. Мистическое сходство Мишель и Татьяны лишь подтверждало интуитивный вывод, сделанный Глебом.

– Мы ведь идентичны армахонтам, верно? – спросил Глеб, пристально глядя на Хорса. Еще оставался шанс на взаимопонимание, решение конфликта мирным путем. Не для того они пересекли бездну пространства и времени, чтобы оставлять за собой горы трупов.

Морф сгорбился.

– Да, я посещал Землю. Взял образец ДНК – для этого пришлось внедриться в тело твоей самки! Такова наша природа. И не пытайся воззвать к чувству вины. Ничего не добьешься.

– Таня погибла?

– Нет!

– Но она исчезла!

– Потому что не хотела оставаться с тобой! Я всего лишь ассимилировал гены и покинул тело носителя, не причинив ему вреда! Для нас слияние – процесс сложный, болезненный, невыносимый!

– Для чего ты это сделал?

– Мои замыслы тебя не касаются!

– Не зарекайся! – Глеб сконцентрировался, как делал это не раз при мысленном общении с алгитами.