Золотой пергамент - Марина Клингенберг

Балиан, Кристиан и Юан некоторое время молча взирали на своего отца. В услышанное было сложно поверить.

— Но ведь ты, — начал Балиан, — скотина этакая, вечно скрывался под разными именами?

— Фантазия иссякла, — признался Максимилиан. — Я уж забыл, какие имена использовал, а какие нет, и решил для разнообразия назваться настоящим. Так что вы — потомки Розенгельдов. Да-да. Тех самых. Мои поздравления, — он вяло похлопал в ладоши. — Довольны? Эту правду вы хотели узнать? Странно, что Гволкхмэй вам не сказал.

Братья посмотрели друг на друга. Это было невероятно, но теперь они знали, почему за ними вдруг пришел Тристан и увел их в Этериол. Род Розенгельд, в незапамятные времена создавший Врата! Все встало на свои места. И неожиданное появление тогдашнего Хранителя Ключа, и его приглашение, и то, что с ними так хорошо обращались в Эндерглиде.

— Так мы… — прошептал Юан. — Мы — те самые Розенгельды?

— Дурацкое имя, — привычно пробормотал Балиан.

— В таком случае, двойные поздравления, сын мой, — проговорил Максимилиан с изрядной долей сарказма. — Потому что ты — Балиан Розенгельд, и с этим уже ничего не поделаешь.

Балиан поперхнулся от возмущения. Известие вызвало у него такую бурю эмоций, отразившуюся на лице, что даже Роланд едва сдержал улыбку.

— Только ты, малыш, напрасно радуешься, — продолжил Максимилиан, обращаясь теперь к Юану. — Они тебя до конца жизни заставят охранять Врата Рассвета. Шаг влево, шаг вправо — расстрел, как говорят в Галикарнасе.

— Гволкхмэй и Тристан очень добры к нам, — Юан нахмурился. — Никто не заставляет. Мне нравится охранять Врата.

— Если ты из Эндерглида, — перебил Балиан. — То как оказался в Дилане?

Максимилиан недовольно покосился на Роланда и его спутников, потом снова перевел взгляд на Кристиана, Балиана и Юана. Те смотрели на него с ожиданием. Кристиан — невозмутимым, Балиан — суровым, Юан — жадным. Но Максимилиан с самого начала не выказывал ни толики серьезности, невзирая на то, что встретил детей после почти семи лет разлуки, а младшего сына и вовсе увидел впервые. Юан, конечно, не мог сделать выводов; однако Балиан и Кристиан, смотря на отца повзрослевшими глазами, были почти уверены, что этот странный, хоть и родной им по крови человек попросту не в себе. Иначе, почему он столь легкомысленно говорил о таких важных вещах?

— Чего непонятного? Я сбежал, — Максимилиан и тут недоуменно фыркнул и сложил руки на груди, словно признавался в прогуле незначительного урока. — Им нужен был последний Розенгельд, чтобы охранять Врата. Какая чушь! Меня тут ждала ненаглядная Иоланта.

— С которой ты виделся раз в несколько лет, — кивнул Кристиан: Иоланта была их матерью.

— Что я мог поделать? — Максимилиан вздохнул и впервые сильно помрачнел. — Вы и представить себе не можете, как все было сложно. За мной, между прочим, охотились. Не мог же я сидеть на одном месте! Да еще наводить этих… на свой дом, где, между прочим, жила Иоланта! И вы, — добавил он.

— Гволкхмэй никогда бы не причинил нам вреда! — рявкнул Балиан.

— Ой-ой-ой! — изобразил испуг Максимилиан. — Верный соратник. Ну да ладно, с ним и впрямь можно договориться, если только он выкричится. Но это был не он. И даже не Хранитель Ключа. Отступники-градеронцы! Как оно, пострашнее, а?

— И это твое оправдание? — еще больше возмутился Балиан.

— Погоди, Балиан, — остановил его Кристиан. — Как градеронцы, да еще отступники, могли попасть в Дилан? Кроме того, зачем им искать кого-то вроде тебя?

— Отличный вопрос, — одобрил Балиан, буравя отца подозрительным взглядом.

Максимилиан снова огляделся, недовольный таким большим количеством слушателей его невеселой истории.

— Хм. Пришли по своим делам, — он безразлично пожал плечами. — Просто потом узнали, что…

— Ах ты, сукин сын, — прошипел Балиан.