Исход - Мария Круз

Когда мы заехали на вертолётную площадку, два Ми-8 уже разогревали двигатели. Вертолёты были не новые, но в отличном состоянии, с капиталки — это было видно сразу. Чуть поодаль вращал винтами Ми-24, с двуствольной пушкой в кокпите и шестью блоками НУРС. Он должен был осуществлять контроль за прилегающей к зоне высадки территорией.

Мы разделились на две группы. «Сова» повёл восемь человек к первому «головастику», а мы, то есть Барабанов, Владимирский, Мария Пилар, двое егерей и я — побежали ко второму.

Сидящий в дверном проёме возле закреплённого «корда» пулемётчик подал даме руку, предоставив нам возможность забираться внутрь самим. Вывесить трап никто не удосужился — видать, подумали, что егерский спецназ трап только унизит. Ну посмотрим, как я это ещё помню. Подбежал к проёму, положил «калаш» правой рукой внутрь, левой упёрся в пол у самого порога проёма, затем правой, подтянулся, закинул левую ногу, на четвереньки, подобрал оружие. Хорошо, хоть не опозорился.

Едва мы расселись, как вертолёты разом оторвались от земли и с набором высоты пошли в сторону гор. Проём оставался открытым, в нём, привязавшись, сидел пулемётчик в странном шлеме на голове, напоминающем американский танкистский, с наушниками и микрофоном. Местное изготовление или просто не российская модель? Не знаю, впервые такой вижу.

Я тоже постарался усесться поближе к дверному проёму, чтобы иметь возможность посмотреть вокруг — покуда мне не доводилось увидеть Новую Землю с такой высоты и с таким обзором.

Пулемётчик повернулся ко мне и крикнул:

— Недавно здесь?

— Да! — закричал я в ответ. — Ещё месяц не прошёл!

— Заметно! Красиво здесь, смотри получше!

Действительно пейзаж был невероятный. Горы заросли изумрудным лесом, который расходился в стороны лишь у каменистых русел горных рек. Реки кипели водопадами, образовывали маленькие, тихие озерца — и снова бежали вниз, извиваясь меж торчащих из-под леса скал. Я видел внизу каких-то крупных животных на водопое, даже пару раз хватал бинокль, чтобы рассмотреть их получше. Над лесом летали крупные яркие птицы, шарахавшиеся в стороны от пролетающих вертолётов. Горы поднимались всё выше и выше, и лес уже не дотягивался до их вершин: корни деревьев не могли зацепиться за скалы, лишь зелёные пятна какой-то мелкой растительности забивали щели в скалах. Вертолёты прошли между двумя вершинами первого хребта, изменили курс с глубоким креном, обогнули ещё один пик, и ещё.

Полёт между горами занял минут сорок, я глазел не отрываясь. Время от времени пулемётчик показывал пальцем та на птиц, то на животных, то ещё на что-то интересное.

Затем горы вновь начали снижаться, стекая в долину между двумя хребтами. Леса здесь почти не было — лишь кустарник да изумрудная трава, и ещё там было небольшое, абсолютно прозрачное озеро. За озером, ближе к следующему, более низкому хребту, опять начинались заросли, которые превращались в подобие вскипевшего зелёного варева. Казалось, что трава долины, вдруг забурлила, воплотилась в кудрявые деревья и выплеснулась между скалами на дальний склон, стекая ниже, к самым джунглям.

Я услышал в головном телефоне:

— Внимание, вышли в зону высадки. Приготовиться к высадке.

«Крокодил» начат облёт долины, направив немного вниз свой хищный нос с двумя выпучившимися полушариями кокпита. Первая «восьмёрка» пошла на снижение, медленно прошла метрах в двух над травой, из неё один за другим, через равные промежутки времени, выпрыгнули егеря, разбежались, заняли круговую оборону. Вертолёт резко поднялся, завалился набок и отошёл вверх и в сторону, освобождая место для нашей высадки.

В гарнитуре послышался голос «Совы»:

— В зоне высадки чисто. На опушке наблюдаю трёх человек без оружия, укрытых под деревьями.

— Высаживаемся! — скомандовал Барабанов.

Летчик бросил наш вертолёт вниз так быстро, что появилось ощущение невесомости, затем замедлил спуск, плавно опустил шасси на траву.

— Покинуть вертолёт!

Мы поочерёдно выпрыгнули на траву и, пригибаясь, пошли навстречу троим мужчинам в военной форме, вышедшим с опушки.

Один из них, с весёлым худым лицом, густыми тёмными бровями и залысинами над высоким лбом, бросил ладонь к козырьку форменного кепи и отрекомендовался на отличном русском языке:

— Капитан Круз, уполномочен вас встретить. Товарищи ждут в палатке. Пойдёмте со мной.

Мы переглянулись и пошли следом за капитаном Крузом.