След паука. Часть первая - Анна Шнайдер

Несколько секунд девушка в растерянности стояла перед дверью, сжимая накидку пальцами и чувствуя себя полнейшей дурой из-за желания отказаться от подарка, но при этом понимая – Риан прав, её зонт никуда не годится. И потом, вздохнув, всё-таки взяла вещь с собой.

Но уйти от крыльца далеко Тайра не успела. Она только спустилась по ступенькам, как голова у неё вдруг закружилась так, словно она всю ночь танцевала, и девушка, схватившись за перила дрожащими пальцами, начала медленно оседать на землю. Неимоверно затошнило, а потом, через несколько мгновений, ещё и вырвало.

– Тай? – Теперь в голосе Риана была не сухость, а тревога. Он быстро взял девушку на руки, прижал к себе и помчался в дом. – Морган, Тайре плохо!

Её вырвало ещё раз – теперь уже Риану на рубашку, – а потом она потеряла сознание.

Сначала вокруг было темно, как и всегда. Но потом тьма рассеялась, и Тайра увидела какую-то комнату, похожую на спальню. Или это цветочный магазин? Цветов было много, очень много. Хотя нет, вряд ли это магазин: в магазинах не бывает таких широких кроватей с балдахином, застеленных шикарным бельём алого цвета.

Кто-то что-то сказал, и Тайра обернулась. Перед ней, улыбаясь ласковой улыбкой, от которой её почему-то передёрнуло, стояла женщина. Безумно красивая – с белой матовой кожей, правильными чертами лица и чуть вьющимися волосами цвета меди. Одета эта женщина была во что-то фривольное, похожее на кружевную ночную сорочку, и глубокое декольте притягивало взгляд.

– Вино? – произнёс человек, которым сейчас была Тайра, и она узнала голос. Её дознаватель! – Да, пожалуй, буду. Я люблю хорошее вино, а ты?

Женщина засмеялась, потянувшись к журнальному столику – там стояли бутылка, два бокала и большое блюдо, накрытое металлической крышкой, – и Тайре неожиданно словно пронзили кинжалом грудь.

«Не пей, – пыталась сказать она, но не получалось. – Ничего не пей из её рук! Никогда, никогда! Ничего!»

А женщина всё смеялась, всё тянулась к столику, и комната, в которой они находились, то сжималась, то растягивалась, то будто бы подёргивалась рябью, как отражение в воде, и голова у Тайры снова кружилась…

Второй раз она очнулась в привычной темноте, которая не собиралась расступаться, на собственной кровати, уже без головокружения и тошноты.

– Как ты себя чувствуешь, Тай? – спросил отец негромко. – Лучше?

– Да. – Она сглотнула и поморщилась: во рту был привкус крови.

– Опять видение? О чём или о ком?

Лгать не было сил.

– Там был Джон Эйс и… какая-то женщина… Мне показалось, она опасна… Пап, надо его предупредить…

– Завтра предупредишь, – отрезал Морган, подтягивая Тайре одеяло повыше. – В конце концов, он мужчина, он может разобраться с опасной женщиной и самостоятельно, а тебе надо отдыхать.

– Но…

– Завтра, Тай, – повторил отец ещё раз, а потом погладил её по щеке. – Никаких разгуливаний по посёлку в дождь. Я сейчас усыплю тебя, проспишь до обеда. Я сам сегодня навещу пациентов.

– Но… – Вновь попыталась возразить девушка, однако не успела – погрузилась в спокойный и тёплый сон без всяких сновидений, какими всегда были сны, которые насылал на неё отец.

***

Как Гектор и предполагал, единственным, что обрадовало императора в новой информации о заговоре, стали доказательства непричастности принцессы Анны к этому делу. Всё остальное он выслушал равнодушно и молчаливо. Сказал лишь, что совпадение группы крови главы заговора с группой крови мужа сестры – не доказательство.

– Согласен, – кивнул Дайд, не собираясь спорить – знал, что участие Вольфа для Арена станет не менее болезненным, чем участие Аарона. – Но я пока приму это к сведению, ваше величество.

– И насчёт Моргана Рида… – Император на мгновение прикрыл уставшие глаза. – Выясни, насколько добровольной была его помощь моему брату. Это важно. Я не собираюсь чрезмерно наказывать человека, чьи проступки не были его сознательным выбором.

– Да, ваше величество, – выдохнул Гектор, чувствуя колоссальное облегчение. Он предполагал, что Арен так скажет, но предполагать и слышать собственными ушами – вещи разные.

Чуть позже пришлось ещё раз наведаться в комитет, посмотреть на трёх отобранных отделом кадров и Кэт кандидатов в секретари выходного дня и быстро утвердить одного из них. Гектор выбрал пожилую женщину, уже работавшую секретарём в их ведомстве, но не в столице, и переехавшую в Граагу вместе с дочерью – студенткой магического университета. И улыбнулся, услышав облегчённый вздох со стороны Кэт – двое других кандидатов были молодыми симпатичными девушками, и его маленькая невеста, по-видимому, ревновала. Гектор опять отправлял её на выходные к родителям и Урсуле и предполагал, что этим разрушил планы Роджера – зам ходил мрачнее тучи, постоянно косился на Кэт, раздуваясь, как обиженная лягушка, а девушка нарочито отворачивалась. И всё это было бы смешно, если бы не отчётливое ощущение, что эта парочка ломает друг другу жизни в угоду собственным страхам и предрассудкам.

Когда Гектор наконец смог вернуться в Тиль, время было почти обеденное, и на улице вновь шёл проливной дождь. Небо было грязно-серым, по дорогам потоками текла тёмно-коричневая, глинистая вода, и желания выходить наружу не было совсем, даже под защитным колпаком, и даже ради разговора с Морганом Ридом. Гектор уже начинал раздумывать, не перенестись ли обратно в Граагу, когда неожиданно увидел знакомую фигуру, вышедшую из-за ближайшего поворота. Тайра – без зонта, плаща или защитного купола, подумать только! – почти бежала к отделению комитета, и Дайд, выругавшись, метнулся от окна ко входной двери, стремительно вышел на улицу и через несколько секунд уже подхватывал промокшую до костей девушку на руки.

– Ты сошла с ума? – прошипел он, вглядываясь в бледное лицо. Даже в губах не было ни кровинки, а уж руки, которые Тайра положила Гектору на грудь, и вовсе показались ему двумя ледышками. – На улице дождь, а ты даже без зонта!

– У меня было видение. – Голос Тайры был сиплым и совсем простуженным. – О тебе и…

– Погоди ты с этими видениями! – Дознаватель зашёл внутрь отделения, донёс Тайру до рабочего кабинета, поставил на пол и пару минут сосредоточенно высушивал её одежду, чтобы не пропустить ни клочка ткани. Девушку била дрожь, зубы у неё стучали, и Гектору безумно хотелось отлупить Тайру за безрассудство. – Всё, вроде высушил. Или где-то ещё мокро?

Она помотала головой, обхватывая себя руками, и старательно сжала зубы – видимо, чтобы ими не стучать.

– Но тебе по-прежнему холодно, это понятно. Сейчас… – Дайд осторожно согрел девушку заклинанием, пытаясь не обжечь. – Лучше?

– Да. – Выдохнула Тайра, опуская руки. Зубы у неё действительно больше не стучали. – Гораздо. Прости, я всего лишь хотела предупредить тебя насчёт видения, а отец не пускал. Я сбежала. Некогда было искать зонт или что-то другое.