Я, ангелица - Катажина Береника Мищук

Будто слепые, мы остановились. Все, кроме Белета. Возможно, у него было кошачье зрение, потому что он даже не остановился, когда на нас опустилась тьма.

Теперь мы слышали повышенные голоса мормонов, которые перекликались в коридоре.

Лампы под потолком несколько раз моргнули, на мгновение освещая темноту. Я успела заметить, что вокруг нас стояло с десяток сжимавших вилы демонов. Они весело ухмылялись, глядя на мормонов.

Я схватила Петрека и вслепую потянула его к выходу. Другой рукой я держалась за шершавую стену. Демоны займутся погоней и успешно ее остановят. Преследовавшие нас мужчины были слишком напуганы, чтобы представлять какую-либо угрозу.

Вскоре вдалеке мы увидели перед собой свет.

Мы забежали в высокое помещение. Впереди было еще каких-то двести ступенек и ожидаемая площадь.

– AAAAAA!!! – пронзительно закричал кто-то за нашей спиной.

– Хихихихихихихихихихихи! – ответили ему зловещие смешки.

По моей спине пробежала дрожь. Я не знала, что демоны сделают с преследовавшими нас мужчинами, но явно что-то не очень приятное.

Мы начали подниматься по лестнице. В конце концов, когда у меня заболели все мышцы в ногах и ягодицах, мы добрались до вершины. В коридоре царила тишина. Не было слышно ни людей, ни демонов.

Тяжело дыша, мы вышли из здания. На узкой улочке, куда вел незаметный выход, нас ждал Белет. Он как ни в чем не бывало потягивал кофе, купленный в небольшом кафе напротив. Все кафе было в черепах. Кружки, сумки, книжки. Близость катакомб без труда подсказала владельцу уместный и неповторимый стиль заведения.

– Уже? – спросил он спокойным голосом.

– Да, уже, – рявкнула я, злясь на то, что он нас бросил. – Но не благодаря тебе. Нам пришлось призвать на помощь демонов.

– О, правда? – театрально удивился он. – Я специально удалился, чтобы твой рыцарек мог встать на защиту своей возлюбленной, а ты призвала демонов? Жаль.

Он насмешливо посмотрел на Петрека, который весь закипел от злости.

– Да? – теперь спросила я. – А я была убеждена, что ты сбежал, поджав хвост, потому что думал, что Мороний дал своим приспешникам пламенные мечи.

– Фанатикам тогда уж, а не приспешникам, – поправил он. – Кроме того, это неправда.

У него не было больше аргументов в свою защиту, и он только пожал плечами. Значит, я попала в точку.

– Кость у них уже есть, – вернул нас на землю Петрек. – Мы первыми должны получить кольцо папы, иначе мы проиграем.

– Ну вот, теперь рыцарек торопится, – раздраженно фыркнул дьявол.

– Кто-то должен, – лаконично ответил ему Петр. – Тебя, очевидно, не волнует успех наших поисков.

Белет проглотил ругательство.

– Идем? – вмешалась я.

Настроение у нашей тройки было кошмарное. Все готовы были друг на друга наброситься.

– Тогда в Ватикан, – прорычал дьявол и просунул свой ключ в стену здания. Затем он сердито дернул дверь и переступил порог, чтобы посмотреть, безопасно ли с другой стороны.

В этот момент над нашими головами раздался скрежет металла. Между зданиями сверкнуло золото.

– Големы! – воскликнула я.

Мы с Петреком выскочили за дверь.

На другой стороне прохода находилась небольшая улочка совсем рядом с площадью Святого Петра. Я беспокойно оглядела небо в поисках механических монстров. Казалось, что сопровождавший нас дьявол даже не заметил их предыдущего нападения.

Мы шли за Белетом, который смело двинулся к самому центру площади. Я не ожидала толпы туристов в это время года, но перед собором их было довольно много.

Мы остановились у фонтана Бернини прямо под египетским обелиском, одним из тринадцати, которые сейчас находятся в Риме. Этот когда-то был украшением цирка Нерона.

Клеопатра была права. Египет был повсюду. Даже в Ватикане.

Дьявол любовался внушительных размеров храмом. С нами он не разговаривал.

Я осмотрелась. Понятия не имею, где сейчас мог бы находиться папа римский. Он мог быть где угодно.

– Ты на святой земле. Разве ты не должен зашипеть от боли и загореться? – спросила я Белета, чтобы сменить тему и немного поднять ему настроение.

Он повернулся ко мне. Злость исчезла с его лица, и на ее место вернулась озорная улыбка.

– Милая, так делают в лучшем случае вампиры, – ответил он. – Дьяволы, конечно же, нет.

– Так вампиры существуют? – искренне заинтересовалась я.

Полки книжных магазинов в Польше ломились от романов о вампирах и смертных девушках, в которых они влюблялись.

Он многозначительно посмотрел на меня.

– Может, ты и в оборотней веришь? – спросил он.

Ясно…

– А где же папа? – вздохнула я.

– Смотрите, – сказал он и махнул рукой над водой фонтана.

Вода вскипела, но через мгновение ее поверхность успокоилась, явив нам образ старичка, одетого в серую куртку, который прогуливался по парку, лишенному листьев в это время года.

Белет цокнул языком.

– Кастель-Гандольфо? – спросил Петрек.

– Смотрите-ка, рыцарек в чем-то разбирается, – усмехнулся Белет.

– Ты можешь перестать меня так называть?

Чтобы вывести Петрека из равновесия, требовалось время, но существовала возможность, что вскоре дьяволу это удастся.

– А что? Тебе не нравится, рыцарек? – Белет смаковал это прозвище.

Я его не узнавала. Он не раз втолковывал мне, что он – древнее существо, которого забавляют человеческое поведение и слабости. Он был как старик среди дошкольников. И что Белет делал сейчас? Он вел себя как ревнивый прыщавый шестнадцатилетний мальчишка. Как человек. Не знаю почему, но это расположило меня к нему. У него были недостатки, он не был идеальным пламенем Бога.

Мимо нас прошли несколько папских гвардейцев. Их красочные наряды, сшитые по рисункам Микеланджело, бросались в глаза. В глубине души я предполагала, что они так одевались не из-за традиции, а скорее из-за чувства юмора священнослужителей.

Мне нравились их желто-фиолетово-красные наряды. Они привносили в приглушенный и спокойный Ватикан немного веселого сумбура. Конечно, сами гвардейцы веселыми не были. Они сохраняли каменные лица, когда их фотографировали улыбающиеся туристы. Настоящий профессионализм.

– Тогда давайте поищем стену, – охотно предложил Белет.

Мы вернулись на тенистую улочку и прошли через проход, созданный дьяволом. С другой стороны нас встретил парк, лишенный листьев, но все равно очень красивый. Я представила, как он должен выглядеть весной или летом.