Душа «Одиночки» - Андрей Ливадный

Сейч взял оружие, привычным движением открыл спрятанное в волокончатом прикладе гнездо, вставил в него заранее приготовленный элемент питания, и в кромешной тьме тесного помещения преданно осветился крохотный экран счетчика зарядов. Маленькое окошко высветило зеленоватые нули, и Джон, усмехнувшись резким движением вогнал в пистолетную рукоятку оружия обойму с боекомплектом.

Раздался характерный, сухой щелчок электромагнита, и цифры поменяли значение.

Вот теперь полный порядок… – удовлетворенно подумал Сейч. В эту минуту он впервые ощутил себя прежним – спокойным, уверенным, готовым к любым неожиданным оборотам судьбы.

Ему пришлось вернуться на один пролет лестницы, чтобы связаться с оставшимися наверху:

– Все чисто. Можете спускаться.

* * *

Юнона. Двенадцать часов спустя. 

Четыре человекоподобные машины, совершив рискованное восхождение по обрывистым клонам ущелья, только перед рассветом сумели отыскать удобную позицию для наблюдения.

– Короче, старик нас «кинул». – Произнес Донецкий, после того как системы сканирования завершили тридцатиминутный цикл работы, зафиксировав каждый камушек на участке горного плато, под которым располагались основные коммуникации «Гаммы».

– Да. – Лаконично согласился с ним Вергилий. – Либо нам придется разделиться на пары, либо мы не успеем…

– План Коха вообще нереален. – Оборвал его рассуждения Сейч. – Толку с того, что просматривается термальный всплеск от работы реактора? Он расположен на глубине в километр, это если вертикально, по прямой. А по проходам – считай все пять, если не больше.

– Дело не в реакторе. – Вступил в обсуждение Хоук. – И даже не в системах охраны. Это идиотское условие относительно Полуэктова, вот где загвоздка. Пока мы найдем способ схватить его, и изолировать на безопасном удалении от базы, пройдут не сутки и не двое…

– А я считаю, что все пункты плана невыполнимы. – Упрямо произнес Донецкий. – Даже если мы проникнем в зону машинных залов реактора, нам не успеть выбраться оттуда до запланированного старта «Нибелунгов».

– Значит нужно менять план. – Зло отреагировал Сейч.

– В смысле?

– Пусть Кох со своими «непременными условиями» катиться к Фрайгу. Мы взорвем «Гамму», вместе со всеми кибернетическими потрохами и живыми обитателями, а затем уйдем на «Нибелунге». Их старт автоматизирован, так что проблем не будет. Главное – гарантированно уничтожить «Гамму», чтобы от нее осталась только одна огромная воронка.

– Но Кох… – Попытался возразить Вергилий.

– Герхарду мы скажем, только то, что сочтем нужным. К примеру: мы захватили «Фантом», и пока трое занимались реактором базы, четвертый увез Полуэктова на другое полушарие Юноны, где и бросил. Как он сможет проверить подобное утверждение?

– Но ведь впоследствии все равно станет ясно, что Полуэктов погиб. – Попытался возразить Станислав.

– А мы здесь при чем? – Пожал плечами Сейч. – Если его драгоценный Вадим Петрович канет без вести, тому может найтись масса причин. Мы вывезли его, и остальное не наши проблемы. Не смог вернуться, не выжил, оставшись один, заблудился и умер.

– Ну, хорошо. Допустим. – Донецкий вновь посмотрел вниз, где крохотные фигурки сновали меж огромных штурмовых носителей, подготавливая их к предстоящему старту. – А как за оставшиеся часы ты собираешься ликвидировать «Гамму»?

– Видишь на суммирующей схеме сканирования магистральный тоннель?

– Ну? Я еще вижу тепловые засечки, расположенные через каждые триста метров. Что, по-твоему, потребляет столько энергии?

– Охранные комплексы. – Спокойно ответил Сейч.

– И как, будешь штурмовать каждый из них? – Со злой иронией поинтересовался Станислав.

– Я их просто смету, – Ответил Джон, переключая свою передающую систему на общий канал обмена данными, чтобы остальные смогли воспринимать картинку с его видеокамер.

Особняком, в полукилометре от штурмовых носителей под временными навесами стояли серв-машины. Двадцать «Фалангеров» и семь «Хоплитов».

– Это, судя по всему, следующая партия, которую готовят для послезавтрашнего старта оставшихся «Нибелунгов». Обратите внимание на данные проникающего сканирования. Ректоры машин работают на десяти процентах мощности. Артпогреба загружены.

– Они что идиоты? – Задался закономерным вопросом Вергилий. – Зачем оставлять боекомплект? Почему машины не разоружены?

– Они как раз не идиоты. – Ответил ему Сейч. – «Нибелунги» не резиновые, а каждый «Фалангер» несет в себе пять тонн боекомплекта. Если разгрузить все серв-машины, понадобиться и третья, и четвертая волна кораблей для доставки всего снаряжения в зону утилизации на Элио. А машины без управляющих модулей, как тебе должно быть известно, способны лишь к элементарным операциям по перемещению.

– Ты хочешь захватить их?

– Естественно. Обратите внимание на габариты магистрального тоннеля. Он явно рассчитан под серв-машины. Из нас только я в совершенстве владею «Фалангером», в паре со мной пойдет Донецкий на «Хоплите». Мы взломаем главные ворота «Гаммы», и с боем пройдем весь тоннель. На нижних горизонтах нам станет доступна для сканирования система охлаждения реактора и точная схема расположение машинных залов. Думаю, мы не станем разрушать оболочку ядра силовой установки, только отрежем активную зону от систем управления и нарушим контуры трубопроводов охлаждения. Это неизбежно приведет к взрыву, но не сразу, а с определенной задержкой, так что у нас будет время для возвращения на поверхность. Главным и самым трудным будет точный расчет живучести аварийных подсистем реактора. Без централизованного управления они смогут бороться с неполадками лишь некоторое время. Необходимо чтобы взрыв произошел уже после старта «Нибелунгов»

– А что будем делать мы с Хоуком? – поинтересовался Вергилий.

– Вы на двух «Хоплитах» удерживаете устье тоннеля, и одновременно блокируете стартовую площадку, чтобы никто не смог внести коррективы в программу автоматического старта «Нибелунгов».

– Рискованный план. И трудновыполнимый.

– Не тебе судить.

– Это почему?

– Ты не знаком с серв-машинами и потому не представляешь, что такое боевая связка «Фалангер» – «Хоплит»[17], когда ими управляют настоящие пилоты.