Дети утренней звезды - Алексей Олейников

Только вот уцелеет ли пятерка «Гамма» там, в темноте?

– Сара… – Зорич подошел, тоже взял ее за руку. – Слушай, я знаю, я не лучшим образом о тебе отзывался, но ты нам нужна. Пятерка ведь недаром пятерка, как пять пальцев на руке.

– Да хватит уже! – поморщился Эжен. Схватил Дженни за плечо твердыми пальцами: – Боишься – не ходи! Здесь каждый сам себе хозяин. Плевать мне, что ты задумала и какую игру вела, здесь, понимаешь, здесь – черта.

Он для убедительности шаркнул ногой по истоптанным плитам.

– Или ты с нами и идешь до конца, или ты сама по себе и идешь своим путем. Никаких иллюзий, никаких обманов, никакой – молчи, Зорич! – стратегии. Ты сама принимаешь решения.

Дженни молча освободила плечо.

– Я всегда их сама принимаю, – отчеканила она, повернулась и пошла прочь по коридору.

Фламмель закаменел лицом, разрубил ладонью воздух. Натянул на лицо респиратор и шагнул в темноту. За ним – Зорич, потом Мэй, Виолетта беспомощно оглянулась, глаза ее заметались – то в спину уходящей Саре, то в темноту входа, закусила губу. Морщась, потерла руку – фамильный браслет невыносимо жег кожу, кажется, впервые артефакт реагировал не на близость Сары Дуглас, а на грядущее испытание.

– Ну и дура! – сказала Виолетта Скорца, бросила браслет на пол и вошла в тоннель.

* * *

Катарина заглянула в экран через плечо Фреймуса:

– Первая пятерка на испытании? «Гамма», да? Зорич – способный мальчик, Фламмель тоже талантлив, Вонг старательная. Скорца, правда, неряха, но хуже всех эта Сара Дуглас. У нее совершенно нет способностей, почему ты ее взял?

– Тесты были хорошие, семья заплатила взнос, – рассеянно сказал Фреймус, приближая картинку, фокусируясь на лицах. – Большего мне не требовалось.

– Тесты могли подделать.

– То, что с ними там произойдет, не подделаешь.

Катарина взглянула на экран. Юные лица, юные сердца. Когда-то она была такой же. Была и сможет снова стать такой, если последует за Фреймусом.

– О, смотри, у них конфликт! – воскликнула она. – Как я и предполагала, Сара слабовата оказалась! Ничего удивительного, она напоминает мне обычного человека. Альберт, почему ты отобрал эту девицу? Она же бездарна.

– Отнюдь нет, – возразил Аурин Штигель. Он давно стоял рядом, не обнаруживая своего присутствия, но Фреймус его реплике не удивился, в отличие от профессора Клеттенберг. Та от неожиданности подпрыгнула и отодвинулась от главы ковена.

– И каково же мнение члена Дикой Гильдии о наших абитуриентах?

– Обычные наследники знатных фамилий адептов Темного Искусства. Довольно избалованные, спесивые и несдержанные, что, впрочем, обычно для вас. Вполне способные, некоторые одарены, кое-кто талантлив. Но эта девочка…

Аурин закрыл пальцем лицо Сары Дуглас, которая шла по подземному коридору – одна, прочь от входа в тоннель.

– Она не та, за кого себя выдает. Вы знаете, кто такие перевертыши, госпожа профессор?

– Разумеется, – недоуменно рассмеялась Катарина. – И даже более того, был у меня один такой… хм… друг.

– И на что они способны, полагаю, тоже. А что вы скажете, когда узнаете, что эта девочка два часа водила за собой полную стаю из двенадцати перевертышей?

– Это растяпа?! – изумилась Катарина. – Невозможно.

– Есть и другие доказательства, – сказал Аурин. – Например, ее фамильяр… Вы знаете, для чего используют экстракт ахимениса?

Катарина фон Клеттенберг выглядела оскорбленной:

– Я преподаю травознание и ядоведение, естественно, я знаю, для чего нужен этот экстракт. Его используют в оборотнических ритуалах.

– А также он входит в снадобья для изменения внешности.

– Она бы свалилась от отравления, так долго употреблять ахименис нельзя, он токсичен!

– Для людей, не для зверей, – уточнил Аурин. – Этот ирбис не пахнет как ирбис, он пахнет другим зверем.

– И долго вы собирались скрывать эту информацию? – спросил Фреймус.

– Я совсем недавно узнал, – сказал интендант. – Ее отказ подтверждает мои подозрения.

Рация коротко пискнула, он отвлекся, выслушал короткий доклад.

– Да, начинайте с северо-восточной стороны и прочесывайте всю территорию долины.

– Прибыло ваше подкрепление, да, Штигель? Стоило бы отложить зачистку до тех пор, пока не закончится испытание. Сегодня ответственная ночь.

– У меня теперь достаточно сил, чтобы контролировать ситуацию во всей долине, – оскалился Аурин Штигель. – Так что нам с ней делать?

Сара, словно чувствуя, что говорят о ней, подняла голову. Губы ее шевелились. Изображение слегка дрогнуло.

– Что она сказала? – заинтересовалась фон Клеттенберг.

Аурин отмотал запись, прищурился:

– Проклят. Это она про вас, мистер Фреймус.

Глава ковена встал:

– Мистер Штигель, подготовьте сертификат Сары Дуглас, она отбывает завтра. И запускайте вторую пятерку. «Альфа» на очереди?

– Так ведь «Гамма» только что вошла? – опешил Аурин.

– Это не важно. Нигредо примет всех, у тьмы нет границ. После того как войдет «Альфа», запускайте «Дельту». И так с интервалом в десять минут.

– А вы не будете следить за ходом испытаний?

– Я хочу поговорить с Сарой. Она меня удивила.