Криабал - Александр Рудазов

- Да, я был прав, - удовлетворенно сказал тот Массено. – Радож Токхабаяж, родился в день Фарфорового Осьминога четыреста шестьдесят первого года, в городе Мухзаза, Херемия.

- Можно взглянуть? – тронул призрака за плечо монах.

Рука не ощутила плоти, но Массено держал ее так, словно касался живого человека. Мазетти это явно пришлось по душе – он глянул на монаха с симпатией, передал ему книгу («Великие волшебники Мистерии», пятый том), а сам снова поплыл к стеллажам.

- Там всего лишь статья, - уточнил библиотекарь. – Основные факты, хроника жизни, магическая деятельность, список трудов и тому подобное. Если хотите узнать о Антикатисто побольше, прочтите что-нибудь из этого.

С полок одна за другой взмывали и ложились перед Массено томики. «Токхабаяж», «Антикатисто», «Жизнь Токхабаяжа», «Постигший Тьму», «Радож Токхабаяж – Антикатисто», «Восьмой лауреат премии Бриара первой степени Радож Токхабаяж», «Открытия Токхабаяжа», «Биографические заметки о Р. Токхабаяже», «Летопись жизни и деятельности Радожа Токхабаяжа», «Мистерия против Антикатисто», «Смерть и жизнь Антикатисто», «Антикатисто еще вернется?», «Секреты и тайны Антикатисто».

- Хотя вот это не надо, - забрал последнюю Мазетти. – Это художественное произведение.

- Я все же прочту и его, - сказал Массено. – Название многообещающее.

- Только название. К сожалению, это всего лишь роман в детективном жанре. Действие происходит в наши дни, а Антикатисто вплетен в сюжет лишь для разжигания интереса. У мэтра Брунеллоне немало произведений такого рода. Да и «Антикатисто еще вернется?» я бы не советовал читать – типичная конспирология.

- Я прочту все, что у вас есть, - повторил Массено. – Но я правильно понимаю, что это все написано другими людьми? Не осталось ли чего-то, написанного самим Антикатисто?

- Осталось, конечно. Он один из самых гениальных элементаристов, автор фундаментальных исследований в области алхимии, ятрохимии, метафизики, спациологии и душестроения. Однако это все, боюсь, не может быть нормально воспринято без хотя бы базисных знаний в теории магии. Большую часть трудов Токхабаяжа проходят даже не на бакалавриате, а в магистратуре.

В подтверждение своих слов библиотекарь показал Массено несколько книг и брошюр. Полистав их, монах был вынужден признать, что для него это эльфийская грамота. Отдельные фразы и даже некоторые абзацы понятны, но общий смысл темен, как глубокий колодец.

- А не было ли у него какого-нибудь дневника? – с надеждой вопросил Массено. – Мемуары, записки...

- Вероятно, у него был рабочий дневник. Все-таки он был маститым исследователем и вряд ли держал все в голове. Но его, к сожалению, не нашли. Равно как и его гримуар. Обратившись в Антикатисто, он либо уничтожил все записи, либо надежно их припрятал.

- Полагаю, искали очень тщательно.

- Его башню разве только не разобрали по кирпичику, - подтвердил Мазетти. – Тайны Антикатисто волновали очень многих.

- А она все еще цела?

- Вряд ли. Святой отец, шестьсот лет прошло. За такой срок обращаются в руины города. Для меня-то эти события были словно вчера, но для живых это – древняя история. Антикатисто давно превратился в полузабытый кошмар, страшную сказку.

- Все же я хотел бы взглянуть.

- Да вы ничего там не найдете. Даже если она все еще стоит – до вас ее обыскивали десятки раз.

- И все-таки, - повторил Массено.

- Ваша воля. Но в таком случае вам придется портироваться в Ходжарию. Кажется, у Токхабаяжа была квартирка в Валестре, но она была уничтожена, когда был уничтожен сам город. А основная его резиденция располагалась где-то в его родной стране... никогда не интересовался, где именно, но в одной из этих книг вы наверняка найдете ответ.

- Благодарю вас за помощь, мэтр, - поклонился Массено. – Я незамедлительно прочту их все, а затем отправлюсь в Херемию.