Врата Порядка - Дмитрий Казаков

В кустах затрещало, качнулись ветви. Альфи одним движением выхватил меч, замахнулся. Из зарослей высунулась похожая на свиную морда, украшенная двумя пятачками и единственным блестящим глазом.

– Укуси эту тварь Хаос! – выругалась Илна. – Напугала чуть не до икоты!

– Скажи спасибо, что не съела, – хмыкнул Хорст, когда за мордой показалось тело, маленькое и жилистое, как у голодающей кошки.

– Брысь! – Альфи махнул клинком.

Тварь зашипела и с удивительной быстротой зарылась, оставив кучку земли и круглый лаз, похожий на след от тычка огромным пальцем.

Дождь хлестал так, словно в небесах прорвало столетия назад возведенные запруды. По стволу, рядом с которым укрывались путешественники, текли настоящие ручьи, тучи ползли, цепляясь за верхушки деревьев, а молнии вырывали из полумрака настоящую завесу из воды.

Хорст сидел, ощущая себя по горло в болоте, рядом хлюпала носом замерзшая Илна, а Альфи благополучно дремал, не обращая внимания на лупящие по заросшей щетиной макушке струи.

Еще утром солнечная погода испортилась с удивительной быстротой. Натянуло туч, с севера надвинулось сердитое громыхание.

– Скорее бы все закончилось, – прогундосила девушка, поглядывая на небо.

– Еще недолго, – кивнул Хорст. – Жалко, что мы не взяли с собой самогона, сейчас бы согрелись.

При слове «самогон» Альфи пошевелился, повел носом, но тут же снова задремал.

Налетевший порыв ветра заставил поежиться, сбросил с ветвей капли. Вытирая лицо, бывший сапожник осознал, что хорошо различает ветви соседнего дерева, хотя недавно с трудом мог разглядеть ствол.

– Сейчас пойдем, – сказал Хорст, обнимая Илну за плечи и ощущая, что девушка дрожит.

Гром ударил еще раз, как-то неуверенно, и в черноте туч объявились прорехи, кое-где проглянуло голубое небо.

– Уже можно, – Альфи огляделся и зевнул. – Дождь на самом деле закончился, только с веток капает.

Хорст поднялся, в сапогах хлюпнула вода.

– На ходу обсохнем, – сказал он, взваливая на плечи мешок. – Или вечером, когда костер разведем…

– Ага, – уныло кивнула Илна и чихнула, так громко, что с дальнего дерева с истошным криком сорвалась какая-то летучая тварь.

Покружилась в высоте и улетела.

Когда путешественники двинулись через заросли, выяснилось, что растения не собираются держать влагу в себе и готовы щедро делиться ей с проходящими мимо людьми.

Трава чавкала, из-под подошв брызгали струйки, хлюпали лужи. С веток текло и капало, а стоило прикоснуться к любой из них, как ты делался много более мокрым, чем ранее.

Примерно через половину хода заросли поредели, глазам путешественников открылась река. Поднимающаяся от нее вонь не оставила сомнений в том, что плещется тут вовсе не вода.

– Будем обходить? – предложил Хорст, глядя на бурлящие пузырьки и плавающие по поверхности масляные пятна.

– Для начала надо посмотреть, настоящая это река или огрызок, – ответил Альфи.

– Хорошо, – бывший сапожник скинул мешок. – Ты налево, я направо.

Хорст торопливо шагал вниз по течению, высматривая место, где поток оборвется, как его сородичи, встреченные в степи – из тех ни один не превышал больше двух сотен шагов.

Река не закончилась через сотню размахов, не подумала оборваться и после второй. Хорст забрался на невысокий пригорок и увидел, что дальше среди деревьев так же блестит полоса серебристо-серой «воды».

К месту, где оставалась Илна, они с Альфи вернулись практически одновременно.

– Плот строить надо, клянусь мошонкой Хаоса, – сердито сопя, заявил наемник.

– Надо, – без особой радости кивнул бывший сапожник, вытаскивая из мешка топор.

Поплевав на руки, Хорст выбрал дерево потоньше и принялся за дело.

Захватанная рукоятка норовила выскользнуть из рук, лезвие застревало в вязкой древесине, в стороны летели щепки, с трясущейся кроны капала вода, так что дело продвигалось медленно.

Неподалеку орудовал топором Альфи, от его ударов дерево жалобно сотрясалось.

К тому моменту, когда они совместными усилиями свалили четыре ствола и вырубили шест, Хорст был мокрым не столько от воды, сколько от пота, а на ладонях проклюнулись красные бугорки мозолей.

Любое прикосновение к ним заставляло кривиться и шипеть от боли.

В ход пошли найденные в мешках остатки веревок и скрученные в жгуты тряпки. Неуклюжий плот шлепнулся в шипящую воду, в стороны от него побежали волны.

– Да поможет нам Владыка-Порядок, – Хорст осторожно ступил на скользкие бревна и подал руку Илне.

Последним берег покинул Альфи, уперся в землю шестом. Вода под зашатавшимся плотом забурлила, Илна присела, чтобы сохранить равновесие, но тут же вскочила с криком:

– Ай, жжется!

Хорст опустил взгляд – бурлящая жидкость, мало похожая на воду, облизывала его сапоги. Одно из маслянистых пятен зацепилось за крайнее бревно и теперь плыло следом, не спеша растворяться.

– Ничего, потерпи немного, – сказал бывший сапожник. – Сейчас доплывем.

Альфи в очередной раз сунул шест в реку и едва не упал, когда палка содрогнулась, выворачиваясь из ладоней.

– Разрази тебя Хаос! – рявкнул наемник, и отпустил шест.

Его кончик остался торчать на месте, дергаясь, как припадочный червяк, а затем ушел в глубину, откуда начало подниматься нечто достаточно большое, чтобы заглотать плот целиком.

– Прыгаем вместе! – гаркнул Хорст, когда до берега осталось меньше размаха. – Раз-два!

– Айй! – тонко взвизгнула Илна, и они взвились в воздух.

Земля ударила в ноги, бывший сапожник не удержался, шлепнулся, больно ударившись животом и выставленными локтями. Оглянулся на прыгнувшую более удачно Илну и, не тратя времени, пополз прочь от реки, где что-то с ревом и плеском грызло бревна.

Только уткнувшись лицом в кусты, Хорст позволил себе обернуться.

В середине потока крутился небольшой водоворот, а течение неспешно уносило на восток немногочисленные щепки.

– Ну и тварь, – сказал Альфи с дрожью в голосе, – не попусти Вседержитель-Порядок повстречаться с такой…

– Она до нас не добралась, – Хорст сел и повернулся к Илне. – Ну-ка покажи руку!

Ладошка дочери редара выглядела красной, как после ожога.

– Ладно, если к вечеру не отвалится – значит, все в порядке, – огладив голову, сделал вывод Альфи.

Илна бросила на него уничижительный взгляд.

– Надо идти, – поднявшись, Хорст обнаружил, что одна из штанин треснула, а кафтан на животе превратился в лохмотья.