Время выбора - Влад Левицкий

Иллирэн атаковал, да так, что Кухулин едва отбил стремительный выпад своего врага. С Копья сорвалась белая молния; разбрасывая в стороны белые искры, она устремилась к противнику принца, оставляя за собой тонкий черный шлейф...

Слуга неведомого Кухулину бога увернулся от нее играючи. Тиар зашипел, разрывая красную накидку, а вслед за ним уже летела тонкая, постоянно меняющая свои очертания серая стрела...

Лик коронованного призрачной короной подернулся легкой сероватой дымкой. Капитан Беак вдруг прыгнул вперед, в считанные секунды преодолевая почти отвесный утес, на котором друг против друга застыли Кухулин, принц Улада и Иллирэн, слуга... Но Сила, принявшая обличье капитана Беака, не успевала. Призрачная стрела впилась в грудь наследнику Улада. Копье Ассала вспыхнуло красным. И Кухулин, сраженный Иллирэном, сорвался с утеса вниз.

— Не-е-е-ет! — в один голос закричали Иллирэн и капитан Беак.

Грянул гром. Неведомый хозяин Иллирэна беззвучно закричал; устремившиеся к нему облака постепенно закрывали его разъяренное лицо.

А Кухулин падал вниз. Так и не разжав руки. Копье Ассала, таинственная иномировая Сила, уходила с ним. Страха не было, он победил. Победил, не отдав Копье врагу; победил, оставшись непобежденным.

«Неужели это конец?» — Кухулин, наследник уладского престола, непобедимый боец и непревзойденный волшебник, улыбнулся...

Ты доказал сам себе, что честь и доблесть не сломить никаким оружием. Доказал, что одна жизнь — ничто в сравнении с тысячами, сотнями тысяч! Ку-Рой был прав, твой извечный соперник, который, не поколебавшись, умер, чтобы жили другие, сделал первый шаг, а ты сделаешь второй. Ты заберешь зло с собой и... станешь его частью, чтобы контролировать то, что несет миру лишь гибель и небытие... Сила Копья не безгранична, но Сила смертных... Барьеры, создаваемые на ее пути, лишь преумножают ее.

А путь... Что ж, я ведь уже говорил, что ты выбрал свой путь, принц Кухулин. Ты и еще трое...

Быть может, ты думаешь, что это — конец? Нет. Жизнь, как, впрочем, и смерть не имеют конца. Она имеет лишь начало, которое теперь у тебя никто не отнимет...

Прощай, Кухулин сын Конхобара. Мы еще с тобой встретимся. Но не сейчас... и не здесь...

Кухулин улыбнулся. И закрыл глаза. Он сделал все, что мог, а остальное... Вода поглотила его.

Песчаный вихрь, окутывающий утес, рассыпался. Капитан Беак шумно вздохнул, медленно проводя рукой над водной стихией, вобравшей в себя и Куху-лина, и Копье.

— Не может быть, — бормотал Иллирэн. — Нет... я должен... должен достать его... иначе повелитель...

— Ничего твой повелитель не сделает, как, впрочем, и ты, — сказала Сила, пожелавшая назваться капитаном Беаком. — Это — моя стихия. И без меня ни ты, ни твой повелитель ничего не сделаете. А ты — ты понесешь заслуженное наказание...

Иллирэн закричал и прыгнул вперед. Тиар уже почти достиг невозмутимого капитана, когда странный эльф исчез — растворился в воздухе, а спустя мгновение оказался у подножия утеса.

— Стой! — закричала Сила, но у Иллирэна как будто выросли крылья. Принявший личину эльфа бежал так, словно за ним гналось полчище кровожадных демонов. И спустя мгновение он исчез.

— Значит, твой хозяин дорожит тобой, — холодно резюмировал капитан. — Ну-ну... Открыть портал, зная, что твой слуга раскрыт... Что ж, не будем спешить. Придет время, и ты вместе со своим слугой проявите себя по-настоящему. А я буду рядом...

Капитан Беак, тот, от кого зависело будущее этого мира и кто сам зависел от будущего, улыбнулся, после чего повернулся к ровной водной глади, навсегда похоронившей под собой Кухулина, и поклонился. В знак уважения — как равному, как тому, который не побоялся пожертвовать своей жизнью ради...

Ради чего?.. Застывшая на утесе сущность не знала. Но догадывалась, что главный бой — впереди.

А Кухулин... Кто знает, вернется он когда-нибудь или нет... Даже великие не знают всего!..

* * *

Скрип спускающегося по трапу человека был единственным звуком, который сейчас заполнял вечно шумный и многолюдный порт. Килия смотрела на непобедимого, почти всесильного Конхобара, трепеща перед ожидающей ее участью. Каждый килиец знал, что король Улада возвращался в захваченную им столицу Лейтаны побежденным. Князья Изгиба при поддержке озерных кланов разбили армию Конхобара. Но страшнее всего было то, что в этой короткой и кровопролитной войне погиб Лаоген — любимый сын Конхобара!..

И теперь Лейтана трепетала. Конхобар будет мстить всем и вся, даже тем, кто не имеет никакого отношения к его трагедии...

— Отец... — Коналл, наверное единственный оставшийся в живых сын, опустился на одно колено. — Я скорблю об утрате...

— Что слышно от Кухулина? — перебил своего сына Конхобар.

— Эльфы разбили армию Кухулина, — после недолгого молчания ответил Коналл. — О самом же Ку-хулине — ничего не известно. Он исчез.

Конхобар молчал. Что же это получается? Кухулин не смог справиться с эльфами, даже имея в своем распоряжении Копье? Он оглянулся по сторонам — порт был пуст, лишь Коналл, его малая дружина и уныло топчущиеся позади него воины — те, кто уцелел во время войны с озерниками.

«Ты подвел меня, Конхобар сын Нессы. — Голос его нанимательницы звучал ровно и без каких-либо эмоций. — Копье было доверено тебе, как величайшая во всем мире ценность, а ты упустил его. Помнишь, что я обещала тебе?.. Так вот, в отличие от тебя, я выполняю свои обещания...»

За спинами дружинников Коналла, прямо на мостовой, вспыхнуло ярко-желтое пламя костра. Горела сама брусчатка!.. Конхобар попятился назад, однако споткнулся и упал. Его тотчас подхватили под руки, ему что-то говорили, — но он не слышал. Он видел лишь вынырнувшую из пламени длинную фигуру женщины, закутанной в черный плащ, которая медленно шла к нему. Желто-серые глаза смотрели прямо в него, проникая внутрь, заставляя тело биться в жестоких судорогах.

«Смерть, король Улада. — Неслышимый для остальных голос ночной гостьи звучал в его голове, пульсируя, заставляя цепенеть от ужаса. — Смерть... Теперь она покажется тебе блаженством. Я покажу тебе то, что уже простой смертный не видел много веков. Я покажу тебе то, что страшнее смерти, король Улада. И ручаюсь, тебе это понравится... А если нет — не обессудь, ты сам во всем виноват... »

— Отец! Что с тобой?! — Коналл метался вокруг Конхобара; с его отцом происходило что-то странное — руки и ноги тряслись, на губах проступила желтая пена. — Лекаря сюда! Скорее!..

Но Конхобар понимал — это конец. Женщина в черном неторопливо прошествовала мимо столпившихся вокруг короля дружинников и остановилась всего в нескольких шагах от него. Похоже, кроме него никто не видел ее.

— Мне все равно, как ты это сделаешь, — зловеще улыбнулась она. — Сам или по принуждению. Ты проиграл с самого начала, еще тогда, когда заключил со мной договор. Но теперь это не важно. Ты и твоя жалкая душонка — мои.