Праймашина - Вадим Панов

– Много вопросов накопил?

– Достаточно. – Молодой лорд кивнул на стул. – Твоя одежда.

– Спасибо. – Безвариат вновь потянулся, явно красуясь перед юношей, и лишь после этого взял рубашку. – Как же приятно вновь быть живым.

– Леди Кобрин знает, что ты принял прайм?

– Нет, разумеется, она уверена, что я умер.

– Это хорошо.

– Согласен. – Сотрапезник натянул исподнее. – Но Агата умна и скоро поймет, что происходит.

– Тебе лучше знать. Следующее…

Вопросов у Карлоса действительно накопилось много. Жестких вопросов, прямых, требующих честных ответов, но Безвариат вел себя совсем не так, как Акакий, не выказывал молодому лорду естественного почтения и сам управлял разговором.

– Ты сразу отправился в Пальцы?

– Да.

– Хорошо. – Сотрапезник натянул штаны и занялся обувью. – Будем надеяться, что до утра кобрийцы нас не потревожат. Пока по лесам побегают, пока сообразят, что мы в скалах…

Судя по всему, Карлос угадал продуманный ученым план отступления из Фихтера. Но оставались неясности: Героев они воскресят, но что делать дальше? Сражаться с кобрийцами в открытом бою? В Гридвальде пробовали и едва унесли ноги.

– Леди Кобрин знает об этой лаборатории?

– Нет, конечно.

– Так я и думал.

– Зачем, в таком случае, спрашивал?

Да уж, совсем другой человек: жесткий и колючий. Карлос хотел указать Безвариату на неподобающее поведение, но тот, как выяснилось, не закончил:

– Но отсидеться здесь не получится, Лашар умен и обязательно найдет нас. Не сразу, конечно, полдня потратит, но найдет, в этом нет никаких сомнений.

– Как же мы уйдем?

– Есть пара мыслей.

Делиться которыми Сотрапезник пока не собирался. И это обстоятельство усилило раздражение Карлоса.

– Побольше уважения, Безвариат, я не слуга.

– Спишем грубость на мой героизм, – хмыкнул Сотрапезник. – Я пытаюсь сдерживаться, Карлос, но получается не всегда… Поверь в то, что это не специально и… И не забывай, что мы нужны друг другу. Я нуждаюсь в тебе так же сильно, как ты во мне.

– Для чего?

– Чтобы отомстить. И все поправить… – Ученый погладил металлический бок прайм-индуктора. – Мой каталист у тебя?

– Вернуть?

– Подержи у себя, – улыбнулся Безвариат. – Мало ли что может случиться? – Однако о клятве, которую обязательно приносил Герой, вручая лорду свой главный амулет, Сотрапезник даже не заикнулся, продолжил о делах. – Я видел, с тобой была какая-то девчонка.

«Началось!»

Карлосу не понравилось ни то, что Безвариат заговорил об адорнийке, ни то, каким тоном он задал вопрос, однако деваться юноше было некуда, пришлось отвечать, усмиряя гордость рассуждениями о «героизме» ученого.

– Ее зовут Марида, мы познакомились в тюрьме.

– Избавился от нее?

– Нет.

– Почему?

«Это уж слишком!»

– Потому что у нас с ней общий враг – леди Кобрин.

– С тобой все ясно, со мной – тоже, а что не поделила с кобрийцами адорнийская малявка? – Безвариат уселся на стул и пристально посмотрел на молодого лорда. – Что она тебе наплела?

– Ее похитили… – начал Карлос, но тут же был нагло перебит заинтересовавшимся Сотрапезником:

– Похитили? То есть украли из родной деревни?

– Да.

«Так, хватит! Он Герой, он гений, но пора ставить его на место!»

Однако перебить ученого не удалось.

– Ее похитили и везли в Три Вершины? Одну?

– Мариду и нескольких ее друзей, – уточнил Карлос.

– Это хорошо… – протянул Сотрапезник, погрузившись в какие-то мысли. – Это многое меняет…

– Что именно?

– Девчонка тебе не сказала? Ну и ладно, пусть так… – Ученый неожиданно хихикнул. – Я не против ее присутствия, Карлос, Марида может быть нам полезна… Теперь ты займешься Героями? Времени у нас много, но не следует им разбрасываться.

«Ладно, Безвариат, хочешь командовать? Пусть. Сейчас я в твоем замке…»

Однако исполнять приказ ученого юноша не торопился. Облокотился на стену, принял независимый вид и поинтересовался:

– Когда ты стал Героем?

Учитывая обстоятельства, это был важный вопрос, на который Сотрапезник обязан был ответить, чтобы продемонстрировать искренность. Но он попытался увильнуть.

– Мы теряем время.

– Когда? – повысил голос юноша.

Безвариат усмехнулся:

– Я услышал Зов Прайма несколько лет назад, но игнорировал его, боялся, что стану таким же недалеким, как все Герои. – Откинулся на спинку стула, почесал нос и продолжил: – Самое интересное, что Зов помогал мне работать. Не изматывал, как я ожидал, а подстегивал, словно говорил: «Прими прайм, и будет еще лучше».

– Но ты не верил.

– Я работал, будто одержимый, у меня все получалось, и мне не требовалось принимать прайм. – Ученый помолчал. – Однако леди Кобрин не оставила мне другого выхода. Агата женщина неплохая, но к цели своей прет, как трехглавая Чудь, и она собиралась меня растоптать. Вот и пришлось выпить чашу. – Еще одна пауза. – Я принял прайм и только поэтому сумел ускользнуть от Агаты. А о том, что я Герой, знал лишь Стеклодув.

– К какой цели идет леди Кобрин?

Но Сотрапезник сделал вид, что не услышал вопроса.

– Я покончил с собой на глазах у Агаты, а незадолго до этого отправил Стеклодува в Фихтер, точнее – сюда. Ян должен был воскресить меня, но Агата почувствовала неладное и отправила следом Героев. Они почти догнали Яна, помешали ему забрать из дома маску, и он бежал в Пущу, надеясь воскресить меня, пробравшись к прайм-индуктору какого-нибудь лорда…

– Он воспользовался нашим Индуктором! – догадался Карлос.

– Поэтому Стеклодув и задержался в Гридвальде, дав Лашару возможность догнать себя, – кивнул Безвариат. – Ему требовалось время, чтобы подготовиться ко взлому.

Ян пробрался в подвал, оживил учителя и вывел его из замка. А потом они расстались, потому что за Стеклодувом шла охота и Ян не хотел подвергать Безвариата опасности. А еще потом Стеклодув погиб, а Сотрапезник отправился на юг.

Чтобы отомстить леди Кобрин.

– Там, на хуторе… – Карлос кашлянул. – Ты ведь Герой, так почему позволил фанатикам пленить себя?

– Потому что они накормили меня, накормили мою лошадь, позволили переночевать под крышей и всю ночь охраняли меня от Чуди, – рассмеялся Безвариат.