Сын Дога - Алекс де Клемешье

Нет, нужно анализировать факты. Никаких домыслов. Только факты и только анализ! Хотя тут впору от души рассмеяться и поклониться Госпоже Иронии: если некто на полном серьезе считает фактами события из сказок – остается лишь посочувствовать психике оного. Но тут уж ничего не попишешь.

Угорь взглянул на часы и набрал телефонный номер.

– Доброго денечка, Евгений Юрьич! – мгновенно откликнулся Денисов, будто специально сидел и ждал звонка.

– Федор Кузьмич, я нашел главный вопрос, – уверенным тоном сказал оперативник.

– Нашел? Ишь ты! И какой же?

– Не «почему именно сейчас», а «почему именно здесь»!

Участковый помолчал, затем уважительно произнес:

– Да, энто очень хороший вопрос! Приезжай, обсудим.

* * *

Собираясь в Светлый Клин, Угорь решил, что неплохо было бы оставить для Танечки записку. Она, отгуляв часть накопившихся за время его отсутствия выходных, должна была приехать из Томска вечером, чтобы сменить его в конторе. Уже застегнув пальто и намотав на шею шотландский шарф в крупную клетку, Евгений вернулся к столу и наклонился над листом бумаги. В этот самый момент ему почудилось, что за спиной находится Сибиряк. Нет, разумеется, никого за спиной не было, но ощущение, что на диване, откинувшись на кожаную спинку и положив руку на пухлый подлокотник, сидит руководитель томского областного Ночного Дозора, молчит, копается свободной рукой в нагрудном кармане и внимательно наблюдает за Евгением, – это ощущение было полным. Чертыхнувшись, Угорь размотал шарф, обошел стол, сел и снял трубку с аппарата.

На сей раз дежурил не Богданов, а совершенно незнакомый маг, который сразу же, без вопросов, перевел звонок на Сибиряка.

– Я уж думал, ты совсем не позвонишь, – хмыкнул руководитель, переждав особо яростный треск помех на линии.

– Так ведь не было повода! Никаких происшествий, никаких нарушений. Зачем бы мне вас тревожить…

– А Гущина, Аесарона и Богданова повод потревожить, значит, был, – не то спросил, не то констатировал Сибиряк.

– Прослу-уууушка! – с веселым изумлением протянул Угорь и посмотрел на телефон сквозь Сумрак. Нет, сейчас никаких следов магических воздействий на аппарат не наблюдалось, да и не любит этого техника, но как знать, что тут было подвешено вчера или даже пять минут назад. Евгений и сам накануне провод распутывал при помощи заклинания – а вот не видно этого уже, развеялась магия без остатка. – Знаете, а я даже не обижаюсь. Все правильно, я бы сам с себя глаз не спускал!

– Не язви и не драматизируй.

– Смилуйся, государыня рыбка, как можно?! Надо было у Темных «самописец Розанова» попросить, чтобы каждое мое слово фиксировал – один экземпляр здесь, а другой у вас в кабинете. Вечером бы по каждому пункту проводили разбор полетов: вы бы критиковали мои высказывания, я бы делал на своем экземпляре пометки.

– Евгений, прекрати, иначе я решу, что ты хочешь со мной поссориться.

Ссора с Высшим Светлым – удовольствие сомнительное. В первую очередь даже не из-за последствий. В первую очередь потому, что сам себе всю душу потом вымотаешь сомнениями, изведешь себя укорами. Как же так? Ведь он же – Светлый! Он не мог иметь в виду ничего плохого!

– Ладно, происшествий не было, повода позвонить руководству не было, – сквозь шипение и треск донесся голос Сибиряка. – Но ты все же позвонил. Для чего?

– Хотел поинтересоваться, как у вас обстоит с делом Анны Мельниковой.

Связь была настолько паршивой, что Евгений не столько услышал, сколько догадался о том, что глава Ночного Дозора хмыкнул. Наверное, еще поправил очки, сползшие на кончик носа, и полез свободной рукой в очередной карман.

– Евгений, а почему тебя это интересует?

– Ну как же? – уже всерьез удивился Угорь. – Убийство произошло на вверенной мне территории, убийцу, так уж вышло, арестовал я лично. Мне кажется, это достаточные основания, чтобы следить за тем, как продвигается процесс.

– Вполне, – согласился Сибиряк. – А если я, допустим, скажу тебе, что вампиршу упокоили, тебя такой ответ удовлетворит?

– Упокоили… – округлил глаза Евгений и расстегнул пуговицы пальто – почему-то внезапно сделалось слишком жарко.

– Что за реакция? – участливо осведомился Сибиряк. – Не слышу радости в голосе того, кто лично арестовал убийцу.

– Да как-то не радостно, – посетовал оперативник.

– Ты еще скажи, что тебе ее жалко, – рассеянно кинул Сибиряк.

Евгений осклабился. Как же все они достали с провокациями!

– Знаете, да. Жалко. Наверное, я перетрудился.

– Что-что?

Шум помех в трубке мгновенно стих, и Угорь с тоской подумал: «Я тоже так хочу! Мне тоже нужно такое заклинание, чтобы раз! – и все отчетливо».

– Перетрудился, говорю. Видения всякие преследуют.

– Например?

– Например, начал видеть в Темных людей, – со злостью рубанул Угорь.

– Поздравляю! – флегматично произнес начальник. – Значит, время подошло.

– Время для чего? – уточнил Евгений осторожно.

– Наконец-то осознать свое место в этом мире.

– Ну, что за патетика?! – с досадой скривился оперативник.

– Один мой знакомый из Свердловска говорил: «Однажды ты перестаешь сражаться супротив Тьмы и Дневного Дозора и начинаешь бороться за Свет». Как тебе такая формулировка?

Голова ни с того ни с сего начала зверски, дико, невыносимо болеть.

– Как же я устал! – раздельно, буквально по слогам произнес Евгений и потер висок.

– Приказ о твоем внеочередном оплачиваемом отпуске подготовлен позавчера.

– А если я устал сильнее? – усмехнулся Угорь.

– Приказ о твоем переводе в Североморск, – медленно выговорил Сибиряк, – подготовлен вчера.

– О! Город моей мечты! – хохотнул оперативник. – Там к Новому году репетируют Свиридова, представляете? В натуральном симфоническом исполнении, как мы с вами любим. Там ночные улицы, не в пример нашей заповедной глухомани, полны опасностей, а начальники доверяют своим сотрудникам целиком и полностью. А еще напутствуют и снабжают служебными амулетами, если вдруг предстоит что-то сложное. Мечта! Вы ведь и не догадывались об этом, признайтесь!

Сибиряк помедлил.

– Приказ о твоем увольнении из рядов Ночного Дозора лежит прямо передо мной. Какой из трех подписывать?

– Дадите денек подумать?

– Ты, главное, бед не натвори за этот денек, хорошо? Со служебными амулетами-то.

– А вы, главное, далеко со стола приказ не убирайте. Если что – задним числом подпишете.

– Воспитали хама на свою голову… – вздохнул руководитель.