Пара не пара - парень не парень - Надежда Кузьмина

Кипарисы одинаково стойки, стройны и прекрасны и зимой, и летом. И буддлея продолжала цвети, словно и не было ненастья последней недели. Мы сидели в коляске — я уписывала купленные по пути арбузные цукаты, закусывая засахаренными орехами, а Сейсиль аккуратно, стараясь не ронять крошки на юбку, поглощал пирожки с мясом.

Идиллия и гармония, да.

— Сейсиль?

— Мм-м?

— А ты хочешь на мне жениться?

— Я же вроде сказал при леди Анель, что хочу. Только придётся подождать, пока смогу снять юбку.

— А не снимай!

— Что не снимай?

— Юбку!

— Как?!

— Вот так! Смотри, если я выйду за тебя так, как есть, то опекунство кончится! Только надо, чтоб сам Кабан устроил этот брак.

— Ты ещё скажи, что в приданое выпросишь моё поместье, — засмеялся Сейсиль… и осёкся.

Мы круглыми глазами уставились друг на друга.

Вот оно!!!

Но это выполнимо или как?

Итак, начинаем разрабатывать поэтапный хитрострашный план! Потом обсудим с тётей, она умная — или в логическую дыру ткнёт, или чего заковыристое добавит.

Обрабатывать Кабана фей начал буквально на следующий день. Беседа происходила в гостиной, так что вышло частично её подслушать из коридора.

— Ваша светлость, я всё понимаю. Я не настолько знатна и не так богата, чтобы стать вашей невестой. Ведь именно потому вы и отдалили меня от себя, не желая, чтобы я приезжала в особняк, пока тут гостят знатные особы? Нет, нет, — раскрытый менее чем на четверть веер фея сделал несколько резких взмахов, выдавая волнение, — я вас не корю. Я умею реально смотреть на вещи. Так устроен этот мир.

Фей замолк, качнул головой, прикоснулся платочком к глазам.

— Ульфи, я действительно считаю тебя необыкновенным. Но, наверное, нам не судьба быть вместе.

Кабан аж подскочил от такого заявления.

Ну да — разориться для леди на дорогущее колье, серьги, браслет, брошь, а потом услышать «Давай расстанемся», — да это кого угодно из себя выведет!

Фей всхлипнул.

— Пока я не видела тебя целых тридцать семь дней, я думала, думала…

Кабан снова плюхнулся на обитый бархатом стул и ожидающе уставился на фея.

Тот молча, с тоской в честных синих глазах, моргал на Кабана.

— Ну, Сейсиль? И к чему же ты пришла?

— Ваша светлость, я моложе вас почти в три раза, значит, смогу долго услаждать ваш взор и быть прелестной и достойной подругой, — вместо ответа на заданный вопрос заявил фей. Сомненья в голосе не звучало.

— И?

— Но я хочу быть уверена в своём будущем и в том, что наши дети не станут изгоями, заклеймёнными обществом как отверженные бесправные бастарды!

— Де-е-ти?

Невероятно, но Сейсиль умудрился покраснеть аки маков цвет. Интересно, о чём же он подумал, чтобы добиться такого эффекта. Спрошу потом обязательно! Гравюры, что ли, из стола вспоминает?

— Ваша светлость, если лорд и леди долго вместе, то… — фей не договорил и замолк, смущённо отгородившись веером от Кабана.

А тот будто был доволен — приосанился, крякнул. Ну, фей!

— Вот я и подумала… — снова заговорил Сейсиль.

— Что? — наклонился к нему и прищурился Кабан.

— Для того, чтобы я могла быть с вами так долго, как вы пожелаете, и в то же время не беспокоилась о будущем, вы должны…

— Что?

— Выдать меня замуж, — потупился фей. И тут же снова вскинул голову: — Но так, чтобы муж меня не трогал! Пальцем не прикасался! Лишь ты, Ульфи… Только старика не надо, они противные! Просто кого-нибудь, кто даст мне имя, небольшое обеспечение для наших детей и защиту от наветов.

Ошарашенный Кабан замер. Эх, жаль, лица отсюда не видать…

— За-муж?

— Да, замуж. Ведь я понимаю, что вам в невесты, увы, не гожусь, — совсем поник фей. И всхлипнул: — Но так мы смогли бы…

И замолчал.

Кабан беседу не поддержал. Но, судя по тому, что чешет нос, задумался… Потом, после длинной паузы, уставился на фея и изрёк;

— Интересно, могу ли я тебе верить?

— Ульфи, клянусь дворянской честью и своими предками, у меня никогда ничего не было ни с одним мужчиной! — чуть дрожащий, взволнованный голос фея звучал проникновенно и искренне.

Гм-м… А то, что со мной, когда считал меня парнем, целовался, считается? Наверное, нет. Значит, и впрямь не было.

Кабан выпрямился и застыл неподвижно.

Угу, сейчас подсчитывает все «за» и «против». С одной стороны, красавица любовница, которая, вступив в брак, заведомо не станет надоедать с ненужной и неуместной женитьбой. Причём, если выдать за кого надо, то никуда и не сбежит. Но минусы тоже есть, и весомые: нужно дать приданое и найти подходящего мужа.

Сейсиль поднялся. Гибко потянулся и легко развернулся на каблуке так, что юбки закружились шелестящим вихрем. Кокетливо поправил завитой золотистый локон.

— Ульфи, я очень хочу быть с тобой. Обещай, что подумаешь над этим!

И тут, словно по заказу, из глубины коридора послышались торопливые шаги. О, горничная несёт господам морс из шелковицы с розовыми лепестками!

Резво отклеилась от стены, у которой стояла, скрытая портьерой:

— Давай помогу, мне всё равно туда!

— Спасибо, Тьери!

Пока расставляла стаканы и разливала морс, снова присевший Сейсиль, отвернувшись, кусал розовые губы и пристально изучал пол. А вот герцог с какого-то момента уставился на меня. Точнее даже так: на меня — на Сейсиль, на меня — на Сейсиль…

Ход мыслей ясен, только показывать мне этого не следует. Вроде как я понятия не имею, чего на меня таращатся. Преданно вылупилась на Кабана:

— Ваша светлость, чего-нибудь ещё изволите?

— Нет, пшёл вон!

Ну, а зачем так грубо? Ладно б я стакан ему на штаны опрокинула, а так за что?

Кланяясь, отступила в коридор. Сейчас отнесу поднос и вернусь. Страшно интересно, как тут дальше дело обернётся.

Но, когда несколько минут спустя я примчалась с кухни, фея с Кабаном в гостиной уже не было. Ничего, скоро мне Сейсиля домой отвозить, по пути всё узнаю!

«Всё» узнать не вышло. Потому что доклад уложился в два слова:

— Думает, скотина!

Зато мы смогли пару минут подержаться за руки в каретном сарае…

А в особняке по возвращении меня ждал сюрприз.

Сюрпризы — это такая штука, которая падает на голову внезапно, когда её совсем не ждёшь. И вовсе не обязательно радует. Вот мой меня определённо не осчастливил.