Клинок белого пламени - Анна Тьма

– Только зря грели, – вздохнул один из парней.

– А ты – к аптекарю, – приказал маг, протянув здоровому детине исписанный мелким почерком листок, вырванный из записной книги. – Чтобы быстрее эльфийской стрелы был! – Он кинул мгновенно пойманную золотую монету крупного достоинства.

Волчонок мгновенно выморозил все, что даже гипотетически могли притащить на себе люди, пока Альтис в несколько движений разморозил, вскипятил и снова остудил до приемлемой температуры воду.

– Что заказал? – поинтересовался Жулька.

– Маркеры, – коротко бросил в ответ демон.

– Только на инфекцию или на магию тоже? – уточнил мальчик.

– На все, – ответил демон, освобождая Кари от одежды.

Волчонок взглянул на принцессу и понял, зачем демону понадобились маркеры. Обычно для опытного взгляда сразу понятно, чем болен подопечный, – есть сотни мелких, едва заметных примет. Но у Кари эти мелкие приметы постоянно менялись. Вот сейчас можно было решить, что это красная лихорадка, хотя минуту назад больше было похоже на магическую заразу, а до того – явные признаки белой чумы, которых сейчас нет в помине.

– Мм… – Девочка, не открывая глаз, попыталась оттолкнуть руки демона. – Не надо…

– Надо-надо, – уверил демон. Но Кари снова капризно заныла, пытаясь вывернуться. – Ты меня стесняешься, что ли? – удивился Альтис. – Да что я, голых тощих детей не видел?! Шмакодявка, соплячка зеленая, а туда же… Большой дядя демон гораздо более интересные картины видел, чем твои тощие ребра, поняла, малявка? Так что дядю демона стесняться – это лишнее. Я тебе сейчас не только хранитель, но и целитель буду, ты же врачей не стесняешься?..

Не прекращая говорить, Альтис быстро раздел маленькую принцессу.

– Я их не люблю и поэтому к ним не хожу, – вяло пробормотала в ответ на последнюю фразу девочка, когда демон уже нес ее на руках к бадье. – Ой-й… – тихо взвыла она, оказавшись в воде.

– Холодно? – спросил Пламенный, еще немного подогревая воду.

– Болит все, – пожаловалась принцесса, открыв глазки, блестящие от лихорадочного жара. – А еще тошнит и голова кружится.

– Продержись чуть-чуть, – попросил Альтис, с сочувствием взглянув на девочку. – Нужно судорогу с мышц снять. Потерпи…

Она сморщилась, но промолчала, когда умелые и сильные руки демона начали аккуратный, но от того не менее болезненный массаж. Вскоре полегчало. Девочку вытащили из воды, завернули в простыню, положили на кровать.

Чем сложнее живое существо, тем сильнее в детстве оно болеет. Пока не сформируется окончательно. Все искатели, будучи мальчишками, часто страдали, и никто, кроме Создателя, не понимал, в чем причина. У них мог начаться жар ни с того ни с сего, боль возникала ниоткуда, мучая по несколько суток. Они могли неделями валяться в постели, не вставая, – их начинало шатать от слабости при попытке подняться. Так было все время, пока они менялись и взрослели. Поэтому над иммунитетом и здоровьем Янтарных королей искатели работали особенно тщательно.

Раздался требовательный стук в дверь. Альтис повернулся к Жульке, ничего не говоря вслух. Тот кивнул и направился к визитеру.

– Что с моей дочерью? – раздался встревоженный голос за дверью.

– Вам нельзя входить, – холодно ответил Жулька.

– Это еще почему?! – удивленно спросил Лисёнок.

– Никому нельзя входить, – чуть более доброжелательно пояснил волчонок. – Мы еще не определили инфекцию. Вам нельзя дышать тем же воздухом, которым дышит Кари, нельзя подходить и уж тем более прикасаться к ней. Если ее иммунная система ослаблена настолько, насколько мы предполагаем, то любая самая безобидная пылинка с ваших ботинок или плащей может ее просто убить.

– Он же врет… – слабо ворочая языком, сказала Кари, тоже слушая Жулика. Поглядела вопросительно на демона: – Врет же?

Альтис помолчал, прислушиваясь к разговору толпящихся за дверью.

– А скажи-ка мне, маленькая… кожа у тебя болит? Кожа, корни ногтей?

Поколебавшись, Кари кивнула.

– Может, и не врет, – вздохнул демон. – Но ты не бойся, все будет хорошо. Это я тебе обещаю.

Волчонок вернулся в комнату с небольшой сумкой в руках.

– Маркеры, – объявил он, высыпая содержимое на прикроватный столик.

Около сотни крохотных бумажных конвертов с разными порошками, десяток флакончиков с разноцветными жидкостями. На некоторые маркеры нужно было капнуть крови, другие – нанести на кожу, третьи – попробовать на язык… Около часа ушло на то, чтобы испробовать все. И абсолютно все среагировали положительно, указав на то, что именно эта зараза поразила девочку. Но буквально через несколько минут маркер становился нейтральным, ясно показывая, что никакой инфекции нет.

– Что за… – Снежный удивленно тряхнул головой, засыпав снежинками половину комнаты. – Никогда такого не видел.

– Со мной все плохо?.. – обессиленно спросила Кари.

– С тобой все непонятно, – высказался Каерасса, на миг оказавшись старше своих вечных двенадцати.

Альтис промолчал, странно глядя на девочку. Потом устало провел ладонью по лицу и попросил, не глядя на волка:

– Жулик, принеси мой рюкзак из комнаты.

Снежный искоса взглянул на Альтиса. Ничего не сказав, вышел. Вернулся почти сразу, принеся рюкзак. Тот едва заметно пах кровью, землей, чем-то смертоносно-убойным, жженой кожей – и снежный безошибочно определил, что эта невзрачная заплечная сумка прошла за спиной демона войну. Руки воина должны быть свободны, и никакая ноша не должна стеснять движений. Только те, кто делал воинский рюкзак, рассчитывали на людей, а не на Пламенных демонов, у которых то и дело за спиной проявляются крылья. Поэтому ношу Альтиса теперь таскал в основном Калигул. А сам демон все необходимое вечно распихивает по карманам.

– Вот скажи мне, Ал, какого нежитя ты не носишь свои вещи в пространственном кармане? – поинтересовался Жулька.

Пламенный поднял на волка удивленный взгляд, почесал в затылке:

– Во-первых, я долгое время был смертным, а они такого не могут. Во-вторых… забыл.

– Что забыл? – не понял снежный оборотень.

– Забыл, что он у меня есть, – пояснил Альтис, расстегивая карабины рюкзака и доставая маленький флакончик со светло-голубоватой жидкостью. – Да и сомневаюсь, что он будет безотказно действовать, пока я вроде как не очень бессмертен. А потерять все это – как-то не хочется.

Взяв нож, маг одним точным движением разрезал ойкнувшей девочке ладонь и вылил тягучую, густую, чуть светящуюся жидкость прямо на рану. Жидкость тут же втянулась в раненую плоть, и порез мгновенно зажил. Не осталось даже шрама.

– Терпи, – строго сказал демон девочке и сдернул с ее худого обнаженного тела простыню.

Кари недовольно сморщилась и мысленно пообещала страшную месть своему хранителю. Но выражение ее лица почти сразу сменилось на удивленно-болезненное. Под кожей гулял жар, обжигая болью. Вскоре он сосредоточился в плечевых суставах, на локтях, в ладонях, под коленями, в пояснице, на лбу и на животе.