Спаси меня нежно - Марина Кистяева

У нее есть целый месяц, чтобы соскучится по нему.

От судьбы уйти нельзя.

Как и от него.

Зверь зарычал, не желая мириться с его выбором.

У нее был месяц.

Агния это хорошо понимала. Потом ей придется снова встретиться с Иваром.

Что ж. Да, от судьбы не уйдешь.

Месяц – не так уж и мало. Будет время, чтобы привести жизнь в порядок. Вернее, вернуть ее в прежнее русло.

Оказавшись дома, в родной постели, Агния словно ожила. Она дома! Не было никаких тревожащих мыслей, переживаний. Все разом встало на свои места.

Она заслужила небольшой отдых.

Утром Агния проснулась отдохнувшей. Потянулась, разминая косточки, и улыбнулась.

Господи! Неужели она улыбается? Улыбается от того, что на сердце легко? Свободно? Что ничто не обременяет его? Разве такое возможно?

Видимо, возможно.

Поднялась с кровати и первым делом распахнула штору. Пусть за окном осень и серо, даже это не портило настроения. Так, теперь кружечку дымящегося кофе, и можно будет считать, что утро удалось.

Агния любила варить кофе. Накинув на плечи шелковый халат, прошлепала босыми ногами на кухню. Еще она любила ходить босиком. Сонная, медленно раскачиваясь, достала турку и любимый бразильский кофе. Нашла корицу. Как же приятно знать, что за время твоего отсутствия ничего не изменилось!

А еще… понимать, что тебя ждали.

На глаза навернулись слезы. Все-таки она была не права в отношении отца. Считала его черствым человеком, винила в ссорах с матерью, сознательно отдалилась от него, сведя к минимуму общение. Какая же она глупая. Отец любил и переживал за нее. Просто не умел показать свои чувства, держал эмоции при себе.

Вспомнив о матери, Агния тяжело вздохнула. Еще одна тайна. Если ее нет в загробном мире, где она сейчас? С этим тоже необходимо разобраться.

Конечно, можно бы было отмахнуться, оставив дух матери в покое. Но события последних недель показали, что ничто в этой жизни не происходит просто так. Как выяснилось, Клаудия была суккубой, и ее кровь передалась дочери. Ей очень хотелось узнать хоть что-то о жизни и смерти матери. Как выясняется, она ничего о ней не знала.

Сварив кофе, Агния прошлепала в гостиную, попутно прихватив плед. Вот оно, счастье. Маленькое женское счастье. Утро. Кофе. Плед.

Аркадий опаздывал. Воины собрались за школой Ивара, на берегу, а его не было. Домэн стоял злой и раздраженный, нервно поднимая краем ботинка песок.

– Еще не натрахались, – грубо прокомментировал он задержку названного брата.

Ивар метнул в его сторону недовольный взгляд.

– Претендуешь на его место? – заметил, нарочито приподнимая брови.

Домэн выругался. Скрывать от предводителя что-либо не имело смысла.

– Она выбрала его, – не сказал, выплюнул.

Леон усмехнулся, но вмешиваться в разговор не стал. Он тоже заметил влечение Домэна к Ведьме. Благо та не принялась играть парнями, забавляясь. Могла попеременно курсировать от одного к другому, настраивая их друг против друга. Это было бы хреново. Тогда Леон уже не остался бы в стороне. Понимал, что до Олесии добраться очень сложно. Но, как известно, для Воинов не было невыполнимых задач.

– Домэн, вот и заканчивай злиться, – посоветовал Ивар, скрещивая кисти за спиной и устремляя взгляд за горизонт. Еще не хватало разборок между парнями. – Переключись на другую женщину. Не хочешь другую женщину – займись работой. Детьми. Они к тебе привязались за время моего отсутствия. Не хочешь перейти на должность постоянного учителя?

Да, для Домэна оказалась приятной неожиданностью работа в школе. Он периодически заменял Ивара, возился с малышней, но никогда не воспринимал всерьез возможность преподавания. Проще махать мечами да секирами и перемещаться меж миров, разыскивая и уничтожая врагов. Дети – другое. Они не терпят лжи и притворства. Особенно те, что обучались в школе Ивара.

Сейчас предложение предводителя не показалось ему абсурдным.

– Я подумаю.

– Подумай. Будем обучать вдвоем.

Домэн продолжал хмуриться. Плохо, что не смог сдержаться прилюдно. Умом понимал, что не имеет права злиться на Аркадия. Он – его брат. Им сражаться бок о бок, прикрывать спины друг другу, а не бабу делить. Хотя Олесию бабой можно было назвать с большой натяжкой, и все же.

– Мы все забыли об одном факте, – сказал он, поочередно посмотрев на Ивара и Леона.

– Каком?

– Брат Ведьмы с левиафанами вкупе.

Олесия была в ярости.

Хотя ярость не то слово, коим можно охарактеризовать ту сумасшедшую гамму эмоций, что она сейчас испытывала. Она была в бешенстве, так точнее.

– Повтори, пожалуйста, что ты сейчас сказал, – ядовито произнесла она, уперев руки в бока.

– Ты остаешься дома.

Слова Аркадия звучали спокойно. Спокойным выглядел и он сам. Методично одевался – натянул кожаные штаны, снял с вешалки черную рубашку. Далее должна была последовать кожаная безрукавка. Его действия были размеренными, лишенными суеты. Точно тот разговор, что сейчас происходил между ним и Ведьмой, для него не имел никакого значения. Олесии очень сильно захотелось в него чем-нибудь запустить. Тяжеленьким. А лучше – навести морок, или применить заклятье. В отличие от него, она стояла в одних кружевных белых трусиках и одеваться не спешила. Лишь каскад темных волос прикрывал часть груди с дерзко торчащими сосками. Домэн был прав – они только что закончили заниматься сумасшедшим сексом. Олесия испытала феерический оргазм, после которого Аркадий спокойно сообщил ей о своих планах и о том, что она останется дома.

– С какой стати я должна оставаться дома?! – бушевала Ведьма.

Ответ доконал окончательно.

– Потому что я так решил.

– Что?! – заорала Ведьма, уже переходя на визг, ей в жизни никто не указывал, что она должна делать, а чего нет. – А кто тебе дал право за меня что-либо решать?

– Ты, – спокойный, почти равнодушный голос заставил девушку впасть в ступор.

Ведьма и предположить не могла, что с ней может случиться подобное – у нее в прямом смысле открылся рот, она жадно хватала воздух, не в силах взять себя в руки.

Дальше – хуже.

Прошла к низкой постели на кованых ножках – деревянные давно бы не выдержали их бурных акробатических выкрутасов – и опустилась на матрас. Положила руки на колени и минуту молчала.

За это время Аркадий успел полностью одеться и взять оружие – два пистолета, дротики и несколько ножей с разными зазубринами. У Олесии невольно екнуло сердце. Он экипируется так каждый день. Привычно. Не задумываясь о будущем. Через день отправляется куда-то, чтобы предотвратить зло. Она знала, что Воины обладают сверхсилой даже среди представителей своей расы, и все же… На ее долгой жизни Воины сменялись несколько раз. Они жили долго, но не были бессмертными. И сейчас он снова уходил.