Скалолазка - Олег Синицын

Я стала карабкаться наверх, а стена, словно живая, сопротивлялась моим движениям. Щелкали потайные выключатели, которые я задевала и на которые наступала. Камни выдвигались, задвигались, старались ударить меня по корпусу и в голову; что-то сыпалось сверху; щели захлопывались, пытаясь отдавить пальцы… Стена немедленно откликалась на каждое прикосновение и пыталась сбросить с себя.

Я вертелась, как обезьяна, избегая подлых ловушек. Боролась с ними, втыкала «гексы» в выдвинувшиеся камни, тем самым не давая им захлопнуться и используя их в качестве ступенек для подъема.

Овчинникову крикнула, чтобы ничего не касался. Преодолев очередной участок, я подтягивала его, перебирающего по стене ногами.

Почти у самого верха, когда казалось, что все уже позади, сорвался Леха, все-таки наступивший на «обманку». Веревка вдруг потащила меня вниз.

Я вцепилась в щели между камней, пальцы ног впились в уступы. Какой-то кирпич высунулся из стены и стал колотить меня в живот.

Леха болтался целую вечность, не успевая никак закрепиться на стене.

– Ну, давай, Овчинников! Что ты, как сосиска!

Еще одна попытка, и Леха «поймал» скалу.

– Есть! – закричал он.

– А ну слезайте! – раздалось снизу.

Я почувствовала, как веревка ослабла. Леха карабкался за мной. Молодец.

Через минуту я перевалилась через край, оказавшись на площадке. И сразу увидела вход в пещеру. Я – у цели!

Обернулась.

Над горной долиной в нашу сторону стремительно неслись вертолеты. Наемники не замедлили воспользоваться рацией.

Я принялась подтягивать Леху.

Он помогал как мог. Но метров за пять до конца пути наступил-таки на неприметный камень, который странно зажужжал и поехал по склону.

В следующий миг край стены обрушился. Несколько скальных обломков устремились к Овчинникову.

Я зажмурилась, продолжая сжимать веревку.

Боже! А я думала, что все позади! Спасала-спасала Леху, а его убило в самом конце!

Однако Леха оказался намного сообразительнее, чем я предполагала. Он просто оттолкнулся от стены, пропуская «снаряды».

Камни пролетели в считанных сантиметрах от него.

Веревка вернула моего «каскадера» на скалу.

Я втащила изумленного и радостного Овчинникова на площадку.

– Знаешь, Алена! – воскликнул он, улыбаясь во весь рот. – Эти камни упали на головы альпинистам!

Я глянула вниз, но не копошащиеся у подножия стены фигуры в «хаки» привлекли внимание, а темные полосы, прочерчивающие стену.

– Вот досада какая! – воскликнула я.

– Что случилось?

Я усмехнулась.

– Видишь две темные полосы, которые идут от подножия до самой вершины? Как ты думаешь, на что они похожи?

– Черт побери! На бычьи рога!

– Вот именно! Так обозначен путь, по которому следует двигаться, чтобы не попасть в ловушки… Кабы раньше знать!

Поток воздуха отбросил нас от края. В следующий миг напротив завис вертолет. Так близко, что я видела зубочистку во рту пилота.

– В пещеру! – закричала я.

Мы кинулись в темный квадрат входного отверстия.

Вертолету нет места, чтобы приземлиться здесь. Только у основания «живой» стены… Все равно нужно спешить.

* * *

Светлое пятно входа в пещеру осталось метрах в двадцати позади нас. Бежавший первым Овчинников внезапно остановился.

– Можешь считать меня паникером, – сказал он, – но мне кажется, здесь тоже ловушка.

Я включила фонарь и взвизгнула. Луч выхватил из темноты усеивающие пол человеческие кости и черепа, затянутые пыльной паутиной.

– Господи, – пробормотала я, – да они покрошены в салат!

– Смотри – еще одна надпись, – произнес Леха, указывая на стену. И правда. Под строчками снова выгравирована секира.

– Царь Герос повелевает тебе остановиться и уйти, – перевела я. – Действительно, еще одна ловушка… Почему так сквозит по ногам?

– Отойди назад! – вдруг заорал Леха сам не свой.

Я в замешательстве попятилась, а затем, прищурившись, внимательно оглядела стены. Их поверхность прорезали несколько неровных трещин. На взгляд – естественных, но я уже видела напичканную механизмами стену.

– Что это такое? – с недоумением спросила я.

– Поток воздуха проходит через эти щели, что-то здесь не так! – проговорил Овчинников, стягивая рубашку. – Сейчас посмотрим…

Он расправил ее и бросил на изрубленные кости. Рубашку подкинуло потоком воздуха. А в следующий миг, раскидав кости, в луче фонаря взметнулись несколько массивных лезвий, выросших из пола и тут же исчезнувших.

Рубашку отбросило в Лехины руки, разрубленную.

– Надеюсь, ты сумеешь разобраться в подсказке, – сказал он. Тут похлеще стены механика!

Я вытащила из кармана кальку с текстом легенды.

– Смертельные лезвия… пройдет… – начала я.

– Ну что? – не терпелось Овчинникову. – Кто пройдет?

Спрятала кальку в карман.

– Тощий человек, – ответила я обалдевшему Лехе. – Шутка! Дальше текст не сохранился. Овчинников не мог вымолвить ни слова.

– Не волнуйся, – заверила я. – Лезвия вылетают из пола, но примерно на полметра не достают до потолка.

Я подняла луч фонаря к пещерным сводам.

– Замечательные зацепы.

– Алена, если ты свалишься… – предупреждающе начал мой бывший муж.

– Знаю. Буду изрублена в салат, как эти бедолаги. – Отдала Лехе фонарь. – Свети вверх, чтобы я видела путь.

Пара перехватов – и я уже на углу, где потолок смыкается со стеной. Аккуратно выбирая зацепы, медленно двинулась вперед. За три с половиной тысячи лет пещера покрылась трещинами, за которые можно очень хорошо держаться, когда висишь вниз головой.

По потолку ползали мокрицы. Я их выковыривала из щелей, прежде чем схватиться. Отвратительно, но что поделать!

Прошла полтора метра и почувствовала легкий ветерок вдоль спины. Волосы заколыхались, а в следующий миг из пола вспорхнули лезвия.

Кажется, Леха вскрикнул.

Я вжалась в потолок, пытаясь понять – живая или мертвая?

Вроде живая. Правда, кончик одного из лезвий царапнул по спине и рассек футболку. Ничего страшного.

– Алена, как ты? – крикнул Овчинников.

– Как раздавленная муха на потолке! – пробормотала я, проползла еще метра три и спрыгнула.

– Леха, посвети! – крикнула ему.