Не сотвори себе врага - Алексей Калугин

Старик круид сидел на верхней ступени крыльца. Он был очень стар. Его длинные волосы и борода были не просто седыми, а бесцветными, словно полинявшими от времени. Он был одет в серую, из грубой материи рубаху до колен. Узкие длинные ладони старика, перевитые синими венами, лежали на коленях. Кончики пальцев мелко подрагивали. Напустив на глаза складки век, старый круид вслушивался в ритмичный стук ладоней по полому стволу дерева вак.

– Там! Та-та-та-там! Там! Там! – старательно выстукивал по обрубку ствола, лежащему у него на коленях, молодой круид.

Он приходился внуком старому Каа-Си, и именно поэтому старик был особенно беспощаден к нему во время занятий. У Гаат-Мо уже взмокла рубашка на спине и по лицу текли крупные капли пота, а отбитые ладони уже почти не ощущали ударов по дереву. Он запрокинул голову назад, думая только о том, что если снова собьется с ритма, то дед не отпустит его уже до самого вечера.

Чуткий слух старика уловил звук стукнувшей калитки. Каа-Си сделал знак рукой, требуя от внука прекратить бой, но Гаат-Мо смотрел в небо и продолжал стучать.

– Остановись! – пришлось прикрикнуть Каа-Си.

Гаат-Мо, тяжело переводя дух, принялся обтирать лицо рукавом рубахи.

На дорожке, ведущей к крыльцу, показались двое.

Один из них был хорошо знаком старику – это был землянин по имени Маак-Сим, уже третий год живущий на Круиде. Второй был тоже землянин, но его Каа-Си видел впервые. Этот второй нес в руке небольшой ящик с ручкой – один из тех аппаратов, которые земляне постоянно таскают с собой.

Подойдя к старику, Маак-Сим, приветствуя его, приложил правую руку к левому плечу, а затем, в знак особого почтения, дотронулся кончиками пальцев до лба. Второй землянин повторил его жест.

– Мир тебе, Каа-Си, умерший двенадцать лет назад, – сказал Маак-Сим.

Максим Кардов, социолог и лингвист из группы контактеров, работающей на Круиде, прекрасно знал все местные традиции.

– Мир тебе, Маак-Сим, – ответил старик, приложив руку к плечу.

Только после этого Максим повернулся к Гаат-Мо и поздоровался с ним.

Каа-Си предложил гостям присесть рядом с ним на крыльцо.

– Позволь представить тебе, Каа-Си, моего друга. Его зовут Ник Сайфер. Он прилетел с Земли для того, чтобы снять фильм о вашей планете. Все люди на Земле смогут увидеть, как живут их братья на Круиде.

Каа-Си одобрительно кивнул головой. Он знал, что такое фильм, – земляне не раз показывали круидам фильмы о Земле. Что ж, пусть и на Земле увидят фильм о Круиде.

– Твой друг прилетел вовремя, – сказал Каа-Си. – Через два дня наступит Праздник Падающих Листьев. Я приглашаю тебя, Маак-Сим, и твоего друга быть гостями праздника в этом году.

– Спасибо, Каа-Си, твое приглашение – огромная честь для нас, – поблагодарил Максим.

Ник тоже наклонил голову в знак признательности.

– Твой друг понимает язык круидов? – удивился Каа-Си.

– Нет, – ответил Максим. – Язык круидов понимает вот этот аппарат. – Максим вынул из нагрудного кармана Ника коробочку электронного лингвиста. – А отсюда, – Максим коснулся пальцем аудиоклипсы, закрепленной на ухе Ника, – он слышит уже земную речь.

Старик восхищенно поцокал языком.

– У землян очень много умных аппаратов. – Каа-Си бросил взгляд на внука, воспользовавшегося неожиданным перерывом и растянувшегося в тени дерева. Старик хитро прищурился. – Но даже самый умный аппарат не сможет научить бездельника и лентяя Гаат-Мо правильно отбивать ритм на стволе дерева вак.

Гаат-Мо подскочил как ошпаренный и виновато уставился на деда. Вид у молодого круида был несчастный, как у человека, незаслуженно обиженного.

– Ты прав, Каа-Си, – сказал Максим, отсмеявшись. – Аппарат не сможет научить Гаат-Мо, потому что Гаат-Мо не будет бояться его, как тебя. Но аппарат может сам научиться у тебя.

Каа-Си с сомнением покачал седой головой.

– Нет, – сказал он уверенно. – Для того чтобы отбивать ритм, нужны руки. Руки человека.

– Но я же показывал тебе, Каа-Си, кристаллофон – аппарат, который повторяет за человеком все, что тот говорит.

– Верно, повторяет. Только совсем непохожим голосом.

– Это только кажется, что голос непохож.

– Ну, тогда мне кажется, что не сможет твой кристаллофон заменить руки человека, – недовольно проворчал старик.

– Я уверяю тебя, Каа-Си, что кристаллофон в точности воспроизведет ритм, который ты ему покажешь!

Старик ухмыльнулся.

– Может быть, он и на празднике выступит?

– Если ты разрешишь, то, конечно, выступит.

Каа-Си захохотал в полный голос.

– Маак-Сим, не горячись. Если у тебя ничего не получится на Празднике Падающих Листьев, то целый год, до следующего праздника, над тобой будет смеяться весь поселок. Даже женщины!

– Спасибо за предупреждение, Каа-Си, но я не сомневаюсь в возможностях кристаллофона. Ответь, ты разрешаешь мне выступить на празднике?

Каа-Си кивнул головой.

– Хорошо, Маак-Сим, я разрешаю тебе выступить на празднике. Но… – Чтобы скрыть лукавую усмешку, старик сделал вид, что поправляет пальцем усы. – Твой друг будет снимать праздник?

– Конечно.

– И этот праздник увидят все жители Земли?

– Да.

– А ты не боишься, что над тобой целый год будут смеяться не только все женщины Круида, но и все женщины Земли?

Старик снова захохотал, растирая ладонями выступающие на глазах слезы.

Максим достал кристаллофон.

– Каа-Си, вот мой кристаллофон. Покажи ему, как нужно стучать по дереву вак.

Максим включил кристаллофон.

Каа-Си положил полый внутри метровый отрезок ствола дерева вак себе на колени и покрутил его, устраивая поудобнее. Сначала медленно, затем все ускоряя темп, старик начал выбивать ладонями четкий ритмический узор.

– Там! Та-та-та-там! Там! Там!

– Похоже на «Болеро», – шепнул на ухо Максиму Ник.

Максим приложил палец к губам, призывая к молчанию.

Нарастал не только темп мелодии, но и ее звук. Пустая деревянная колода стала звучать с глухим подвывом, отзываясь на каждый удар ладони эхом. Казалось, что барабанили одновременно несколько человек. Минут через пятнадцать невозможно быстрый темп звучания вылился в фантастическую коду и резко оборвался, оглушив тишиной.