Земляника для короля - Оксана Владимирова

Дед проводил меня в гостиную, где мы втроем должны были ждать, когда нас пригласят в зал для жеребьевки. Я пришла первой, через несколько минут подошла Ренейт, затем сен Интрик привел Аканэ. Он с высока посмотрел на меня, что-то шепнул Аканэ. Она вся сжалась от его слов, но испугано улыбнулась в ответ. Сен Интрик ушел.

Мы все были на нервах. Аканэ села на диван и застыв, смотрела в одну точку. Ренейт ходила из угла в угол. Я нервно теребила подол платья, наблюдая за девушками.

— Девочки, представляете, уже через месяц мы будем знать, кто станет нашими мужьями, — вдруг, остановившись, сказала ошарашенная Ренейт.

Вся воздушная и женственная, она неверяще хлопала глазами.

— Скорей бы этот месяц прошел, — обреченно произнесла Аканэ, — Надоело быть в подвешенном состоянии.

Мы грустно замолчали, каждая думала о своем, но в то же время и об общем. В соседнем зале играл гимн Архона. По всей видимости, гости встречали короля. Вскоре за нами пришли лакеи и попросили приготовиться. Мне захотелось приободрить цесс, поэтому я сказала:

— Чтобы не случилось одно останется неизменным. Я всегда буду помнить вас и если нужно оказать нужную поддержку, можете ко мне обращаться.

— Я тоже, — сказала решительно Ренейт.

— Чтобы не случилось и я, — ответила Аканэ.

Мы взялись за руки, немного постояли и двинулись за лакеем.

Голос церемониймейстера разносился по залу, представляя каждую из нас. Ярко освещенный зал сверкал и переливался, как драгоценный камень в свете магических светильников. Все смотрели на нас и восторженно ахали и охали.

Музыка играла, мы стояли на сцене. Слева от нас на троне сидел король в образе молодого мужчины. С правой стороны от него стоял сен Дарго, а с левой Роредрик. Я боялась поднять глаза. Столько народу, в основном придворные, которые ищут любой повод, чтобы избавиться от неудобной для них цессы.

Музыка затихла, и раздался голос Церемониймейстера:

— Сейчас цессы положат руку на камень выбора и мы узнаем, кто из девушек будет первой представлять свой проект Архону.

Зазвучала барабанная дробь. На сцену вынесли кристалл, который был величиной с бильярдный шар, и положили на специальный стол.

— Цессы! Подойдите к столу и положите руку на артефакт.

Мы, молча, повиновались, окружили стол, посмотрели друг на друга. Я увидела в глазах Ренейт слезы, а у Аканэ испуг. Конечно, столько народа, они не привыкли выступать на публику. Я улыбнулась девушкам, кивнула и мы одновременно положили руки на камень. От этого соприкосновения наши ладони загорелись.

— Цессы, поднимите ваши ладони, чтобы Архон мог видеть когда какая цесса будет выступать. Мы вернулись на середину сцены. И опять по моей команде, мы все вместе подняли ладони. Придворные оживились и загудели. По лицу короля ничего нельзя было определить.

— Итак, — продолжил церемониймейстер, — в первый день выступает цесса Аканэ синара Минара.

От звучания своего имени Аканэ вздрогнула.

— Во второй, мы будем слушать цессу Ренейт сенару Джерма.

Ренейт надела на себя маску спокойствия и чопорно кивнула.

— Третьей будет выступать…

Придворные стали что-то оживленно обсуждать, как будто им было не интересно то, что произойдет дальше. Моё имя, произнесенное церемониймейстером, потонуло в шуме.

— Сенара Екатерина Роля.

Король нахмурился, Роредрик вскинул голову, на губах была ухмылка, он не отрывая глаз, смотрел на меня. Стало неприятно, и тревожно. Я отвернулась от лавтийца. В голове зазвучал голос короля:

— Скоро все закончится. Держись.

Он опять прошел через щиты, но меня это не злило, волна спокойствия прошлась по моим нервам и тревога оставила меня.

— Объявляю бал — открытым! — торжественно произнес церемониймейстер.

Нас проводили к дивану, где мы чинно расселись. Тут же нарисовались наши родственники, где-то недалеко я увидела мундиры моих офицеров.

Заиграла музыка. Я видела, как Роредрик, сияя ехидной улыбкой, направился ко мне. Но вдруг лицо его изменилось, и он как механическая кукла направился к Аканэ. Подошел, пригласил ее на вальс.

Мы знали, что обязаны протанцевать по одному танцу с каждым женихом. Дарго подошел к Ренейт, пригласил ее. Они вышли на середину и закружилась по залу. Какие они красивые. Хрупкая девушка и суровый мужчина. Ренейт не смотрела на Дарго, а он напротив не спускал с нее глаз. Я любовалась ими, когда услышала возле себя:

— Сенара Екатерина, разрешите пригласить вас на вальс.

Передо мной стоял король. Я повернулась и забыла про Аканэ, Роредрика, Ренейт и Дарго. Голубые глаза смотрели ласково. По телу прошлась волна мурашек, какой он все-таки хороший. Не позволил мне танцевать с Роредриком.

Я, молча встала, боясь спугнуть момент и сломать своим словом или действием то понимание, которое возникло между нами. Мы вышли на середину зала, казалось, что все смотрят только на нас. Дэвид бережно обнял меня и закружил. Я не могла поднять на него глаза и смотрела на гладко выбритый подбородок. Ноги механически выполняли движения.

— Вы сегодня великолепно выглядите, — тихо произнес король, от его голоса у меня внутри всё сжалось.

— Спасибо. Я благодарна вам за то, что вы остановили сена Стравия. Ведь это сделали вы, ради меня?

Я боязливо взглянула в глаза Дэвида, вдруг я ошиблась. Он смотрел на меня с понимающей улыбкой.

— Я не хотел подпускать его к вам. Но ради мира между Лавтой и Архоном станцуете с Лавтийцем маленькую полечку? В это время он будет очень покладистым. — Дэвид улыбнулся еще шире и стал похож на задорного ребенка. Мне стало весело. — Пусть сам почувствует то, что хотел предложить вам, — коварно продолжил он.

Щиты приоткрылись, не хотелось держать их против того, кто меня понимает. Волна эмоционального тепла, зародившаяся во мне, направилась к королю, а от короля еще более обогащенная обратно. Хотелось прижаться к Дэвиду плотнее. Ощутить его силу и защиту каждой клеточкой своего тела. Сердце в груди расправилось. Мы восхищенно смотрели друг на друга.

Вдруг, спину буквально на секунду уколол «злой взгляд». По всей видимости в моих глазах отразился испуг, или просто эмоциональная волна, омывающая нас — изменилась. Потому, что руки Дэвида сжались.

— Что случилось? — железным голосом спросил король.

— Меня кто-то хочет убить, — прошептала я, испуганно глядя ему в глаза.

Король нахмурился и отвел взгляд. Больше он на меня ни разу не взглянул. Ни во время нашего танца, ни когда подвел меня к Болку, ни когда я танцевала с послушным Роредриком. Весь бал, он избегал встречи со мной. Даже взглядами не хотел пересекаться, упорно отворачивался, когда я попадала в поле его зрения.