Путь к трону - Николай Степанов

– А куда оно денется? – Сапожник продолжил работу с удвоенной силой.

Красное пятно разрасталось с каждым удаленным скорпионом, пока полностью не залило печать. Раздалось неприятное шипение, и ящик задымился. Руам спешно выбрался из сундука, к которому сразу подошел наследник.

Принцу хотелось обратиться к силе и развеять туман, но он понимал, что даже незначительный пас может его окончательно ослабить, и тогда идти самостоятельно он уже не сможет. А им еще предстоял очень нелегкий обратный путь. Наконец дым развеялся. На дне сундука в полуистлевшей одежде лежал человеческий скелет.

– Все-таки обманула, стерва! – упавшим голосом произнес Тарин.

– Ой! – Проводник старался не глядеть на останки, поэтому первым заметил зависшего над склепом призрака. – Ваше высочество, посмотрите наверх.

– Отец?..

– Как ты вырос, сынок! – Полупрозрачный бородатый мужчина тепло улыбался.

Целителя захлестнул стремительный поток самых противоречивых чувств. Отчаяние, что улетучилась последняя надежда, радость от столь необычной встречи, обида за собственное бессилие что-либо изменить…

– Папа, как ты позволил этой?..

– Тарин, – привидение остановило гневный поток сына коротким жестом, – у меня очень мало времени. Ярланд рассказал тебе о барьере?

– Нет, но я уже справился.

– Значит, и про жезл он тебе ничего не говорил. – Призрак переместился по воздуху и завис над брошенным Еневрой артефактом. – Тогда слушай внимательно…

Освобожденный дух Глошара говорил очень быстро. Он спешил поведать сыну секреты дворцовых комнат, тайные заклинания и сообщил о важных для волшебников из королевского рода уголках Адебгии.

– Это все, что я узнал от твоего деда и должен был передать тебе, – с заметным облегчением закончил бывший правитель.

Понимая, что у него совсем нет времени, принц пытался из множества накопившихся вопросов выбрать главные. На пару секунд в разговоре отца и сына повисла пауза, потом Тарин выпалил:

– Отец, ты мне так и не рассказал о главном – как управлять страной? Как сделать ее сильной державой?

– Готового рецепта нет, – ответил король. – А советы… Советов много, но раздавать их легче, чем следовать им самому. Стань сильным, окружи себя умными и смелыми людьми. Не позволяй себя обманывать, как это сделал я, поддавшись всепоглощающей скорби. Старайся знать все о своих врагах и действуй на их опережение.

– А вдруг у меня не получится?

– Думаешь, у меня все получалось? – усмехнулся призрак. – Сам видишь, где я оказался. Тем не менее никогда не показывай собственные сомнения перед подданными, иначе и они начнут сомневаться, достоин ли ты управлять ими. Кстати, что за странный иностранец стоит возле сундука? У него вроде нет источника, но какие щиты против магии! Он не опасен?

– Это мой проводник и телохранитель.

Дух правителя попытался вспомнить что-нибудь о проводниках, но начал блекнуть. Он снова переместился к собственным останкам и произнес тихим голосом:

– Извини сынок, мне пора. Спасибо, что не побоялся освободить меня из заточения. Знаю, у тебя все получится.

Полупрозрачная фигура короля растворилась в воздухе, и крышка сундука с грохотом захлопнулась. Руам вздрогнул и поспешил отойти от саркофага.

– Остолбенеть! – только и сумел вымолвить пораженный юноша.

Принц поднял с земли монарший жезл и спрятал его в карман.

– Ты ничего не видел и не слышал, – предупредил он телохранителя.

– Само собой разумеется, ваше высочество. А теперь мы можем отсюда выбираться?

– Знаешь дорогу?

– Но мы же вместе сюда пришли.

– Да, но с Еневрой. Без нее через ту нору нам наверх не выбраться, я не владею магией смерти.

Активировать жезл и создавать копию второго, такого же опустошенного и израненного источника Тарин не стал. Толку от него было бы немного, а заклинание могло съесть последнюю энергию волшебника.

– И что теперь делать? – спросил Руам.

– Поскольку из нас двоих проводник ты, тебе и показывать дорогу.

– Но я же не…

– Учти, – перебил его наследник, – выведешь нас на поверхность – я не буду возражать против твоего брака с Илингой. Не сумеешь – извини, на свадьбе нам не гулять.

– Она сама рассказала?

– Да, только просила тебе об этом не говорить. При других обстоятельствах я бы так и поступил, но должен же у тебя быть хоть какой-то стимул, чтобы вывести меня отсюда живым? – Целитель присел, опершись на стену подземелья.

– А заодно и себя, – добавил Руам.

– Возражать не буду.

– Остолбенеть! Сейчас у меня имеются все шансы для счастливой жизни, осталась лишь мелочь: не потерять ее в этих проклятых катакомбах.

– Для полного счастья всегда чего-нибудь не хватает, – грустно усмехнулся принц.

Тарин позволил себе расслабиться. Отступило нервное напряжение после схватки с Еневрой, чужеродной магией и огромной змеей. Теперь он знал о гибели отца и даже успел переговорить с духом родного человека. На парня накатила такая гигантская волна усталости, что глаза закрылись сами собой.

– Каких опасностей нам ожидать от этого подземелья? Ваше высочество, вы меня слышите?

– Что? Опасности? Да какие угодно. Можем на подземную тварь наткнуться, наша рогатая знакомая тут явно не последняя. Можем и в тупик угодить, побродив с полдня по бесконечным тоннелям – не каждый из коридоров в следующем зале ведет на поверхность.

– Понятно. Значит, тупиковых направлений не выбирать, к монстрам не приставать. Поднимайтесь, ваше высочество.

Они вышли в соседний зал. Наследник сделал усилие и прогнал усталость. Для путешествия по тоннелям требовалась максимальная сосредоточенность.

– По какому коридору пойдем? – спросил он у Руама.

– Одну минутку.

Сапожник подошел поочередно к каждому из шести проходов. Три из них заставили пламя факела заволноваться от сквозняка. Один, по которому они пришли сюда, исключался, оставалось два варианта.

– Ваше высочество, монетка есть?

– Золотая или серебряная?

– Лучше бы подошла медная, но на худой конец сойдет и золотая.

– Держи. – Принц бросил монету.

Жребий вычеркнул еще один вариант.

– Я так и знал. Придется опять идти на север.

– А откуда ты знаешь, где тут север?! – искренне удивился целитель. – Сам же говорил, что заблудишься среди трех холмов!

– Но тут нет холмов.

– Я не вижу ни одного ориентира!

– Один есть, – хитро улыбнулся сапожник.