Специалист по выживанию - Алексей Калугин

– А ты не боишься, что тебя обвинят в злоупотреблениях на том основании, что ты сам себе выдал разрешение? – вполне серьезно поинтересовался Архенбах.

– Нет, – уверенно покачал головой Чейт. – Ведь я действую не только в собственных корыстных интересах, но в первую очередь в интересах коренного населения планеты Варкал.

Архенбах в задумчивости постучал когтями по полированной поверхности стола.

– Какой срок займут подготовительные работы до приезда первой партии отдыхающих? – серьезно, по-деловому спросил он.

– Две, максимум – две с половиной недели. Я уже провел предварительные переговоры с поставщиками нужного нам инвентаря и оборудования. Они берутся доставить все на место в течение трех дней после оплаты.

– На какое число посетителей будет рассчитан комплекс?

– Я планирую не больше пятидесяти мест. Если в наше заведение будет трудно попасть, то от этого спрос на места в нем будет только расти. А соответственно вырастут и цены. В дальнейшем, при хорошей конъюнктуре, можно будет пойти на расширение дела.

– Хорошо. – Архенбах решительно стукнул когтями по столу. По полировке побежали мелкие трещинки. – Ты почти убедил меня.

– Не сомневайся, Архенбах, дела у нас пойдут! – радостно заулыбался Чейт.

– Но я хотел бы взглянуть на планету, – приподняв свою тяжелую лапу, сказал Архенбах.

– Нет проблем. – Чейт ударил кончиками пальцев по открытой ладони приятеля. – Мой корабль стоит в доке. Можем отправиться прямо сейчас.

* * *

Пройдя через плотные слои атмосферы Варкала, корабль завис над полем, похожим на полотно художника-импрессиониста, где зеленый фон перемежался частыми вкраплениями ярких, живых цветов, среди которых преобладали желтый и голубой.

Пару месяцев назад Чейт установил на своем катере взлетно-посадочные двигатели на антигравитационной тяге, и теперь «Эллу» можно было посадить на любой ровной площадке, соответствующей ее размерам.

Круглые блины посадочных опор примяли к земле траву и цветы. Чейт отключил антигравитационную тягу, и корабль тяжело осел на мощных амортизаторах.

– Прошу на выход! – Чейт указывал в сторону раскрытого нараспашку шлюза.

Архенбах остановился на верхней ступеньке трапа и повел головой по сторонам. При этом кожистые клапаны на его ноздрях полностью раскрылись, что обычно бывало крайне редко. Так же, как и все его сородичи, Архенбах обладал очень острым обонянием, и любой резкий, неприятный запах вызывал у него примерно то же ощущение, что и яркий свет, направленный в глаза.

– Здесь хорошо пахнет, – сообщил Архенбах Чейту. – Никогда прежде мне не доводилось вдыхать такой первозданно чистый воздух.

– Поблизости нет никаких промышленных производств, – напомнил Чейт.

– Дело не только в этом, – возразил Архенбах. – Порою и природные выделения способны засорить воздух. А здесь… – он снова повел головой из стороны в сторону, – я не чувствую никаких посторонних примесей. Только запахи земли, травы, леса и моря, находящегося где-то неподалеку.

– Точно, – подтвердил Чейт. – До моря рукой подать.

Спрыгнув с трапа, Чейт направился в сторону расположенной на краю поля лесной полосы.

– Эй, а корабль ты не собираешься закрыть? – окликнул его всегда внимательный к мелочам Архенбах.

– Зачем? – обернувшись на ходу, ответил Чейт. – На планете нет никого, кроме нас, у кого он мог бы вызвать хоть какой-то интерес.

Архенбах недовольно щелкнул челюстями, но, не сказав ничего более, последовал за Чейтом.

Пройдя с полкилометра лесом, похожим на чистый, прозрачный кристалл изумруда, на каждой из многочисленных граней которого играли и переливались солнечные лучи, они вышли к морю.

В первый момент у Архенбаха даже перехватило дыхание от невероятной красоты открывшегося перед ними вида. Несмотря на толстую, покрытую чешуей кожу и широкую панцирную пластину на спине, Архенбах обостренно воспринимал любые проявления прекрасного. Кроме того, он был неисправимым романтиком, и то, что он видел сейчас, наполняло его душу восторгом, а глаза – слезами радости. Он готов был петь и славить провидение за то, что оно привело его в это прекрасное место.

Берега песчаной бухты в форме полумесяца тянулись на несколько километров в обе стороны, далеко уходя в лазурную гладь моря. Само море выглядело как огромное незамутненное зеркало, в котором отражалось опрокинутое небо с застывшими на нем, словно нарисованными, легкими белыми облачками и ослепительным пятном солнца, похожим одновременно на чашу с расплавленным металлом и на око всевидящего и мудрого древнего Бога, взирающего с высоты на свое безукоризненное творение, в создании которого он наконец-то достиг совершенства.

– Ну, что скажешь? – с довольным видом спросил у Архенбаха Чейт.

– Ты ЗДЕСЬ собираешься строить туристический комплекс?! – Вопрос Архенбаха прозвучал так, словно речь шла о некоем страшном святотатстве, которое, по незнанию, готов был совершить его друг.

– А почему бы и нет? – непринужденно пожал плечами Чейт. – Я ведь не собираюсь осквернить этот пейзаж. Бунгало мы поставим в стороне, под прикрытием леса. Там же будут расположены и все служебные помещения. По пляжу будут бегать только радостные, загорелые туристы!

– Нет, Чейт, – покачал головой Архенбах. – Это место прекрасно только потому, что здесь никого нет.

– Здесь есть мы с тобой, – возразил другу Чейт. – И мне лично кажется, что мое присутствие вовсе не обезобразило окружающий ландшафт.

– Нас только двое…

– Дело не в числе, а в отношении к тому, что имеешь, – перебил Архенбаха Чейт. – Почему ты отказываешь другим в праве видеть то, что видим сейчас мы с тобой? Пойми, Архенбах, мы не гонимся за сверхприбылями, а потому, если захотим, сможем сохранить это место в первозданной красоте. Но если мы не застолбим этот участок, то рано или поздно на него положат свой глаз настоящие акулы индустрии развлечения и отдыха. И тогда можешь представить себе, что они здесь понастроят – карусели, водяные горки, точки с холодным пивом и горячими сосисками. Мы же создаем не просто туристический комплекс, а центр неформального общения варкалов с представителями инопланетных рас. Черт возьми, Архенбах, неужели ты не можешь проникнуться всей глубиной взятой нами на себя миссии?!

Как ни странно, доводы Чейта, перечисляя которые он свалил в одну кучу все, что в данный момент пришло ему на ум, возымели свое действие.

– А где же сами варкалы? – спросил уже куда более спокойным голосом Архенбах.

– Видишь на берегу невысокие деревья с развесистыми кронами? – Чейт рукой указал нужное направление.

– Ну?

– Видишь большие, продолговатые плоды, свисающие с нижних веток?

– Вижу.

– Это и есть варкалы.