Магма - Олег Синицын

– Я не буду отвечать на ваши вопросы! – неожиданно рявкнул Бисбрук.

Женя понял, что его усилия бесплодны. В данный момент ему не понять мотивов Бисбрука и не убедить графа.

– Тогда отпустите Элен, – произнес Женя. Бисбрук приподнял локоть, и тут Кузнецов увидел, что рука Элен прикована наручником к кисти графа.

– Подержите коробку, – буднично попросил Бисбрук.

Женя принял коробку. Бисбрук достал из кармана ключ от наручников и расстегнул браслет на руке Элен. Оказавшись свободной, Элен тут же отпрыгнула от графа. Пока Женя наблюдал за ней, Бисбрук отобрал у него коробку со статуэткой. Обмен был завершен. Женя попятился назад к старичку-билетеру, увлекая за собой Элен. Бисбрук с коробкой в руках отступил назад. Его место занял другой человек, тоже в костюме и тоже отличающийся от посетителей парка. Он внимательно разглядывал Кузнецова, пряча руку за отворотом пиджака.

Женя сделал еще шаг назад и наткнулся на старичка.

– Появилась подруга-то? – осведомился билетер.

– Вы безбилетников пускаете? – строго спросил Куз­нецов, – Я проверяющий из управления по паркам культуры и отдыха.

– Как можно?! – возмутился старичок.

– И за взятки не пускаете?

– Да кто ж их даст! Легче билет купить.

– Вот наши билеты. – Он протянул два билета. – И никого без билета не пускайте!

– Как можно?! – воскликнул старик. Женя, все так же пятясь, вощел в двери аттракциона, уводя Элен за собой. Они нырнули в королевство раздутых лиц и кривых ног. Последнее, что увидел Кузнецов, – как мимо старичка-контролера пытался пройти человек в костюме. Женя с удовлетворением отметил, что сразу преодолеть заслон человеку в костюме не удалось.

Они спрятались за зеркалом возле входа. Сквозь небольшую щель между зеркалами Кузнецов видел входную дверь.

– С тобой все в порядке? – спросил Женя, не отрываясь от щели. В ответ Элен прижалась к нему.

– Мне было очень страшно, Женя, – Это были первые слова, которые Кузнецов услышал от Элен. Сквозь щель он увидел, как в аттракцион наконец вошел человек Бисбрука. Даже не вошел – влетел. Человек знал, что здесь есть другой выход, поэтому пытался догнать Кузнецова. Но Женя не собирался проходить аттракцион. Как только человек исчез в лабиринте зеркал, Кузнецов, потянув Элен за собой, вышел из аттракциона через вход.

Старичок-контролер удивленно и испуганно уставился на него. Наверное, он хотел оправдаться, почему пропустил человека в костюме без билета. Но Кузнецову не нужны были оправдания. Он перескочил через низенький заборчик аттракциона, приподняв, перенес через ограждение Элен, и они скрылись под сенью тополей.

Такси находилось там, где было условлено. Женя и Элен запрыгнули на заднее сиденье.

– Вперед! – скомандовал водителю Кузнецов. – На вокзал Санкт-Петербург Главный.

– Куда мы сейчас? – спросила Элен по-английски. Водитель удивленно повернулся, желая лучше разглядеть иностранку.

– В 20.20 отходит поезд на Москву. Утром мы будем в столице.

Поняв, что усвоить что-то из англоязычного разговора не удастся, водитель потерял к ним интерес.

– Кого ты убил, Женя?

– Я убил Мдрага.

– Кто он?

– Долго рассказывать. Как ты попала к Бисбруку?

– В ресторане ты побежал за этим огромным человеком. Я ждала тебя несколько минут, а потом меня позвал Уолкер.

– Уолкер? – не понял Кузнецов. – Это, наверно, был Мдраг. Он мог превращаться в кого угодно.

– Что значит превращаться?

– Не важно.

– Может, для тебя не важно, но для меня важно. Уолкер передал меня Бисбруку. После этого часа два меня держали в каком-то фургоне. Потом мы пересели на частный самолет и вылетели в Европу. Не знаю, где мы приземлились. Я так испугалась! Я не знала, что со мной будет!

Она расплакалась. Женя обнял ее, утешая:

– Все в порядке, Элен. Теперь все в порядке.

– Знаешь, как я переживала! – сквозь слезы произнесла она, – Ты втянул меня в эту историю.

– Да, – ответил Кузнецов, не желая спорить, – Он угрожал тебе?

– Я его почти не видела! Мне ничего не объясняли. Сегодня я даже не знала, куда мы идем. Перед встречей с тобой Бисбрук лишь сообщил, что я могу вернуться в Бельгию. Меня там больше не разыскивают... А ты правда отдал ему «солнце»?

– Да.

– Настоящее?

– Да. Но оно сплавилось. К тому же я знаю, где искать предсказание. Элен, ты мне нужна. Моего друга убили, а больше знакомых историков у меня нет.

Она медлила с ответом и изучала его лицо.

– Я не знаю, – неуверенно произнесла Элен. – Получится ли у меня.

– Произойдет землетрясение, Элен. Оно будет гигантским и ужасным. Иначе его не было смысла предсказывать за четыре тысячи лет. И случится оно уже через неделю.

– Ты сам веришь в то, что говоришь?

– Я бы не тратил столько сил и средств на поиски, если бы не верил в это! Нужно организовать экспедицию в Гималаи. Найти послание. Вероятно, расшифровать его. После этого предупредить людей.

– Ты полагаешь – тебе поверят? Это звучит, как фантастическая история.

– Я объясню, что предсказал землетрясение при помощи разработанной мной программы.

– Значит, ты хочешь войти в историю как спаситель?

– Нет, Элен. Землетрясение – только начало.

– Начало чего?

– Приехали! – прогнусавил водитель. – С вас тридцать долларов, как и договаривались.

* * *

21.30 по московскому времени, 14 июля, скорый поезд 029а "Санкт-Петербург

– Москва"

Женя купил билеты в двухместное купе СВ. Нет, ему не нужен был комфорт, просто Женя сегодня не хотел общаться с возможными попутчиками.

За окном проносились леса, луга. Иногда попадались деревни с покосившимися домами. Один раз на холме они увидели полуразвалившуюся церковь. Элен жадно вглядывалась в незнакомые пейзажи. Прошел час, она оторвалась от окна:

– Я побывала в Санкт-Петербурге, но так и не посетила Петродворец!

– Мне бы такие проблемы, – промолвил Кузнецов.

Женя, прикрыв глаза, пытался задремать под мерный стук вагонных колес. Он вспоминал фигурку Иттлы, он вспоминал лицо пророка. Из неясных и размытых черт внезапно начало проступать прорисованное и живое лицо. Женя, кажется, мог определить весь образ человека. Он уже видел лицо и был готов прочитать то, что оно хочет выразить. В этот момент раздался голос Элен.

– Я хочу есть, – заявила она. – Бисбрук меня сегодня только обедом кормил.