Мегаполис Ленд - Алексей Вилков

– Потрясающе! – воскликнул Николай. – Вы гений, профессор.

– Честно признаться, я мало что понял из вашего доклада, – признался Стас. – Но, судя по вашему красноречию и восторгу, экспедиция получилась успешной, поздравляю.

– Спасибо, сынки, спасибо! – расчувствовался профессор и уронил скупую старческую слезу. – Я же старался на благо отчизны. Вижу, вы с интересом выслушали и не перебивали. Что ж, теперь ваши комментарии.

Молодые люди переглянулись, явно не готовые к обратной связи. Ситуацию спас Зуриков, задав профессору каверзный вопрос:

– Макар Андреевич, а эти генетические опыты вы где проводили? Прямо в джунглях, среди москитов, змей и обезьян? В пластмассовых пробирках?

– Благодарю за вопрос, – откликнулся Тополин. – Все эксперименты мы осуществляли в походной мини-лаборатории. Она удобна, компактна и оснащена по последнему слову техники. Вы правы, под кроной деревьев скрещивать не очень удобно. Важно понимать, что мы спланировали алгоритмы заранее, в джунглях нам оставалось только взять необходимый материал, а дальше дело техники и ремесла. Команда под моим чутким руководством справилась с поставленной задачей в максимально короткий срок, не нарушив срок действия нашей визы. Мы репетировали, долго готовились, поэтому сработали на автомате, но не без доли везения.

– А результаты там же и зафиксировали?

– Естественно! Получили то, что хотели. Наш биохимик кое-что проверил в ваших любимых пластмассовых пробирках, и когда последняя тень сомнения отпала, то мы официально обработали данные и вывели результат. Опыты были записаны в режиме онлайн, все результаты подтверждены иллюстративно с помощью слайдов, видео– и фотодокументации, поэтому обвинить нас в мошенничестве не получится. Работа сделана чисто, и нам за нее не стыдно. Младший научный сотрудник Фекла Сергеевна Бромшаль была особенно счастлива – по окончании экспедиции она наконец-то ушла в декретный отпуск. Ей чуть за тридцать, как говорится, пора рожать. Она откладывала, приносила себя в жертву ради науки, да и я ее, признаться, не отпускал, уж слишком ценный она сотрудник. Но теперь можно и отдохнуть. У нее и ребенок от нашего аспиранта Толика. Не понимаю, правда, что Толик в ней нашел, хотя он сам, не при нем будет сказано, фейсом не вышел. Я подозреваю, он поставил на себе опыт по скрещиванию, желая доказать общественности, что и от Феклы Сергеевны возможно получить потомство. Смелый поступок, Толик достоин похвалы. А наша будущая мамаша на третьем месяце беременности полетела в Америку, не испугавшись возможных осложнений. Толик мужественно охранял ее от инфекционных паразитов. Наверное, родится у них великое светило. Вот и глядишь – династия образовалась. Жизнь не стоит на месте, все идет своим чередом, только поспевай.

– А другой аспирант, Михаил, как у него на личном фронте? – спросил Зуриков.

– У него пока в этом плане холодная война. Суть в том, что он не в пример Толику, кроме микроскопов и наглядных препаратов, ничего перед собой не замечает. Увы, с ним сложнее. Мы бы нашли ему боевую подругу и даже на эксперимент со скрещиванием уговорили, но на кафедре нет свободной особи женского пола. Дефицит у нас кадров, я же говорил. Те, кто есть, либо заняты другими проектами и на Михаила не позарятся, либо не свободны, так сказать, замужем. Возьмем, к примеру, биохимика Федора: он женат и не отдаст нам свою супругу ради удачного эксперимента. Всегда есть непрогнозируемые риски и вероятные печальные последствия, поэтому Михаил мается пока и сублимирует с помощью научной диссертации. А мы, кстати, после этой кампании каждого участника экспедиции одарим кандидатской, там трудов немерено можно написать. У Федора она, правда, есть, но тогда пусть докторскую пишет, флаг ему в руки. Я особое внимание уделяю молодым, так сказать, девственным кадрам. Дать им поскорее ученую степень, и они не разбегутся по ларькам, а останутся в институте – простая логика.

– Класс! – заключил Зуриков – Я нагуляюсь и тоже возьмусь за диссертацию. Но я не по биологической части, не знаю, кто согласится мне помогать.

– Давно пора, Николай, – поддержал профессор. – А руководителя мы найдем, у меня связи по разным дисциплинам. Без помощника не останешься.

– Я поражаюсь вашей неистощимой энергии, – устало произнес Стас. – Вы наверняка очень устали в ходе экспедиции, но не показываете вида, верно?

Тополин призадумался:

– Не буду скрывать, я на самом деле перенапрягся и не рассчитал свои силы. Устал ли я? Да, разумеется. Прогуливаюсь здесь, чтобы чуть-чуть отдохнуть. Обстановка, знаете ли, располагает к успокоению и умиротворенности. Я великолепно восстанавливаю силы.

– Целительные силы природы, – добавил Зуриков. – Я тоже устал от угарных дискотек. Но у меня только колени болят, и поясницу ломит, а в остальном я как огурчик.

– А мне тошно, – признался Пастарьев, – и этот густой туман тоску нагоняет. Вы как из тумана вышли? Откуда путь держите?

– Давно вдоль берега идем, – ответил Тополин.

– Не встречали по пути лодку? В ней Заважилов плывет.

– Нет, как видите, я с тростью. Смотрю себе под ноги и не поднимаю головы.

– Какая-то баржа проплывала и белый теплоход, – вспомнил Зуриков, – а лодок не видал.

Стас вздрогнул, заметив невесть откуда взявшуюся тетку. Груздева в привычном рыночном фартуке и поношенной дырявой косынке приближалась, грузно передвигая пухлыми икрами.

– Оставайтесь, коль пришли, – небрежно обронил профессор. – Как вы относитесь к вырубке лесов Амазонии?

– Отрицательно, – категорично заявила Груздева, покачиваясь как пингвин.

– Правильно, ведь это легкие планеты. Их никак нельзя уничтожать, мы задохнемся в пыли и газах. А что прикажете делать? – прицепился неугомонный профессор.

– Как-то бороться нужно с вырубкой, я считаю.

– Правильно считаете, а как будем бороться?

– Это вопрос не ко мне. Наверное, активизируем «зеленых», устроим митинги протеста, высадим десант на плантациях. Есть же наверняка какие-то способы влияния.

– Хорошо излагаете, – заключил Тополин. – А вы бы поехали с нами туда, чтобы броситься на амбразуру? Подумайте. Вижу, вы нам пригодитесь. Лозунги вы выдаете проверенные временем и в духе нынешнего состояния дел. У вас даже фамилия биологического происхождения: «Груздева» – звучит. Возможно, вам суждено стать последним флагманом Гринписа на Южно-Американском материке. У вас грибная фамилия, а грибы, где попало, не растут, тем более грузди. Я люблю грузди, особенно маринованные.

– Стара я для культпоходов, – возразила она. – У меня постоянные клиенты и куча повседневных обязанностей, поищите кого-нибудь помоложе. Вон молодежь стоит, прячется за женскую юбку, их бы туда отправить!

– Они-то давно согласны, – нагло слукавил профессор. – Послушайте, а не хотели бы вы участвовать в грандиозном эксперименте? Нам требуется доброволец для опыта по скрещиванию. У нас имеется один порядочный, но чересчур скромный индивид по имени Михаил, он будет вашим партнером в данном исследовании. Миша человек практичный и сговорчивый, готовый без колебаний предоставить свой генетический материал. Требуется только ваше участие. Понимаете, о чем речь?