Хаоспатрон - Вячеслав Шалыгин

– И как долго я буду Хранителем, не считая курса обучения?

– От одного до десяти циклов, если не случится чего-то непредвиденного, – Павлов вздохнул. – Увы, никто не вечен. Шато заботится о Хранителях и Арбитрах, мы стареем ровно в четыре раза медленнее обычных людей, но все равно стареем. А Хранителю приходится действовать в трудных условиях, и физическая подготовка для него очень важна.

– А когда я отработаю свой контракт… – Фролов опять вопросительно уставился на Арбитра.

– Вы станете Арбитром, – Павлов взглядом указал на Люсю. – Или не станете. В последнем случае никто не будет вам препятствовать.

– Я не об этом спросил.

– Вы о вознаграждении?

– Да.

– Обычно это не обсуждается, – Павлов замешкался. – Наверное, вы ждете, что я пообещаю вам обеспеченную жизнь до конца ваших дней?

– Это было бы логично, – Фролов хмыкнул. – Разве нет?

– Наверное, да, но… – Арбитр снова запнулся. – До сих пор никто не уходил из Арбитража. У действующих Арбитров есть все необходимое, чтобы не беспокоиться ни о чем, кроме работы, это верно. Но что обещает Шато пенсионерам… я не знаю.

– То есть пахать придется до гробовой доски, – Фролов опять хмыкнул. – Понятно. Заманчивая перспектива.

– Товарищ майор, – вмешался Лунев. – Наши перешли по стеклянному мосту и втянулись в тоннель. Скоро будут у девятого рубежа. Разрешите их встретить!

– Не мешай, – отмахнулся Фролов.

– Не пройдут ведь лабиринт! – Андрей не унялся. – Не увидят! Разрешите, проведу!

– А вы, молодой человек, видите лабиринт? – удивленно спросил Арбитр Павлов.

– Вижу, – Лунев бросил короткий взгляд на Павлова. – Можно, после поговорим?

– Как вам будет угодно! – Павлов сложил руки на груди, едва заметно усмехнулся и как-то странно взглянул на Люсю, то есть на Арбитра Линь.

– Товарищ майор!

– Лунев, не отвлекай, – сквозь зубы процедил Фролов.

– А-а! – Андрей махнул рукой и направился к выходу.

– Лунев, на месте! – крикнул Фролов.

– Товарищ майор… – попытался вмешаться Прохоров, но не сумел.

– Стоять, я сказал! – рявкнул Фролов во всю глотку. – Отряд выполнил свою боевую задачу, отвлек противника от нашей группы! Теперь забудьте о нем!

– Песец, – прошептал Гаврилов.

– Я знал, что дело кончится хреново, – негромко пробормотал Купер. – Еще в реакторном бассейне это понял.

– Товарищ майор, это же наши! – в полный голос возмутился Прохоров. – Это же… свои!

– Ваши теперь чистильщики, – твердо сказал Фролов. – Вы прошли девятый рубеж. Обратной дороги нет! Теперь вы бойцы моего отряда… моего и Шато. Что-нибудь еще не ясно?! Лунев, вернуться в строй!

– Мы так не договаривались, – Андрей остановился, но возвращаться не спешил. – Нас вы использовали в личных целях, и на здоровье. А отряд подставлять не дам!

– Я сказал, забудь про отряд! – уже почти взревел Фролов. – Ты что, не понял?! Все! Ты больше не в Союзе и никогда в него не вернешься! Ты не солдат Советской Армии! Больше над тобой нет ни партийного, ни военного начальства, никого, кроме меня! А я приказываю насрать на свои комсомольские принципы, а заодно на моральный кодекс строителя коммунизма и вернуться в строй!

Фролов вдруг перехватил поудобнее автомат и щелкнул переводчиком огня. В Андрея майор пока не целился, но с подготовкой Фролова этого и не требовалось, навскидку он мог выстрелить в любой момент. Выстрелить и попасть, куда пожелает, тут сомнений не было ни у кого.

– Люся недавно сказала, – Лунев вдруг грустно усмехнулся, – стоять насмерть нужно, если, отступив, не сможешь жить дальше. Не в комсомольских принципах дело, товарищ майор, просто я иначе не могу. Можете застрелить.

Андрей развернулся и продолжил путь к выходу на внутренний балкон со светящимися скульптурами. Оставалось ему пройти шагов десять, если по времени – секунд пять, и все эти секунды никто не шевелился, даже скульптуры замерли. Фролов не замер, но и не сделал ничего плохого, только чертыхнулся и гневно взглянул на оставшихся бойцов. Прохоров придал лицу отсутствующее выражение и уставился в потолок, Гаврилов отвел взгляд в сторону, а Купер принялся сверлить взглядом пол. Бойцы понимали, что стали заложниками ситуации, но как-то повлиять на нее не хватало характера даже у бравого сержанта Прохорова. Как ни пыжился сержант, пришлось ему фактически признать, что Студент замешан круче.

Не испугались гнева майора лишь Арбитры. Павлов наблюдал за происходящим по-прежнему спокойно и даже, казалось, снисходительно улыбался, а Люся смотрела на Фролова как-то устало или же разочарованно.

– Оп-па, опа! – как бы компенсируя проявленную слабость, чересчур громко выкрикнул Прохоров. – Глядите! Фаранги! Опять кхмеров крошат! Вон там, на обрыве!

– И там… фаранги! – оживился Гаврилов. – По стеклянному мостику бегут за нашими! Почти не видно их, плащи хорошо маскируют! Но много!

– Блин! – Купер сдернул с плеча автомат. – Надо Студенту сказать! Товарищ майор, отряд отрядом, но Студент ведь ваш! Разрешите прикрыть!

– Сквозь лабиринт прикрыть не получится, – сказала Люся. – Останьтесь, я сама отзову чистильщиков.

Проводница вышла через ту же дверь, что и Лунев. Майор Фролов почему-то нервно усмехнулся и обернулся к Павлову.

– Я согласен на все условия, Арбитр. Предлагаю покончить с нашим делом, пока нас снова не отвлекли. Что я должен сделать? Принести клятву на верность Шато? Расписаться кровью на стене?

– Вы должны принять полномочия у действующего Хранителя, – Павлов сложил руки за спиной. – Но сейчас он занят. Придется все-таки подождать.

– Но я не могу ждать! Скоро сюда придут новые люди, и нам опять придется объяснять, что тут происходит! Это может затянуться на целую вечность!

– Ничем не могу помочь, Евгений Сергеевич. Вот уже сорок стандартных лет я лишь Арбитр. Полномочия Хранителя я передал своему преемнику еще десять високосных циклов назад.

– Но позвать своего преемника вы можете? Хотя бы поторопить его!

– Боюсь, действующий Хранитель сейчас действительно занят.

– Черт побери, да чем он занят?!

– Помогает вашему бойцу спасать остатки отряда морских пехотинцев от чистильщиков.

– Люся?!

– Да, Евгений Сергеевич, – Павлов кивнул. – Действующий Хранитель – это Арбитр Линь. Вернется, с ней и поговорите.

– Черт! – Фролов вдруг ринулся к выходу. – Она не вернется! Чистильщики не станут ее слушать!

– Почему? – запоздало спросил Павлов.

– Потому… – Купер вдруг звонко шлепнул себя ладонью по лбу. – Да потому, что это не чистильщики! Это спецназ! Они с Фроловым пришли. Пацаны, помните наколку на руке у того фаранга? Спецназ замочил чистильщиков и переоделся в их плащи!