Принцип талиона - Валерий Гуминский

— Мог бы и правду рассказать, — с обидой в голосе обратилась она ко мне. Я никогда языком не болтаю. А то наговорил… Все выдумал, небось?

— Нет, Алика. Почти все — самая настоящая правда, кроме скуки и прожигания жизни, — я примиряюще улыбнулся. — Ты тоже меня пойми. Прекрасная незнакомка, одна в лесу, с оружием. А у меня приказ: не раскрывать наше задание.

Алика опустила голову, и мы в полном молчании пошли по берегу.

— Ты же не просто так рискуешь, правда? — вдруг спросила девушка. Нагнувшись, она подобрала с земли несколько плоских камешков и стала деловито швырять их в воду. «Выпекать блины» у нее получалось очень ловко. Я насчитал однажды шесть ударов о поверхность воды. — Нормальный человек никогда не откажется от помощи. А твой героизм не понятен. Придерживаешься какой-то тактики?

Какая умная девочка.

— Нет, обычная перестраховка, — я пожал плечами. — Зачем рисковать всей группе? В одиночку я сработаю лучше. Поверь, в этом у меня есть опыт.

— Отец за тебя беспокоится, хоть и не подает виду, — призналась Алика. — Предупреждал, чтобы я вела себя с тобой осторожно. Не просто так дворянин служит у князя простым егерем.

— Обычная история, — удивился я. — Много безземельных дворян поступают на княжескую службу. Отработал по контракту — свободен. Хочешь остаться в клане — принимай вассалитет. Но уже навсегда. До смерти.

— Но у тебя необычная история. — возразила девушка. — Очень необычная. И браслеты эти… От них веет какой-то запредельной жутью. Даже я ощущаю, пусть и не одаренная.

— То есть Федор запрещает тебе со мной общаться? Здесь-то что тебе грозит?

— Как раз не запрещает. Скорее — озадачен. Он ведь такой: почувствует тайну и начинает докапываться до истины.

— Что-то узнал обо мне? — улыбнулся я.

— Думаю, о тебе он знает кое-что, — осторожно проговорила Алика.

— Хм… У меня есть враги, но я их не вижу, — я присоединился к забаве с камушками. — Уже двадцать с лишним лет они следят за мной незримо, корректируют мою жизнь, и я не могу что-либо сделать вот с этими оковами. Это ключик для разгадывания моей тайны.

— Интересно, — задумалась девушка и присела перед Гулякой, зарывшись руками в его густой шерсти, — хотелось бы услышать всю историю, что привело тебя сюда, на Варчаты. Интуиция подсказывает мне, что ты многое скрываешь, говоришь совершенно не то, что думаешь. Ладно, в душу лезть не буду. Все равно скоро уезжать в город, на учебу. Встретились и расстались…

— Так я могу найти тебя там, — мне удалось посмотреть в глаза Алики. — Если хочешь, конечно… Тоже не буду настаивать.

— А хочу! — тряхнула головой Алика, отчего ее туго стянутая коса заметалась по спине. — Найди. Теперь ты знаешь, где я учусь. Кстати, могу тебе чем-нибудь помочь с информацией по браслетам. Поспрашиваю умных людей. Специализированную литературу поищу.

— Ты это… Не вздумай нос совать в розыски, — я заволновался. — Если кто-то заинтересуется твоими вопросами — закономерно свяжут нас друг с другом. Не хочу быть источником твоих проблем.

— Хорошо, — на удивление легко сдалась Алика. — Буду очень осторожна и не любопытна.

Если бы я знал девушку хоть немного больше, волновался бы гораздо сильнее после ее слов. Однако в этот момент перестал думать о просьбе Алики. Мне просто было приятно находиться рядом с красивой и ладной девушкой, только взять ее за руку мешало необычная скованность и присутствие Федора, с подозрением глядевшего на нашу парочку, гулявшую по берегу. Алика же с каким-то вызовом посмотрела в его сторону.

Когда гости уехали, я стал собираться в дорогу. Проверил и смазал пистолет и карабин, уложил в рюкзак продукты с расчетом на неделю, теплые вещи, патроны. К поясу прицепил фляжку с водой, где уже висел нож. Трофей волколака я оставил в доме под тщательным присмотром друга.

— Не передумал идти один? — на всякий случай спросил Стрига, наблюдавший за мной.

— Я же сказал, что все путем, — пришлось успокаивающе хлопнуть друга по плечу. — Ты не переживай. В бой с шайкой Рахдая я вступать не собираюсь. Как только почую их — сразу же дам знать. Только вы не спите.

— Не учи отца яичницу жарить, — пробурчал маг, разлаживая на столе амулеты своих подчиненных. Надо было проверить заряды артефактов. Эвклаз, как всегда, не требовал подзарядки. Он был заполнен энергией по самую макушку. Каждый раз, работая с удивительным амулетом этого парня, Вихорь удивлялся такому факту. Маг не мог понять, почему враждебный браслет, по уверениям Волоцкого, помогает ему? В чем дело? После долгих раздумий и анализа характеристик старинного артефакта, отрядный маг пришел к мысли о слиянии энергетических полей амулета и браслетов «веригельна». Больше объяснений не находилось. Он бы удивился, узнав, что я пришел к такому же выводу уже давно.

— Наши наставники в кадетской школе говорили иначе, — осклабился Стрига и подмигнул мне. Мы оба ухмыльнулись, вспомнив перлы каптерщика Валуна или того же вечно ворчливого Шрама.

— Догадываюсь я, как они с вами разговаривали, — пробурчал Вихорь, заполняя с помощью пассов своих рук амулет Стриги. — Детям пакости разные говорить…

Мы дружно заржали, не сговариваясь. Дети… Таких детей гоняли с малолетства как сидоровых коз, несмотря на возраст и физические данные. Подзатыльники, жесткие задачи на полигонах, в учебных классах. Всех подтягивали на один уровень. Учеба без соленого словца — попавшее в сухую почву зерно. Не прорастет. А уши давно в трубочку не сворачивались. Примерно, через пару месяцев активного прослушивания.

— Держи свой амулет, — Вихорь кинул мне эвклаз. — Мог бы и не давать. Батарея в рации полная? Запасную взял?

— Так точно, полный комплект, — шутя козырнул я. — Да не буду лезть я на рожон, Вихорь! Вот есть уверенность, что еще пару дней Рахдай предпочтет кружить возле предгорий, прежде чем сунуться в штольни. Охотники немного попугали шайку. Главное, волколака завалили.

— Я ведь подозревал, что у шамана есть еще один оборотень, — досадливо произнес маг. — Еще тогда, на приисках, меня смутили некоторые несоответствия. Как будто следы третьего волколака тщательно затирались, и Рахдай каким-то образом сливал их с общими следами.

— Опасный тип этот Рахдай, — уважительно кивнул Стрига.

— Еще бы, — откликнулся маг. — Я на свой страх и риск принял авантюру Колояра, и, если мы упустим шамана — можем сразу стреляться. Ну, я-то первый это сделаю. Мирон таких ошибок не прощает.

— Да не хорони ты нас раньше времени, — я безнадежно махнул рукой и завалился спать. Выходить решил даже не в предрассветных сумерках, а ночью, часа в три. Все равно кромешной тьмы не будет, а светать начнет не раньше пяти-шести. За это время успею добраться до северо-западного берега, пройти несколько километров до предгорий, устроить себе лежку без спешки и дерганья. Стопроцентной уверенности, что меня не заметят во время пересечения озера, не было. Рыбаки здесь до утра торчат. Надо бы спиннинг с собой захватить для виду.