Инквизитор. Природа зверя - Надежда Попова

– Поглядишь, что будет в этом самом будущем. Только плакать тогда, боюсь, придется не тебе, – вновь обратясь к Хагнеру, сообщил Ван Ален. – Это кроме того, что до тех весьма умозрительных дней еще надо дожить; причем, опять же, не тебе, – уточнил он, ткнув пальцем в Курта, – ему. Без его защиты ты лишь еще один зверь на пути любого другого инквизитора с менее развитой фантазией или первого встречного охотника. «Первый встречный охотник», замечу, уже здесь; и если ты выкинешь что-то, что мне не понравится, парень (хоть что-то!) – убью на месте. Переступлю через себя и сверну к чертям собачьим шею; умрешь быстро.

– Эти слова, – подытожил Курт, – я воспринимаю как довольно своеобразное уведомление о том, что ты все же решил примкнуть к нашему маленькому заговору. Id est, ты не намерен разражаться криками, созывать общее собрание или хвататься за оружие незамедлительно.

– И, как уже сказал, наверняка об этом пожалею.

– Спасибо, – снова едва слышно выдавила Амалия; охотник поморщился.

– Отец меня не видит сейчас, – тоскливо проронил Ван Ален. – Ни за что в жизни ему в этом не признаюсь, даже на смертном одре. Я (я!) намерен прятать тварь от людей и ограждать от неприятностей. Не верю сам себе.

– Быть может, – снова вмешался Бруно, – для начала стоило бы употреблять иное слово, хотя бы в его присутствии? Не думаю, что твое поведение – самый лучший способ пробудить в Максе любовь к роду людскому. Даже у меня все более крепнет желание по меньшей мере тебя облаять.

– Волки лаять не умеют, – отмахнулся охотник. – А вот такие твари – так и рычать толком.

– А вот здесь, – возразил Курт уже нешуточно, – мы перейдем-таки к серьезному разговору, Ян. Первое, что я хочу заметить: Макс не из тех.

Усмешка, кривящая губы Ван Алена, исчезла вмиг; мгновение он сидел недвижно и безмолвно и, наконец, медленно выговорил:

– Так…

– Я это видел, как ты понимаешь, собственными глазами, – продолжил Курт в наступившем молчании. – Макс относится к той разновидности, что повыше полетом – полноценный волк.

– Все занятнее и занятнее, – все так же неспешно произнес охотник, переведя взгляд с Хагнера на его мать, и снова обернулся к Курту. – Не думаю, что ошибусь, если предположу следующее: когда этой ночью ты обсуждал со мною причины всего происходящего, ты уже начал понимать, что к чему.

– Боюсь, да, – согласился Курт, и Амалия несмело спросила:

– О чем вы?

– Думаю, парню с матерью лучше выйти, – снова умолкнув на миг, вздохнул Ван Ален. – Не для их это ушей.

– Они все равно все узнают, – возразил Курт. – И пусть лучше узнают от нас.

– Быть может, ты и прав, – нехотя согласился тот. – Хотя… ставить парня перед таким выбором – не рановато ли?

– Думаю, Макс вполне взросл и рассудителен для этого.

– О чем вы говорите? – повторила Амалия нервно, и охотник кивнул на Хагнера:

– Он внебрачный ребенок, ты сказала. Кто его отец и где он теперь?

– Он… он погиб до рождения Максимилиана; но при чем здесь…

– Как погиб?

– Позволь мне, – оборвал Курт, не дав Амалии начать долгое повествование. – Он работал на мельнице ее отца несколько месяцев. У них случилось. Парень был любителем поплавать – ночами в основном – и однажды, уйдя к реке, не вернулся. Спустя время она узнала, что в положении.

– Тело нашли? – спросил Ван Ален и, дождавшись кивка, уточнил: – Узнаваемым?

– Что вы всем этим хотите сказать? – растерянно пробормотала Амалия. – Не понимаю…

– Нет, – ответил за нее Курт. – Труп был обглодан хищником… Судя по всему, типичная схема, описанная тобою. Не дождался всего пары месяцев, чтобы узнать, что у него получилось. Признаюсь, поначалу я подозревал деда – уж больно он терпимо отнесся к несовершеннолетней беременной дочери, больно холил внебрачного внука; однако, подумав…

– Да, – согласился охотник, когда он многозначительно умолк. – Я уже говорил это не раз за время пребывания здесь, однако повторю: вот это вляпались.

– Что происходит? – требовательно спросил Хагнер, переводя хмурый взгляд с одного на другого. – О чем идет речь и при чем здесь история моего происхождения?

– Ты не задавал себе вопроса, почему ты такой? – отозвался Ван Ален. – Откуда в тебе зверь?

– Каждый день последние два с лишним года. А вы знаете ответ?

– Такой сущностью наделяются лишь одним путем, парень: получают по наследству. И ты свою обрел по той же линии. Так они поступают, – продолжил он под возникшее вокруг молчание. – Находят себе подходящую девицу – крепкого здоровья, выносливую, учитывают еще какие-то им одним ведомые признаки, быть может, нюхом определяют, этого не знаю… Живут с ней некоторое время и, если результата нет, бросают или исчезают без объяснений… или умирают вдруг, оставляя слабоузнаваемый труп… и ищут следующую, пока не наткнутся на ту, что сумеет переломить человеческую натуру, забеременеть от твари и родить такую же тварь.

– То есть, – медленно заговорил Хагнер спустя мгновение тишины, – вы хотите сказать, что… он жив? Что мать он просто использовал? Этому есть доказательства, кроме ваших предположений?

– Вервольфом становятся только так, – твердо повторил Ван Ален. – Это доказано веками исследований. Только передачей из поколения в поколение.

– Тогда, быть может, майстер Гессе и прав? Быть может, мой дед им был? Или бабка?

– Дед вел себя странно ночами? Исчезал? По соседству то и дело пропадали люди или животные? Он заводил с тобой странные разговоры? Предполагаю, что – нет, судя по твоему лицу. Думаю, если б носителем вервольфьей сущности была твоя бабка, дед наверняка уловил бы что-то странное в жене, которая любит погулять ночами. И, кроме того, передача через поколение это невероятная редкость, не случается почти никогда.

– Что же касается твоего отца, – продолжил Курт, – то здесь совпадает все. Он появился неизвестно откуда – на время; и исчез. Уходил ночами. Плавать? Да, возможно – время от времени. Есть ведь и у ликантропов свои пристрастия. Он пробыл в тесных отношениях с твоей матерью довольно для того, чтобы убедиться, что результата нет. Тело, найденное спустя несколько дней, было обезображено хищником. Поскольку твоя мать вне подозрений, дед и бабка не подходят, а иных способов получить такие способности нет…

– Судя по всему, – подхватил охотник, – пройдясь по Германии с осеменением множества девиц, он через годы решил совершить повторное путешествие, дабы убедиться в том, что не произошло того, что мы, собственно, и имеем – беременность вскрылась после его ухода. О твоем наличии он узнал, побывав на месте вашего прежнего жительства. Наверняка узнал и о том, что вы вот так внезапно снялись и исчезли… А выследить – несложно. И он выследил. Думаю, ты понимаешь, к чему мы подводим. Множество тварей-подручных и их вожак, такой же, как ты, собравшиеся здесь – это не совпадение.