Десять поверженных - Глен Кук

Ворон нахмурился. Он понял, на что я намекаю, но не был уверен до конца. Он пробыл в Гвардии недолго и поэтому не может понимать нас с полуслова.

— Положим, так, — сказал я, — мы с Немым выясняем, что вы погибли. Оба. Никому ничего больше знать и не надо. Но понимаешь, это как убегать из дома. Даже желая вам добра, мы не можем не чувствовать себя задетыми тем, как вы это делаете. Тебя приняли в Гвардию. Ты прошёл с нами через чёрт знает что. Ты… Да подумай, через что мы с тобой прошли. А ты плюёшь на нас. Так не делают.

Подействовало.

— Иногда, — сказал он, — бывают такие важные вещи, о которых нельзя рассказать даже лучшим друзьям. Вы все могли погибнуть.

— Да я так и думал. Слушай, не переживай.

Немой спешился и принялся болтать с Душечкой. Казалось, её этот спор не интересовал. Она рассказывала Немому, что с ними уже приключилось и куда они направлялись.

— Думаешь, это умно? — спросил я. — Опал? Тогда пара вещей, которые тебе нужно знать. Во-первых, Леди победила. Думаю, ты уже об этом знаешь. Ты чувствовал, что так и будет, иначе ты бы не двинулся в дорогу. Ну ладно. Теперь второе, поважнее. Хромой вернулся. Она его не уничтожила. Она его починила, и теперь он у неё первый парень.

Ворон побледнел. Я впервые видел его действительно испуганным. Но это был страх не за себя. Себя он считал уже ходячим трупом, человеком, которому нечего терять. Но сейчас у него была Душечка. Ему нужно было жить.

— Да-а. Хромой. Мы с Немым об этом много думали.

Хотя на самом деле это пришло мне в голову только что. Но мне казалось, что будет лучше, если Ворон решит, что мы долго над этим размышляли.

— Наверняка рано или поздно Леди тебя хватится. Если она узнает, где ты, будешь иметь Хромого у себя на хвосте. А он тебя знает. Догадавшись, что ты решишь навестить своих старых друзей, он начнёт тебя искать в твоих родных местах. У тебя есть друзья, которые могли бы спрятать тебя от Хромого?

Ворон вздохнул, явно теряя уверенность. Он убрал свой нож.

— Я так и хотел сделать. Думал, что мы сможем добраться до Берилла и там спрятаться.

— Формально Берилл только союзник Леди, но её слово там — закон. Вам придётся убраться в такое место, где о ней никогда не слышали.

— Куда?

— Я эти места не знаю.

По-моему, он успокоился, поэтому я слез с лошади. Он было взглянул на меня настороженно, затем расслабился.

— Я ведь пришёл не просто так. Эй, Немой!

Немой кивнул, продолжая свой разговор с Душечкой.

Из своего багажа я достал мешок с деньгами и сунул его Ворону.

— Ты забыл свою долю добычи из Роз. — Я подвёл свободных лошадей. — Верхом вы будете двигаться быстрее.

Ворон боролся с собой, пытаясь сказать «спасибо» и не в состоянии разрушить барьер, который он поставил между нами.

— Наверное, мы пойдём…

— Не хочу я этого знать. Я уже дважды встречался с Глазом. Она зациклилась на том, что хочет оставить след в истории. Не то чтобы она хочет выглядеть в выгодном свете, просто хочет, чтобы была отражена правда. Она знает, как могут переврать потом историю, и не хочет, чтобы это случилось с ней. А я — тот парень, которого она выбрала в качестве летописца.

— Бросай всё, Каркун, пошли с нами. И Немой тоже. Пошли.

Предыдущая ночь была очень длинной, и я успел об этом подумать.

— Не могу, Ворон. Капитану ведь придётся остаться на своём месте, даже если он этого и не хочет. Гвардии придётся остаться. А я в Гвардии. Я слишком стар, чтобы убегать из дому. Мы с тобой будем бороться за одно дело, но свой вклад я внесу, оставшись в семье.

— Давай же, Каркун. Эта толпа наёмных головорезов…

— Но-о! Полегче.

Я сказал это резче, чем хотел. Ворон осёкся.

— Помнишь ту ночь в Лордах, — сказал я, перед тем, как мы пошли за Шелест? Когда я читал из Анналов? Ты что сказал мне?

Несколько секунд он молчал.

— Да. Тогда ты заставил меня почувствовать, что значит быть членом Чёрной Гвардии. Может, я и не понимаю этого, но тогда я действительно почувствовал.

— Спасибо.

Я достал из багажа ещё один свёрток. Это для Душечки.

— Поговори с ним немного, а? У меня тут есть для неё подарочек.

Он посмотрел на меня, потом кивнул. Я отвернулся, чтобы мои слёзы были не так заметны. Попрощавшись с девочкой и насладившись её радостью от моего скромного подарка, я отошёл к обочине дороги и быстро и тихонько всплакнул. Немой с Вороном притворились слепыми.

Мне будет не хватать Душечки. И я никогда не перестану за неё тревожиться. Она — любимая, совершенная, всегда счастливая. Воспоминания о той деревне оставили её в покое. Но впереди была встреча с самым ужасным врагом, какого только можно себе представить. Мы все этого боялись.

Я поднялся, вытер остатки слёз и отозвал Ворона в сторонку.

— Мне не известны твои планы. И я не хочу их знать. Но на всякий случай тебе надо кое-что знать. Когда мы с Леди поймали Ловца Душ, у него оказался целый тюк тех бумаг, которые мы откопали в лагере Шелест. Он так и не передал их ей. А она не знает об их существовании. — Я рассказал ему, где их можно найти. — Я съезжу туда через пару недель. Если они ещё там, я попробую в них разобраться.

Когда он посмотрел на меня, лицо его было холодным и непроницаемым. Он думал о том, что ещё одна встреча с Глазом подпишет мой смертный приговор. Но он ничего не сказал.

— Спасибо, Каркун. Если я когда-нибудь окажусь там, то я этим займусь.

— Ладно. Немой, ты готов?

Немой кивнул.

— Душечка, иди сюда. — Я крепко её обнял. — Не обижай Ворона.

Я снял амулет Одноглазого и надел его Душечке на руку.

— Если близко окажется кто-нибудь из Поверженных, — сказал я Ворону, — она это почувствует. Не знаю как, но это действует. Удачи.

— Ладно.

Всё ещё в раздумье, он стоял и смотрел, как мы садимся на лошадей. Он неуверенно приподнял руку.

— Поехали домой, — сказал я Немому, и мы двинулись.

Ни один из нас не обернулся.

Этой встречи никогда не было. Потому что Ворон со своей сироткой погибли у ворот Амулета.

Назад, к Гвардии. К делу. Ко всей предстоящей веренице годов, к моим Анналам. К страху.

До возвращения кометы тридцать семь лет. Видение было ложным. Мне никогда столько не прожить. Ведь так?