Предсказанный враг - Татьяна Форш

Усатый задумался. Еще раз внимательно всех оглядел.

– А документы где?

– Так, гражданин начальник, ваши орлы нас же не послушали, а мы говорили им, когда они нас в мусоро… гм, в машину складывали, что у нас там во дворе вещи остались, а в них документы все! – поддержал мою игру Толян.

– А как им скажешь, если они без разговоров в глаз? – держась почему-то за нос, плаксиво пожаловался Петя.

– А я, между прочим, сам в спецназе прослужил пять лет! – мрачно зыркнул на усатого Вася.

Тут в кабинет заглянул, блестя лысиной, солидный толстяк.

– Че, Петрович, долго еще с ними сидеть будешь?

Усатый радостно поднялся:

– Да вот, Константин Николаевич. Гражданка одна объявилась. Говорит, жена одному из задержанных. Говорит, артисты.

– Артисты? – Толстяк размашисто шагнул в кабинет. – А чего вы, артисты, вечером по подворотням шляетесь? Да еще и с оружием?

– Говорят, реквизит это! – Усатый устало опустился на стул.

– Они не шлялись. – Я шагнула к толстяку. – Просто после концерта я поехала за гонораром, а их оставила дожидаться в том дворе. Да меня и не было-то минут двадцать. Приезжаю – никого. Отпустите нас, пожалуйста!

– Как-то все подозрительно! – покачал головой толстяк. – Документов нет. Сами не местные. Имена странные, по компьютеру не значатся, фото, отпечатков нет. Придется остаться у нас до выяснения личности.

– Да все просто! Они из ближнего зарубежья, а я местная. И прописка есть. А эти трое, – я кивнула на земляков, – из Иркутска. Мы законопослушные граждане. Чес-слово! А за моральный ущерб я готова рассчитаться.

– Что-о-о? Взятка при исполнении?!

– И в мыслях не было! Исключительно на лечение челюстно-лицевых травм пострадавшего сотрудника.

Следователи переглянулись.

– Ладно. Говори, кто такая! Если есть в базе – отпустим, но будем приглядывать.

– Хорошо, хорошо! Форш Татьяна. Замужем. Двое детей. Прописана в Железнодорожном районе.

Усатый двумя пальцами потыкал в клавиатуру и уставился на монитор.

– Ага. Есть такая. Улица Железнодорожная?

– Да-да. Она самая.

– Ну ладно, господа артисты. Если б сразу все путем объяснили, а то топорами угрожать… Это, знаете ли… А документы сами ищите. Мы за утерянные вещи ответственности не несем. А реквизированный реквизит получите, когда на него разрешение принесете. Ясно?

Парни хмуро кивнули и поднялись.

– Эй, артисты, а может, чего сбацаете? Так сказать, чтобы завершить наше знакомство на положительной ноте?

Я настороженно посмотрела на парней.

– Можно! – Шарз пожал плечами. – Я, например, показываю номера с огнем. Не боитесь, что пещерка попортится?

– Не боимся. Давай.

Шарз снова пожал плечами и, сложив рупором ладони, дохнул метровой струей пламени в потолок.

– Неплохо! – кивнул толстяк, разглядывая черное пятно, сильно напоминающее распластанного в полете змеехвостого орла… или дракона.

– Ну, а ты что можешь? – повернулся усатый к стоявшему позади всех, у окна, Велии.

Тот оторвался от разглядывания улицы.

– Могу сделать так, что у вас на глазах мы все войдем в иллюзорную дверь и исчезнем.

– А-а, что-то вроде гипноза? А потом через какое-то время мы вас увидим? – догадался толстяк.

– Ну вроде того!

– Ну давай, удиви!

Велия вышел в центр и начал кружить рукой. С минуту ничего не происходило, а потом в воздухе заплескались сияющие ультрамариновой синью круги.

– Круто! – оценил усатый. – Ну давайте! Сбегайте! Ха-ха.

Парни, мгновенно сообразив, что к чему, друг за другом стали исчезать в портале. Напоследок я, ухватив растерянного водилу за руку, шагнула в переход и тотчас врезалась в спину Лендина. Вся наша веселая компания на виду у изумленных запоздалых прохожих оказалась рядом с выходом из милиции, возле старенькой «тойоты» Игорька. Из-за стекла нам радостно семафорил Крендин.

– Так! Я не знаю, как это у вас получилось, и знать не хочу! А хочу только одного… – Игорь наконец совладал с дверцей и упал за руль. – Оказаться отсюда как можно дальше! Ну, вы едете или нет? Скоро до них дойдет, что фокус с продолжением, и мало нам не покажется. Садитесь быстро!

– Мы все не поместимся! – запаниковала я. – Хотя ладно!

Открыв дверцу, я впихнула в салон Лендина, Ларинтена и Шарза. Затем заглянула в окно к Игорю и приказала:

– Езжай по Шамшурина. Выедешь на Железнодорожную, перед Бурлинкой тормозни. Сразу пятиэтажка, где магазин. Ждите нас во дворе, а мы сейчас еще кого-нибудь поймаем.

Последние слова я договаривала в пустоту. Машина сорвалась и исчезла за поворотом.

Я обернулась к мужчинам.

– Ну, чего стоите? Пойдемте-ка подальше отсюда. Там, у вокзала, всегда такси стоят. Возьмем и доедем.

* * *

– Петрович, ты что-то там про побег говорил?

– Константин Николаевич, да я, это…

– За то, что упустил задержанных, я тебя без премии оставлю! Ясно? Чтобы завтра же эти гипнотизеры были у меня.

– Так мы их вроде и так отпускать собрались?

– А за моральный ущерб? А за порчу имущества кто ответит? Ты? И во-вторых. Позвони-ка нашим друзьям! Пусть Михалыч берет под свое крыло эту гражданку вместе с ее артистами! Ой, чую я, дело пахнет керосином!

Не прислушиваясь к тому, что усатый нервно бормочет в телефонную трубку, Константин Николаевич задумчиво поднял глаза, разглядывая странное пятно, напоминающее то ли змеехвостого орла, то ли дракона.