Казнь и козни дочери смерти - Лин Элли

Спустя пару тройку часов, когда Делия открыла глаза, за окном уже виднелся рассвет.

«Ты… Ты точно ребенок?» — послышался в голове Дели тихий шершавый голос ноана. Он напоминал собой шепот ветра и скрежет опавшей наземь листвы, тихую поступь по снегу или скрип половиц.

Делия покрутила головой в разные стороны, пока ее взгляд не упал на коробку.

— Как знать, может ребенок, а может и нет. А ты сам-то точно ноан?

«Нормальные дети так не говорят».

— А нормальные духи не пытаются похитить тело ребенка, пока тот спит. Мы с тобой исключения из всяких правил.

Ноан замолчал. Он обдумывал слова Делии, пробовал их на вкус, разжевывал и медленно переваривал. Люди были глупыми и слабыми, ноан в это верил, однако простыми называть их было нельзя, потому дух признал:

«Хочу поглотить твою душу».

Делия рассмеялась.

— Я, конечно, люблю, когда со мной говорят откровенно, ведь приятно иметь дело с прямолинейными личностями, однако ответь, в лесу это ведь ты был белкой? — Дели встала с кровати и приблизилась к коробке вплотную. Она присела на стул и приоткрыла краешек крышки.

Дух все молчал.

— Скажи мне, как так вышло, что ты стал таким слабым? Я слышала, что в лесу ноанов не живут слабаки. Говорят, слабейшие из вас живут в обычных лесах, а после обретая более сильное тело, вы стремитесь в свой лес для борьбы с братьями и королем. Разве что…

«Да, — наконец произнес дух, забавно шевеля усиками, — ты правильно думаешь. Перед приходом детей я был последним, кто напал на короля, и он меня растоптал. Мое тело уничтожили, но перед исчезновением я зацепился за белку».

— Кем же ты был до становления белкой, раз в тебе так велика тяга к жизни?

«Своими силами я смог создать из поглощенных существ ящероподобного монстра. Он был велик и имел способность летать… До этого я видел такого в кошмарах людей».

В «Демонических хрониках» похожих называют вивернами.

Дели посмотрела на размеры коробки и отказывалась верить глазам. Как могла эта мышь быть недавно виверной?

— Сколько же ты прожил, раз сумел создать такое огромное чудище?

«Точно не знаю, наверное, несколько сотен лет».

Дели коснулась маленькой мыши, и та тут же подняла на нее пустой взгляд. Больше существо не пищало и не царапало коготками стены тонкой коробки, ноаны терпеть не могли писк и вой. Зачем это нужно, если можно проникать в головы и говорить с жертвами их языком?

— Как мне следует поступить? Мне вернуть тебя в лес?

Ноан опустил голову.

«Я хочу обзавестись новым телом перед возвращением в земли ноанов».

— Каким это телом?

«Телом человека».

Делия засмеялась.

— Ты такой гордый и глупый. Объясни же, почему тогда ты захотел захватить ребенка? Вы же не забираете тела невыросших особей?

«Я хотел вырасти в теле ребенка. Мне ясно дали понять, что гордость ничего не значит в борьбе с королем».

— Дети людей растут долгие годы. Настолько отчаялся? Что же за могущественное существо стало королем ноанов?

Ноан снова молчал. Ему было стыдно, он морщил морду и щурился. Наконец его голос зашебуршал.

«Нынешний король леса… Это человек».

От удивления тело Делии вздрогнуло.

— Шутишь?!

Ноан покачал головой.

Человек стал королем? Насколько силен был при жизни этот человек, раз, став поглощенным ноаном, он взобрался до титула короля. Делии было страшно представить, что случилось бы с Тионарисом и глупым братцем, встреть они в том лесу беспринципного короля, которому, по словам этой мыши, не было дела до гордости.

«Ладно, с королем потом разберемся, сейчас речь не о нем», — подумала Делия.

Отбросив мысли о короле прочь, Делия погладила мышь.

— Глупый ноан, не обижайся, но твой план ненадежен. Ты далек от понимания людей. Ты не смог победить короля, потому что он, по всей видимости, не показал тебе своих страхов. С чего ты решил, что среди людей мало таких же, как он?

«Возможно, если поглощу тебя, то смогу стать сильным».

— Ты забываешься, дурачок. Хочешь съесть меня, но сейчас ты в теле, которое под силу поглотить как раз-таки мне. Достаточно было принести к тебе тело кролика, если бы ты его захватил, я бы тебя тут же с приправками съела. Знаешь, почему ты мышь? — Дели злорадствовала. — Люди не едят мышей, но кто знает, какую форму ты обретешь в будущем? Курицу? Овцу? Зайца? В поселениях людей нет существ, которых было полно в лесах. Твой предел — это лошадь, но даже ее люди едят. Давай же, сбеги и стань моим завтраком, обедом, а может и ужином.

Усики мыши задергались.

«Ты… Ты кровожадный ребенок!»

— Хе-хе, завидуешь? Так знай же, жестокость и кровожадность тоже одни из сторон человека. Нам приходится взращивать их годами, так что не обольщайся.

Дух поднял голову и уткнулся в ладонь странного, на свой взгляд, человека.

«Расскажи еще про людей, хочу узнать больше».

Дели задумалась, гладя щетинистый загривок ноана. Он был интересным созданием, волевым и бесстрашным. К тому же, он столетия искал способ бросить вызов неведанной силе, которой должен был поклонятся… Делия чувствовала нечто родственное с этим ноаном, потому сразу же поняла, что он нужен ей. Этот ноан и правда нужен дочери смерти!

— Заключи со мной клятву, точнее, договор в форме клятвы, — она решительно поднялась из-за стола. — Зачем тебе расти в теле ребенка и рисковать быть раскрытым, если ты можешь вырасти вместе с ребенком? Да еще и таким особенным!

Делия засмеялась громче, чем раньше, но тут же опомнилась и прикрыла рот ладошкой, оглядевшись по сторонам. Уже утро, следует вести себя тише.

— Кстати, ты не против, если я буду называть тебя Ноа? — прошептала она, убрав руку с губ.