Огненное море - Трейси Хикмэн

Туннель продолжал вести вниз. Правда, теперь пол стал не так покат и идти было легче, но гладкая дорога, освещенная рунами, казалось, вела к самому сердцу мира. Эпло с подозрением относился ко всему, что предпринимал Альфред, но вынужден был признать, что туннель, хотя и древний, был сухим, широким и поддерживался в полном порядке. Патрин надеялся, что туннель этот был создан как раз для того, чтобы по нему могло пройти большое количество людей одновременно.

«Зачем бы это было нужно, – рассуждал он, – если бы туннель вел в тупик или к пропасти? Скорее уж, он действительно ведет к выходу из катакомб и из дворца».

Рассуждения эти казались ему разумными. «Однако же, – напомнил он себе с изрядной толикой мрачности, – никогда не знаешь, чего ждать от сартанов».

Но куда бы ни вел их подземный коридор, они должны были идти по нему – иного выхода у них не оставалось. Дороги назад не было. Эпло часто останавливался и прислушивался: теперь он был совершенно уверен, что слышит звук шагов, звон доспехов и мечей. Он посмотрел на своих спутников. Мертвые были явно в лучшем состоянии, чем живые. Лазар и кадавр принца спокойно, ровным, быстрым шагом шли по туннелю. Позади них, спотыкаясь, брел Джонатан – кажется, он не замечал ничего вокруг и не видел, куда идет. Взгляд его, переполненный ужаса и изумления, не отрывался от существа, бывшего так недавно его возлюбленной женой.

Эпло тоже не слишком легко давался этот путь. Яд все еще был в нем; только сон исцелит его полностью. Руны на его коже светились бледно, как у больного. Магия его работала сейчас только на то, чтобы патрин мог передвигать ноги. Если ему придется столкнуться с какой-либо опасностью и возникнет необходимость сражаться, руны и вовсе погаснут.

Пес трусил впереди патрина, прямо за герцогом, молчаливо наблюдая за всей группой.

Патрин ускорил шаг, прошел мимо живого и мертвых и поравнялся с Альфредом. Сартан еле слышно пел руны и следил за рунной вязью, загоравшейся на стенах.

– Нас преследуют, – тихо объявил Эпло. Сартан сосредоточился на рунах, а потому даже не заметил появления Эпло. Альфред подпрыгнул от неожиданности и едва не упал; спасло его только то, что он наткнулся на стену, к которой тут же и прижался, нервно оглядываясь назад. Эпло покачал головой:

– Не думаю, чтобы они были так близко, хотя и не могу быть уверен. Эти проклятые туннели искажают звук. Они не могут знать наверняка, куда мы пошли. Полагаю, им приходится останавливаться у каждого ответвления, посылать туда патрули, чтобы удостовериться, что они не упустили нас.

Он жестом указал на цепочку светящихся рун на стене:

– Эти знаки не загорятся снова, не укажут наш путь, ведь нет?

– Могут. – Альфред помолчал, размышляя; вид у него был весьма несчастный.

– Если король знает нужное заклятие…

Эпло остановился и выругался:

– Эта проклятая стрела!

– Какая стрела? – Альфред вжался в стену, словно ожидал, что сейчас в него вопьются стрелы.

– Стрела, которую Ее Милость вырвала из своей груди! – Эпло указал туда, откуда они пришли. – Как только они найдут стрелу, они будут знать, что идут правильно!

Он шагнул назад, вверх по туннелю, как видно, не очень понимая, что делает.

– Ты не можешь вернуться! – в панике закричал Альфред. – Ты не найдешь дорогу!

«А не об этом ли я думаю? – спросил себя Эпло. Эта мысль потрясла его. – Использовать поиски стрелы как повод вернуться назад, запутать след. Солдаты будут идти вперед. Все, что мне нужно сделать – спрятаться в одном из боковых туннелей, подождать, пока солдаты пройдут мимо и предоставить этих сартанов той судьбе, которую они вполне заслужили…»

Это было искушением, большим искушением. Но оставалась проблема возвращения на корабль – на корабль, который оказался сейчас на территории противника.

Эпло снова зашагал рядом с Альфредом.

– Я бы нашел дорогу назад, – с горечью, проговорил он. – Ты просто хочешь сказать, что никогда не смог бы вернуться назад – назад через Врата Смерти. Вот потому ты и спас мне жизнь, разве не так, сартан?

– Разумеется, – печально и тихо ответил Альфред. – А почему еще?

– Да. Почему бы еще?

Альфред был явно погружен в пение рун. Эпло не мог разобрать слов, но видел, что губы сартана шевелятся и что в такт беззвучному этому пению загораются руны на стене. Теперь наклон пола сошел на нет, что могло означать близость к цели, какова бы ни была эта цель. Патрин не знал даже, хорошо это или плохо.