Проникновение - Марина Суржевская

Сердце гулко ударило в ребра. Там, за Туманом, моя жизнь: люди, цивилизация, Академия… Пора возвращаться.

***

Я накинула на плечи теплый плащ, подбитый мехом лисицы, и усмехнулась. Надо же, я почти привыкла к одежде фьордов. Хотя в комбинезоне и теплой куртке было бы удобнее, чем в шерстяном платье.

Но хвала хёггам и за это. Бьорн ушел к себе, а я еще раз перечитала письмо, которое оставила для Данара. Пусть у снежного и были на меня планы, с которыми я не согласна, но, по-своему, он неплох. А я обещала разобраться, почему у него не рождается наследник. Вот только ответ пусть лучше прочитает в послании, а не услышит от меня. Подхватила свою котомку. Нож, запас мяса, сыра и хлеба, загадочный холодный уголек, который загорался на дереве или опилках, веревка, карта, бриллиант, благодаря которому я больше не мерзла. Магия фьордов, которую я так и не смогла объяснить, да и не смогу, видимо. Не хватит на это моих знаний.

Вздохнула и уже привычно погладила железную птичку, а после спрятала ее обратно в кожаный мешочек на поясе. Пора…

Мои улыбки и восторги дали свои плоды - стражник, охраняющий меня, утратил бдительность, и последние дни слонялся следом лениво с явным недоумением на круглом лице. Он не понимал, зачем охранять ту, что на каждом шагу восхищается красотами Аурольхолла и славит снежных хёггов. Я столько раз благодарила окружающих за жизнь в этом прекрасном месте, что мне поверили. Даже Данар смотрел со снисходительной усмешкой и ленивым интересом. И я не желала, чтобы эти взгляды переросли во что-то большее.

Сейчас, в ранний предрассветный час, воин-страж блаженно похрапывал у дверей моей комнаты. А предусмотрительно смазанные маслом петли не издали ни звука.

Аурольхолл еще спал, когда я тенью пробиралась по светлым коридорам и выходила из маленькой двери за кухнями. Медленно разгорающийся свет зари окрасил розовым и золотым хрустальные вершины башен, и я на миг застыла, сраженная этой красотой. Но тут же отвернулась и понеслась в сторону от главных ворот. Любая нормальная беглянка устремилась бы к морю и попыталась стащить одну из лодок. Я же торопилась на восток, туда, где высились снежные горы и где виднелась мутная полоса Тумана. Никто из детей фьордов не пойдет добровольно в ту сторону, на это я и рассчитывала.

Крепостная стена оканчивалась за башнями, так что уже через час быстрой ходьбы я оказалась на плато, занесенном снегом. Сияющая Вершина оставалась позади, цвета ее башни гасли в свете дня и снова становились алмазно-серебристыми. Утро выдалось свежим, но холода я не чувствовала. В моем первоначальном плане была мысль украсть лошадь, но я ее быстро отбросила. Вряд ли животное с радостью повезет на себе седока, трясущегося от страха. К тому же, я даже не представляю, как крепится седло, и вряд ли способна удержаться на крупе без него. Так что топать придется ножками.

Плато оказалось живописным, сквозь тонкое одеяло снега пробивались нежно-голубые эдельвейсы, но я запрещала себе неуместные сейчас восторги и шла дальше.

Через пару часов моего успешного побега я уже видела бок скалы и край Тумана рядом. Главное - не ошибиться. Если я правильно запомнила точку, указанную Андерсом Эриксоном, то здесь завеса между фьордами и Конфедерацией практически исчезла. Надо найти этот разрыв! И верить в слова ученого.

Но думать о возможных погрешностях я сейчас не желала. Я разыщу этот проклятый разрыв! Разыщу!

Туман был уже совсем близко, когда позади, со стороны Аурольхолла, раздался тяжелый глухой гул, а потом покатился тревожный звон колокола. Я подпрыгнула. Что это? Неужели мой побег заметили?! И сейчас созывают людей, чтобы поймать беглянку?

Снова непонятный звук-удар. Я обернулась, козырьком приложила ко лбу ладонь, пытаясь понять, почему дрожит северная башня Аурольхолла, та самая, что розовела час назад в свете восходящего солнца. Дрожит, а потом оплавляется, и начинает рушиться, словно срезанная пополам гигантским лучом…

Ужас перехватил горло, и паника сдавила меня в знакомых объятиях. Со своего места на скале я видела, как верхушка башни рухнула вниз, и я знала лишь одно оружие, что способно на это. Лазерная установка Конфедерации.

Но как?? Как?!

Так же, как и я намеревалась проникнуть на другую сторону…

Я начала задыхаться. Удушье свалило меня на снег, невидимая удавка радостно затянула петлю. В глазах потемнело, но я успела увидеть взметнувшуюся над Аурольхоллом тень. Огромный длинный силуэт, распахнутые в полете черные крылья, пламя, извергающееся из клыкастой пасти…

Сверр. Там, над сияющими пиками, был Сверр! Его я узнаю в любой ипостаси, всегда.

Встала на колени, делая острожные вдохи. Раз, два, раз, два… Как там говорил целитель?

- Хелехёгг, рожденный в пламени Горлохума, забери мою болезнь, помоги мне, - задыхаясь, забормотала я. Сейчас не было мыслей о том, насколько ненаучно и даже глупо то, что я пытаюсь сделать. К демонам науку! Она осталась там, за Туманом. А здесь над Аурольхоллом кружит Сверр, и по нему стреляют… - Прошу тебя, Хелехёгг! - взмолилась я. - Я должна ему помочь!

Дыхание выровнялось, и я осторожно втянула снежный воздух. Приступ прошел. Без ингалятора и лекарств.

Но задумываться об этом я не стала, подскочила и понеслась обратно, в сторону города. И на этот раз я уже не видела ни красоты гор, ни эдельвейсов, что попадали под подошвы моих сапог.

***

Я разорвал слияние со своим зверем и рухнул на снег, потеряв равновесие. Ирвин издал трубный рык, плюнул обжигающей кислотой и тоже изменился.

- Ты что творишь, Сверр? - заорал он, тревожно оглядываясь. - Зови своего хёгга! Человеком здесь слишком опасно!

- Убирайся в Нероальдафе! - рыкнул я а-тэму. Ирвин упрямо поджал губы. И я знал, что побратим не уйдем, проигнорировав мой прямой приказ.

- Сверр, послушай…

- Убирайся!

Он крикнул что-то в спину, но я не обратил внимания, с разворота ударил топором снежного, что попытался лишить меня головы. Вокруг кричали люди. Жители Аурольхолла бежали в укрытия, прятались, орали… никто не понимал, что происходит и откуда пришла беда. Я завертелся, пытаясь сориентироваться.

Аурольхолл снова дрогнул, словно живой и раненый зверь, жалобно зазвенел всеми семью башнями. А потом верхушка восточной мягко поползла вниз. Ее срезал тонкий голубоватый луч, возникший из ниоткуда. Белые камни посыпались вниз лавиной, вызывая новые крики и плач.

- Сверр! - снова крикнул Ирвин. - Сверр, сливайся со зверем!

- Я должен найти ее!

- Я помогу…

- Ты уже помог, - процедил я, вгоняя кулак в живот атакующего воина. Пригнулся, пропуская над головой белую сталь, ударил…

- Эй, черный! - голос Данара, полный злобы и ненависти, я услышал сквозь шум битвы, развернулся. Риар Аурольхолла стоял в узком окне крепости, пока - человеком. И мне надо, чтобы он был человеком еще хоть немного…