Космический маршал. Очень грязная история - Наталья Бульба

Пока думала, стоит или не стоит вытворять подобное, пару раз давал о себе знать инстинкт самосохранения. Опыт, полученный во время работы со Штормом, быстро заставил его заткнуться. Я рисковала – могла потерять всех четверых, но если выгорит…

Не позволив сомнениям разрушить рождающийся прямо на глазах план, набрала номер комма Истера. Тот ответил сразу, словно ждал. Я допускала подобное, правда, по другой причине.

– Ты Стаса собирался с собой брать? – мило поинтересовалась я, когда его лицо появилось на дисплее. Активировать внешку ради удовольствия общения с ним я не стала.

– Нет, – с долей настороженности ответил тот. Вопрос явно заставил его задуматься.

Это было только начало.

– Считай, что уже передумал.

О том, что Ромтттез сопровождает семью Шаевского от СБ, я узнала из данных, которые он мне сбросил. Жаль, там не было сказано, чья это прихоть; Шторма или Воронова. Сразу бы нашлись ответы на множество возникших вопросов, которые я бы и хотела, но не могла никому задать.

– За что это ему такая милость? – полюбопытствовал Истер, тяжело вздохнув. Показывал, что ничего другого и не ожидал.

Я его интерес проигнорировала.

– А мой любимчик?

Ромтттез задумался лишь на мгновение. Потом, подмигнув, улыбнулся.

– Куда ж без Николя.

– Вот их двоих, – сменила я игривый тон на жесткий, – и еще одного, на свое усмотрение, ты пришлешь к Эскильо к семнадцати ноль-ноль.

На этот раз размышлял Истер дольше, заставив меня вспомнить о Викторе. Тот бы уже не просто сообразил, а добавил в будущее развлечение парочку штрихов.

Так что правильно я во время операции на Зерхане охарактеризовала Ромшеза. Великолепный второй, но…

Ну, Шторм! Он опять мутил воду в чужом болоте! И не без моей помощи. Не удивлюсь, если Истер после этого сопровождения так и останется на Таркане. Вторым… у Шаевского.

Права я или нет, но это было не мое дело!

– А меня… в гости, – наконец выдал он, так и не заметив моего открытия.

– Если только попить кофе да посмотреть со стороны…

Тот поднял руки… Все будет так, как я захочу.

Ничего другого я и не ожидала.

– Парни должны быть в форме и при оружии. Старший – Николя. По пути пусть свяжется со мной, я объясню, что делать.

Пока говорили, Истер кивал в такт моим словам. Прямо как по пути на Зерхан: госпожа и ее верный рыцарь. Что ж, на этот раз где-то так и было. За сопровождение отвечала я, они лишь осуществляли силовую поддержку. Называлось это: двойное прикрытие. Если возникнет необходимость, нас «сдадут» без сожаления. Как хотите, так и выкручивайтесь.

И никаких обид. Мы на это и учились.

– Понял. Буду за пятнадцать минут до семнадцати.

Попросив, чтобы не светился, отключилась. Теперь предстояло переговорить с Эдом и Вано. Второй и слова не скажет, а вот первый…

Мне не стоило подвергать нервы друга таким испытаниям.

Хмыкнув, дала запрос на его комм с просьбой разрешить обратиться непосредственно к директору Жерлису.

Вместо ответа, Эскильо заглянул в кабинет сам.

– Что еще придумала?

Был недоволен, но не без предвкушения. Сообразил и про подоплеку и про то, что будет весело.

Закатив глаза, капризно протянула:

– Ну, Эдичка…

Я тоже знала, как довести его до белого каления.

Развел руками. Мол, что с тобой делать… Тут он был прав, уж если мне что в голову втемяшилось…

У нас не было права на ошибку, я хотела быть абсолютно уверенной в том, что те трое, кто полетит со мной, не подведут.

На Жерлиса выходила через внутреннюю сеть. Рядом с его кодом отдавало зеленью, так что можно было рассчитывать на разговор.

Не ошиблась, соединение прошло едва ли не мгновенно. Еще один… с предчувствиями?

От этого, как и от Лазовски со Штормом, можно было ожидать чего угодно.

– Господин Жерлис…

– Надеюсь, не извиняться, – с оттенком укоризны уточнил он. В кабинете был один, стоял у раскрытого окна на тринадцатом этаже. Любил эту цифру, говорил, что она всегда приносила ему удачу.

Сведения были из первых рук.

Нас радовали наградами не часто – ловили вроде как другие. Кто упускал – наказывали. А мы были не при чем. Исправляли чужие ошибки, возвращая в систему тех, кому удалось от нее ускользнуть.

Но иногда случались и исключения из общего правила. В нашей с Эдом истории такое происходило трижды, но лишь однажды ленты прикреплял к нашивкам сам директор.

Вот тогда, во время стихийно возникшего сабантуя, он и поделился своим отношением к чертовой дюжине.

Потом были еще встречи; по поводу и без. Жерлис благоволил к нашему отделу, а с Лазовски они нередко засиживались за кофе и чем покрепче.

Это был уже спортивный интерес, несколько раз специально задерживались с Эскильо, выясняя, чем высокое начальство себя балует. Теперь я точно знала, какой сорт кофе и какую марку коньяка предпочитал Ровер и какой виски пил Жерлис.

В нашей работе мелочей не бывало. Мало ли, когда и что пригодится.

– Прошу разрешения на экстремальную проверку кандидатов на защиту свидетелей.

– Того, что уже вытворили, вам мало?

Я сомневалась, что некоторая холодность директора была следствием недовольства, скорее уж он пытался проверить, насколько я тверда в своем решении.

Знал бы… Узнает. Хорошо, что к тому моменту будет уже поздно.

– Мало, – коротко ответила я, не отведя взгляда.

Еще один… любитель смущать девушек.

Мысль потянула за собой другую: я и так не страдала излишним пиететом к начальству, последние две операции окончательно избавили меня от его остатков. Словно сравняли… Она прекрасно вписываясь в некоторые подспудные выводы, которые я успела сделать.

– Как собираетесь действовать? – Жерлис бросил последний взгляд вдаль, едва заметно вздохнул.

Кажется, я лишила его возможности передохнуть.

– Хочу привлечь СБ контрразведки.

На Эда, на лице которого мелькнула растерянность, я старалась не смотреть. Только на директора.

Тот провел ладонью по столу, чуть сдвинул планшет… Тоже предпочитал, чтобы все было на своих местах.

– Действительно, экстремально. – Пауза. Слитком короткая, чтобы начать сомневаться в успехе будущей авантюры. – Но я с вами согласен. Результаты тестирования неоднозначны, а нам нужна полная уверенность.

Нам… Что ж, он был прав. За все наши неудачи отвечал и он. Мне не стоило об этом забывать.