Семь дней Мартина - Дмитрий Мансуров

Мартин смотрел на закат, не отрываясь.

Зима никогда не бывала в этих краях, но напомнила о себе вечерним пейзажем. Жаркий зной пустыни невозможно спутать с морозным дыханием зимы, но барханы отдаленно походили на снежные заносы, и гонимый ветром песок летал точно так же, как и сдуваемые снежинки. В такие минуты Мартину хотело забыть обо всем, что с ним случилось: о тяжелых минутах битвы с кошмарными существами, запросто бы напугавшими своим обликом самого бесстрашного человека. О беде, случившейся с его друзьями, о бесполезных поисках.

Хорошо, что пришельцы решились на неожиданный шаг, и это решение в какой-то мере пошло на пользу Анюте и Ивану: теперь они точно не умрут от чрезмерного омоложения, потому что космический холод уничтожил бактерии и вырабатываемый ими яд. Омоложение остановлено, и это — плюс. Но есть и огромнейший минус: Анюта и Мартин отныне будут лежать замороженными в стеклянных ящиках, и ящики превратятся в гробы, если поиски живой и мертвой воды завершатся ничем.

Мартин думал о том, что не случись первой драки с Правичем, у него была бы прорва времени на поиски воды. Хоть сто лет потратить — с Иваном и Анютой за это время ничего не случится. Пришельцы поклялись не размораживать тела, а в герметичных ящиках они будут храниться до тех пор, пока в лаборатории пришельцев не закончится электричество или не выйдет из строя последний холодильник. Но даже в этом случае шанс сохранить тела существовал: поместить их в искусственную пещеру под зданием. Ведь вечная мерзлота, появившаяся во время последнего мини-ледникового периода, обладала немыслимыми запасами холода. Это позволит Ивану и Анюте храниться практически вечно.

Но скоро наступит последняя минута существования Мартина как разумного человека. Бактерии делают свое черное дело, и их последний носитель тоже превратится в замороженного человечка. Мартина не отправили в холодильник прямо сейчас только потому, что он помолодел всего на три года. Снова стать семнадцатилетним — в этом нет ничего плохого, а вот Анюте и Ивану ко времени заморозки стукнуло по восемь, и Мартин решил, что отправится на ледяной покой, лишь вновь став сверстником друзей.

А если их когда-нибудь оживят и вернут во дворец, начнется самое потрясающее шоу на свете: придворным придется общаться с царевичем, обладающим телом восьмилетнего и разумом двадцатилетнего человека. Пришельцы доказали, что разум не молодеет от яда бактерий, потому что накопленная за годы жизни информация может забыться от времени, но не «отучиться» обратно в книги и учебники.

Однако шоу может и не быть: после заморозки Мартина поиски воды полностью ложились на плечи мага Григория, у которого на самом деле есть прорва времени на основательное изучение древних материалов.

Но как страшно, наверное, оказаться замороженным, а потом проснуться и узнать, что поиски воды затянулись на долгие века. Проснуться в мире, намного превосходящем в развитии сегодняшний день — это катастрофа. Далекие потомки — какими они будут? — могут и не принять пришельцев из далекого прошлого, или станут смотреть на них, как на первобытных зверушек. И вместо дворца царевича с компанией поместят в зоопарк и напишут на клетке табличку «Человек феодальный примитивный, три штуки».

Помолодевшего волка Всеволода (уже можно сказать, Севы) уже отправили к пришельцам и тоже заморозили.

А стражники всего мира с волнением и страхом в душе ждут прихода седьмого дня и появления первых кусающихся мертвецов. В городах и селах прошли тотальные допросы всех жителей на предмет общения с Правичем, и тех, кто с ним контактировал, изолировали от общества в заброшенном северном городе. История как будто пошла по второму кругу: город, в котором кусающиеся мертвецы появились впервые, со дня на день должен был пережить вторую волну их нашествия.

— Что-то я не о том думаю, — спохватился Мартин. Фантазии всегда являлись его коньком, но на этот раз оказались слишком мрачными. При упадническом настроении лучше не фантазировать, только хуже будет.

— Переговоры с магом заказывали? — громким голосом спросило зеркальце. Мартин вздрогнул: зеркальце имело свое мнение относительно того, как надо давать о себе знать, чтобы не повторять дважды, и каждый раз его вопли вводили Мартина в предынфарктное состояние.

Он достал зеркальце из кармашка и с недоумением повертел его в руках: Григорий почему-то до сих пор не появился, и на Мартина пялился усталый зеркальный двойник.

— И где маг?

— Сейчас будет! — ответило зеркальце, и отражение Мартина плавно превратилось в лицо мага.

— Мартин, у меня серьезный разговор, — сказал Григорий.

— А разве у нас были другие? — Мартин уже ничему ни удивлялся и был готов к самым катастрофическим новостям относительно существования или уничтожения живой воды. Бурлящие в душевном котле эмоции вскипели, перекипели, успокоились и накрылись медным тазом. Точнее говоря, толстой крышкой обреченности. — Пришла пора собрать вещи и отправиться к пришельцам за упокоем?

— Ты чего такой мрачный сегодня?

— Нет повода для оптимизма.

— Здесь я с тобой соглашусь, — сказал маг. — Но есть еще одна новость. И я никак не могу определить, отнести ее к хорошим или плохим.

Он приподнял со стола кучу исписанных бумаг.

— Как видишь, я изучил приличное количество документации прошлых лет. Наши отрицательные результаты с научной точки зрения — тоже результат, но нам важнее один-единственный положительный, чем куча отрицательных.

— Григорий, хватит балагурить общими фразами, — попросил Мартин. — Я слишком устал, чтобы снимать лапшу с ушей.

Маг положил бумаги на стол и указал на два широких листа.

— Так вот, — сказал он, — сегодня мне сказочно повезло, потому что я отыскал древнюю карту мира времен эпохи мага Ахлимиста.

Сердце Мартина учащенно забилось.

— Вы наконец-то обнаружили точное место, где течет волшебная вода? — выдохнул он с надеждой. Несколько дней он носился по свету и успел сделать столько, сколько другим хватило бы на три жизни, и теперь, если место обнаружено, ничто на свете не помешает набрать воды и привезти ее друзьям.

— Отыскал! — подтвердил маг, но Мартин не услышал в его голосе ожидаемого оптимизма.

— Что не так? — испугался он. — С кем нам предстоит иметь дело теперь? Осоиды были, Правич был, Горгоны и василиск тоже были, кто теперь стоит между мной и живой водой?

— Ты правильно думаешь, что неприятности не закончились, — подтвердил Григорий, не решаясь сразу рассказать о новом препятствии. — Дело в том, что теперь я знаю, почему маги прошлого перестали добывать живую воду.

— Она испортилась точно так же, как и молодильные яблоки?! – предположил Мартин.

— Нет.

— Тогда что? Не тяните, у меня времени нет!!!

Маг откинулся на спинку кресла и позволил себе расслабиться.

— Как я устал это все читать, уже буквы перед глазами джигу отплясывают… — прошептал он. — Мартин, ты помнишь, я говорил о том, что пришельцы прилетели на Землю перед самым началом мини-ледникового периода?