Возвращение - Александра Лисина

— Бел, — с невыразимым укором посмотрел Таррэн на оскалившуюся супругу. — Перестань ломать мне шею. Я верю, что это ты. Честное драконье.

Гончая сурово нахмурилась:

— Веришь?

— Да, любовь моя. Ты обещала, если выиграешь, обозвать меня каким-нибудь гадким словом, чтобы я уж точно понял, что это ты. Ты обозвала. Я все понял. Так, может, хватит портить мне чешую?

Белка секунду сверлила его бешеными глазами, но Таррэн, приподнявшись, быстро лизнул ее в щеку, а потом ловко вывернулся, вскочил на ноги и покосился на Элиара.

— Все в порядке, Эл. Это она.

— Кто «она»? — недоверчиво переспросил светлый, не думая опускать занесенную руку.

Старая драконица хитра. Она могла навеять морок, влезть в чужие мысли, подавить чужую волю… Вдруг успела сломить побратима? Вдруг он сдался и сейчас находится в ее власти? Кто знает, на что способна эта тварь?

— Эл, остынь, — предупреждающе рыкнул дракон, видя, что светлый колеблется. — Это Белка.

— Уверен?

— Еще как, — хмыкнул Таррэн, осторожно обвив ноги жены чешуйчатым хвостом. — Что я, Гончую свою не узнаю?

— Она едва не свернула тебе шею, — хмуро напомнил Элиар.

— Бел бывает довольно вспыльчивой.

— Она обозвала тебя гаденышем!

— Успокойся, Эл. Мы так договорились.

Элиар, качнув на ладони опасно искрящийся «Огонь», подозрительно сощурился.

— А почему мне ничего не сказали?

— Сказали, — наконец знакомо усмехнулась Белка и принялась неспешно отряхивать коленки. — Только ты был так увлечен своим новым заклятием, что почти ничего не слушал.

Стая облегченно присела обратно на скалы, а Элиар с сомнением оглядел Гончую с головы до ног, чуть отвел руку с искрящимся огненным шаром, но все-таки рискнул уточнить:

— Бел? Это и правда ты?

— Хочешь, в морду дам, белобрысый? Храмовника при себе нет, уж извини, но, думаю, и пинка будет вполне достаточно. А если уж ты и тогда станешь сомневаться, то будь уверен — от вызова не отвертишься.

Элиар слегка успокоился: белобрысым его звала только настоящая Белка. Такова уж была их старая традиция, по которой он мог очень точно судить о степени ее недовольства.

Гончая недобро прищурилась:

— Что, все еще не веришь?

— Сомневаюсь, — уклончиво отозвался Элиар, продолжая исподтишка сверлить ее пристальным взглядом.

— Молодец, бдишь. Давай я тебя все-таки приложу по кумполу — может, тогда признаешь?

— Не надо, — насторожился эльф. — Хорошо, я поверил. Но если это ты, то где тогда она?

— Здесь, — улыбнулась Гончая и протянула раскрытую ладонь, на которой поблескивал увесистый золотой кругляш, мало чем напоминающий амулет. Ну, может, только капелькой белесого металла в центре, да клубящейся в его глубине тьмой, в которую совсем не хотелось всматриваться.

При виде камня стая дружно выдохнула.

— Это что? — все еще подозрительно уточнил светлый эльф.

— Лунная сталь, — ответил вместо Белки рен Истаэр.

Элиар только сейчас заметил, что кузнец выглядит так, будто только что отошел от наковальни. Волосы подпалены, рубаха сожжена до дыр, на коленях виднеются пятна сажи, а физиономия до того закопчена, будто остроухий сутки напролет жег древесный уголь ради сомнительного удовольствия прокоптиться насквозь.

При виде удивления чужака летописец понимающе улыбнулся, а заметив сердитый взгляд Белки, виновато развел руками.

— Прости, что так долго: лунная сталь капризна. Я не маг, чтобы всего за сутки отковать тебе нужную форму, да еще и достаточной емкости.

— Если бы ты не успел, я бы тебя живьем закопала, — мрачно просветила его Белка, сверкнув глазами. — Целый час ей зубы заговаривала, дуростью всякой занималась. Прыгала, скакала как ненормальная. Злила ее, насколько только хватило фантазии… а тебя все нет и нет! Ис, ты меня едва не подставил!

Рен Истаэр флегматично пожал плечами:

— Ну не подставил же.

— Сволочь ушастая! — буркнула Белка, сунув амулет под забавно шевельнувшийся нос мужа. Потом вовсе положила на камни и отошла.

Элиар чуть не рухнул от облегчения на землю, а Таррэн шумно втянул ноздрями горячий воздух.

— Мм… наконец-то ты пахнешь как раньше! Мрр, до чего же дивный аромат. Мне его так не хватало!

— Лучше гадость эту прибери и проверь, все ли в порядке.

— А что за гадость-то? — Элиар погасил ненужное больше заклятие и подошел, едва сдерживаясь, чтобы не завопить от радости и не цапнуть Белку при всем народе, бессовестно прижать к груди и никуда больше не отпускать. — И почему именно лунная сталь?

— Потому, что у лунной стали есть одно редкое свойство, Эл: она умеет без остатка поглощать нестабильные субстанции. Например, остаточные эманации всяких там заклятий, рваные щиты, чью-то защиту, неприкаянных духов…

Светлый округлил глаза.

— Вот так просто?!

— Ну не просто, конечно, — усмехнулась Белка, снова отпихнув от себя морду дракона. — Мне пришлось порядком побегать, чтобы наша старушка поверила и рискнула слиться со мной без предварительного ритуала. Убить ее, как ты понимаешь, невозможно. Да и не с руки мне: все-таки чья-то Мать. А вот обезвредить — пожалуйста. Заточить, например, в слиток лунной стали и закинуть в глубокую впадину, чтобы никто не достал. Я про лунную сталь только накануне поняла, когда Тоаркана по морде царапнула. Клинок, правда, сломался, но перед этим энергию из его щита вытянул. Потом Истаэр подсказал, как этим воспользоваться, вот я и попросила его выковать такую же штуку, только другого размера.

— Но ведь ты могла не успеть, — нахмурился Элиар. — А Мать могла воспользоваться другим способом, чтобы заполучить твое тело.

Белка снисходительно на него посмотрела.

— Эл, друг мой ушастый… как ты думаешь, что я делала две долгие недели, пока вы со старейшинами языками чесали?

Элиар вопросительно приподнял бровь.

— Полагаешь, я не знала, что за руны на мне горят? Или понадеялась, что Мать даст мне хоть один шанс?

— Ну ты у нас девушка осторожная, предусмотрительная… А и правда, где ты была?

— У меня она была, на острове, — хмыкнул рен Истаэр, не заметив, как недобро блеснули глаза у стоящего рядом дракона. — Свалилась как снег на голову, наговорила чего-то, потребовала хроники выложить…

— А потом занялась обезвреживанием этих дурацких рун, — согласно кивнула Гончая, вовремя придержав мужа за ноздри. — Таррэн, не шали. Ревновать тут совершенно не к чему, Ис всего лишь помог мне сменить рисунок.

— Он что с тобой сделал?! — ошарашенно моргнул Элиар.