Листик. Судьба дракона - Анатолий Дубровный

Девочка повернулась к застывшим у туши дракона турунпам и строго сказала:

– Значит, так! Чтоб до вечера мне все съели! Ну, то, что не съедите, с собой унесете, но чтоб вони здесь не было! Шкуру есть нельзя! Ее хорошенько вычистить и вон туда положить! Кости не грызть! Аккуратно обглодать, так, чтоб чистые были. И чтоб скелет не развалился! Чем скрепить? Сами придумайте! Понятно?

Падальщики закивали, а самый большой, стоящий впереди всех, хоть и невнятно, но вполне разборчиво прорычал:

– Сделаем, Младшая Хозяйка!

Турунпы хоть и с трудом, но прогрызли шкуру дракона на брюхе и с хрустом и чавканьем вонзили в него свои зубы, некоторые так увлеклись, что из мертвого дракона торчали только их задние ноги и кончик хвоста. Вонь при этом только усилилась. Люди с отвращением на это смотрели, а Листик, оправдываясь, сказала:

– Они по-другому не умеют. Падальщики и есть падальщики.

Глянув куда-то вверх, девочка позвала:

– Вимина, Вимина!

На зов Листика, ступая по воздуху, словно там была лестница, из крон деревьев спустилась девушка. С зелеными волосами и белой кожей, словно чем-то изнутри подсвеченной, почти как у Листика, только у девочки кожа была золотистой. В отличие от Листика, девушка была одета в короткую тунику, сотканную из листьев и цветов. Девушка остановилась, немного не дойдя до земли, и вопросительно посмотрела на рыжую девочку. Та, сморщив носик, попросила:

– Вимина, ты не можешь этот запах убрать?

– А сама? – вопросом на вопрос ответила девушка.

Листик скривилась:

– Ну, у меня… Ты же видела…

– Видела, запах ты уберешь вместе с тушей и с этими. – Девушка брезгливо скривилась, кивнув в сторону турунпов.

Затем Вимина со словами: «Слушаюсь, Младшая Хозяйка», – взмахнула рукой. Пространство между входом в пещеру, где стояли люди, и тушей дракона покрылось цветами. Аромат поглотил неприятный запах. Листик показала девушке язык, а та, покачав головой, укоризненно произнесла:

– Никакого воспитания!

– А чего ты дразнишься, – ответила Листик. – Обзываешься Младшей Хозяйкой?

А ведь раньше на то, что старший турунпов назвал ее так же, Листик не отреагировала, видно, решила: что с падальщиков взять.

– А кто ты есть? – улыбнулась девушка с зелеными волосами. – Ветика – Хозяйка, а ты Младшая Хозяйка. Где она? Почему не с тобой?

– Мама погибла, – ответила переставшая улыбаться Листик, у нее на глазах выступили слезы.

Девушка шагнула вперед и, оказавшись рядом с девочкой, прижала ту к себе. Так они простояли несколько минут. Вимина гладила всхлипывающую Листика по голове и шептала что-то ласковое. А пришедший в себя Яромир, до этого стоявший в оцепенении, громко прошептал:

– Фея! Фея леса!

Докия молча кивнула, она с благоговением смотрела на девушку, только Урторио недоуменно переводил взгляд с Вимины и Листика на ведьмачку и витязя. Карэхита была занята начавшим приходить в себя Световидом. Обернувшись, она спросила у Светоланы:

– Кто это?

– Вимина, – ответила склавонка. – Фея леса! Дух леса! Дух жизни!

Фея еще раз погладила девочку по голове и отстранилась, вытирая Листику слезы платком, похожим на большой лепесток цветка.

– А кто мою рубашку забрал? – спросила девочка, переставшая всхлипывать.

Фея кивнула в сторону драконьей туши.

– Зачем? – удивилась Листик.

– Съели, решили, что ты ее им отдала.

– А чего ж корзинку с ягодами не тронули?

– Так ягоды же ядовитые, – улыбнулась Вимина. – Это только ты такие есть можешь, они даже для турунпов смертельно опасны.

– Ага, – кивнула Листик. – А я-то думаю, чего их столько много здесь растет, и никто не ест. Такие красивые ягодки!

Фея ничего не ответила, поцеловала девочку и растворилась в воздухе.

Листик, шмыгнув носом, показала на пещеру:

– Идем, все равно тут до вечера смотреть не на что, а может, и до утра.

В пещере было светло и сухо, запахи если и были, то только приятные. А какие могут быть запахи от варящегося мясного супа? Уже вполне пришедший в себя Световид продолжал лежать головой на коленях у Карэхиты, он и девушка слушали рассказ о прошедшем бое с драконом. Рассказывал Урторио, применив весь свой артистический дар. Слушали его и взявшиеся за руки Светолана и Яромир. Докия была занята тем, что варила суп, а Листик деятельно ей помогала. Помощь заключалась в активном нюхании аппетитного запаха, исходившего от варева ведьмачки.

– …и вот отважный Яромир нанес решающий удар, отделивший страшную голову от ужасного туловища… – рассказывал Урторио.

– Туловище было таким ужасным, что странно, как это голова сама раньше от него не отделилась и не сбежала, – тихонько произнесла Листик и захихикала. Улыбнулась и Докия, а Урторио закончил свое повествование:

– Со страшным грохотом повалился поверженный дракон на землю!

– Как же он мог повалиться, если уже был повержен? – тихонько, так, чтоб ее слышала только Докия, спросила Листик.

Ведьмачка так же тихо ответила:

– Это такой прием рассказчиков, чтоб показать тяжесть боя и героизм победителя. Сначала противника повергают, а потом он валится, обязательно с грохотом. Я думала, что такие описания боев только наши сказители используют, оказывается, такое повсеместно.

– Ага, – согласилась Листик, а Докия позвала:

– Идите кушать, суп готов!

– Как вам удается столько съесть? – спросил Яромир у Листика, та доедала третью миску супа. – Вы такая маленькая, а…

– Как столько в меня лезет? – хихикнула девочка, сказав то, что постеснялся спросить витязь. Тот только кивнул, а Листик, напустив на себя важный вид, пояснила: – Это потому, что у меня молодой и растущий организм! Вот!

– А не ответите ли, заморская княжна, почему вас знает Вимина, дух склавонских лесов, и почему вас слушаются турунпы, называя при этом Хозяйкой? – не отставал Яромир.

– Наверное, потому, что Хозяйкой леса была моя мама, – ответила сразу погрустневшая девочка.

Ей на помощь пришел Урторио:

– Видите ли, одно другому не мешает. Листик может быть принцессой, то есть княжной, там и Хозяйкой здесь. Как вы убедились, ее, э-э-э… магические, – Урторио назвал новое для себя слово, – возможности выходят далеко за рамки…

Первый советник замолчал, не зная, как назвать то, что могла Листик, а в том, что девочка могла очень многое, даже по меркам этого мира, где проявлялись силы, неизвестные в Арэмии, Урторио уже убедился. Яромир хотел еще что-то спросить, но Светолана его остановила:

– Листик меня спасла! И с драконом дралась! А то, что она позвала падальщиков, чтоб они этого дракона съели, так ему и надо!