Идеальные каникулы смерти - Шэрон Ньюман

Крис Грабенштайн вместе с Брюсом Уиллисом занимался в Нью-Йорке комедиями импровизаций, но затем его нанял Джеймс Паттерсон, поручив писать рекламные тексты. Он обладатель премий Энтони и Агаты, присужденных за детективные романы о Джоне Сипаке и Джерси Шор, триллеры и ужастики. Его собака Фред может похвастать еще более выдающимися достижениями. Фред был звездой бродвейской постановки «Чух-Чух Бум-Бум». У Криса пять братьев, что сделало его детство довольно рискованным предприятием. Впрочем, единственными паранормальными существами, с которыми приходилось сталкиваться Крису, были русалки в аптеке Веббс-сити в Санкт-Петербурге, штат Флорида, куда вся семья каждый год приезжала в августе, чтобы проведать дедушку и бабушку. Влажность там тоже была чудовищной. Вы можете навестить Криса (и Фреда) в сети по адресу www.chrisgrabenstein.com.

Я не знаю, почему лежу здесь и мне снится 1975 год и демон в дюнах.

Лето. Приморская возвышенность, Нью-Джерси. Суббота. Шестнадцатое августа 1975 года. Ночь, когда я впервые увидел демона, притаившегося в тенях на темной кромке песка.

Мы с Кевином Корманом бежим по залитой лунным светом улице прочь от мотеля «Ройял-Фламинго» и наших семей.

— Ты взял? — спросил Кевин.

— Угу. — Я показал ему две банки теплого пива. — «Шлитц».

— Твой старик не заметит?

— Не думаю, — ответил я, насколько помню, довольно нервно.

Будучи подростком, я никогда не стремился нарушать правила. Обычно я вел себя прилично и старался не накликать на свою голову неприятности.

— То, что надо, — кивнул Кевин, забирая у меня банки «Шлитца» и пряча их под развевающиеся полы костюма.

В тот вечер он был одет так, чтобы покорять сердца. Как Джон Траволта несколько лет спустя, когда с ним случилась почти такая же лихорадка субботнего вечера.

Мы с Кевином, как обычно, на две недели приехали к морю. Разумеется, с родителями. Дома, в Вероне, штат Нью-Джерси, мы были соседями и ходили в одну и ту же школу.

— А тебе удалось раздобыть… того, спиртного? — заикаясь, промямлил я.

Мы быстро шли по улице, стараясь не привлекать к себе внимания и понимая, что два подростка (один перевозбужденный, другой несколько развязный), крадущиеся по Оушен-авеню в половине десятого вечера, выглядят достаточно подозрительно. Когда мы были помладше и приезжали сюда на каникулы, в это время мы обычно донимали родителей просьбами повести нас на бульвар и угостить мягким мороженым в рожках из автоматов самообслуживания. Теперь наши родители оставались в мотеле, чтобы посидеть у бассейна и, потягивая виски с содовой из неуничтожимых высоких пластиковых стаканов, поиграть в карты и покурить. А мы врали, что идем развлекаться на пирс, вместо чего отправлялись в дюны выпивать.

— Дейв, мои родители пьют виски, — вздохнул Кевин. — А его очень трудно спереть. Виски разливают в бутылки, а не в банки.

— Понятно.

— Иногда папа тырит маленькие бутылочки в самолетах. Но он не берет их в отпуск.

— Круто.

— Эй, а ты когда-нибудь пил виски?

— Нет. Даже не пробовал.

— Мудрый совет: пиво и вино пить разрешено. Виски и пиво? Будет некрасиво.

Я кивнул, как будто не услышал ничего нового.

— А где Джерри? — спросил я.

— Сказал, что встретит нас на К-стрит.

— Ясно. — Нам предстояло пройти еще два квартала. — А как насчет… ну это… девчонок?

— Расслабься, приятель. Они уже студентки. А значит, будут на своих колесах.

— Угу.

— И еще одно.