Герой - Роберт Энтони Сальваторе

– Значит, Кейн согласился?

– Он больше ничем не может помочь Дзирту, – вздохнула Ивоннель. – Он понимает, что потерпел поражение, что он бессилен.

Энтрери помрачнел.

– Благодаря его стараниям Дзирт все же обрел некое подобие душевного покоя, – продолжала Ивоннель, чтобы смягчить удар, – а это уже немало. Но, как я объясняла тебе, болезнь Дзирта нельзя исцелить одним лишь усилием воли. Он ранен, и эта рана реальна; она не может затянуться сама, если больной не доверится целителю настолько, что позволит ему заглянуть в свои мысли.

Артемис Энтрери прекрасно понимал свою роль в плане – именно ему предстояло довести Дзирта до такого состояния. Он нахмурился и кивнул в знак согласия, и руки его машинально потянулись к эфесам клинков.

– Вскоре я должна связаться с Киммуриэлем, – сообщила Ивоннель. – Надеюсь, мне это удастся.

Энтрери снова кивнул, затем прищурился, как будто вспомнил что-то:

– Есть еще одна вещь.

Ивоннель не слишком обрадовалась новостям об осложнениях и дала это понять, состроив недовольную гримасу. Но Энтрери это не смутило.

– Что-то неладное творится в Дамаре, так сказала мне Тазмикелла, – объяснил ассасин.

– Что именно? И каким образом это касается нас?

Энтрери пожал плечами.

– Она сказала лишь, что видела нечто такое, чего мы не можем видеть, и что сверхъестественное зрение дракона позволило ей различить признаки тревожных событий. Она пообещала рассказать больше, когда вернется из Хелгабала.

Ивоннель не стала развивать эту тему, потому что в тот момент события в Дамаре не интересовали ее; она решила, что беспокойство Тазмикеллы по поводу какого-то жалкого людского королевства преувеличено. Она лишь кивнула, показав Энтрери, что приняла к сведению его сообщение.

– И что, мы будем просто сидеть и ждать здесь? – полюбопытствовал Энтрери.

Ивоннель подошла к границе рощи, взглянула на склон холма и главный вход в монастырь Желтой Розы.

– Я думаю, он скоро выйдет, – сказала она. – Ты помнишь, что делать?

– Помню.

– Дзирт не должен догадаться о моем присутствии. Понимаешь?

Энтрери недовольно фыркнул, и Ивоннель резко обернулась к нему.

– Ты не понимаешь, что идешь по лезвию меча, – объявила она. – Вполне может случиться так, что сегодня ты умрешь.

– Я знаю.

– Я задействовала многочисленные чары и могу заверить тебя в том, что этот Коготь Шарона, который, возможно, когда-то продлевал тебе жизнь, больше тебе не поможет. Раскол уничтожил его магию, если в нем когда-то и заключалась такая магия.

– Я знаю.

– Вполне может случиться так, что сегодня ты умрешь, – повторила она.

– Я знаю.

– Или убьешь этого дроу, которого называешь своим другом.

– Я знаю.

– Знаешь? Ты твердо уверен в этом? – настойчиво спросила Ивоннель, подойдя к ассасину вплотную. – Если ты колеблешься, если у тебя есть какие-то задние мысли, если ты нечестен и неискренен, тогда все будет напрасно. Ты потерпишь поражение и погибнешь, а Дзирту не станет лучше – напротив, твоя жалкая неудача может привести к тому, что он тоже погибнет, навсегда.

– А тебе-то до нас какое дело?! – прорычал Энтрери. – Кто ты такая? Мне сказали, что ты дочь Громфа, но он к тебе совершенно равнодушен – даже не снизошел до того, чтобы телепортировать нас сюда. И еще мне сказали, что ты должна была стать Верховной Матерью Мензоберранзана, проклятой служанкой богини Пауков…

– Следи за тем, что говоришь, – предупредила его Ивоннель таким тоном, что Энтрери одумался и заговорил более спокойно.

– Я просто не пойму, с чего бы это Верховной Матери заботиться о судьбе Дзирта До’Урдена, отступника, падшего существа, – процедил он.

– Я – не Верховная Мать.

– Но ты могла бы ею стать.

– Это верно. Мне стоило лишь сказать одно слово. Но я отказалась. Уже одно это должно дать тебе понять, в чем дело.

Энтрери пожал плечами и раздраженно вздохнул.

– Так почему тебя тревожит его судьба?

– А тебя?

– Ты не можешь просто взять и ответить на мой вопрос?

– Ответь сначала себе, и ты поймешь. Я уверена, что наши мотивы очень похожи.

* * *

Эти слова заставили Энтрери смолкнуть. Он отступил, тряхнул головой, пытаясь найти в происходящем хоть какой-то смысл. Дзирт был небезразличен ему потому, что однажды дал ему, ассасину, зеркало и заставил его честно взглянуть на собственное отражение.

Небезразличен потому, что пример Дзирта когда-то помог Энтрери измениться, и теперь бывший безжалостный убийца мог смотреть на себя в это зеркало, не испытывая отвращения.

Он внимательно взглянул на Ивоннель. Эта всемогущая женщина-дроу, которая могла бы встать во главе армии из двадцати тысяч темных эльфов, которая в совершенстве владела заклинаниями, дарованными ее богиней своим поклонникам, которая могла при помощи чар сражаться с такими, как Громф Бэнр, внезапно показалась ему ничтожной.

Переведя взгляд на склон горы, Энтрери увидел в воротах монастыря одинокую фигуру; и когда воин вызвал волшебного единорога и повел его вниз по склону, Артемис Энтрери понял, что критический момент, момент истины, настал.

– Он идет, – прошептал ассасин.

– Не забывай свою роль и не забывай о том, зачем ты здесь, – повторила Ивоннель и исчезла в роще.

Энтрери при помощи обсидиановой фигурки вызвал собственного «скакуна», адского жеребца, повел его к дороге и там, в тени деревьев, принялся ждать Дзирта.

– Что ты здесь делаешь?! – вздрогнув от неожиданности, воскликнул дроу при виде человека. Он с самого начала показался Энтрери потрясенным и расстроенным и нахмурился еще сильнее, заметив у дороги старого знакомого и старого врага.

Ассасин сплюнул на землю.

– Вокруг тебя столько всего происходит, а ты не можешь догадаться, в чем дело? – отвратительно ухмыляясь, произнес он. – Ты разочаровал меня, Дзирт До’Урден.

Дзирт немного откинулся назад.

– Что ты имеешь в виду?

Энтрери соскользнул на землю и взмахом руки отправил коня прочь, затем сделал знак Дзирту присоединиться к нему.

Дроу удивленно и с подозрением посмотрел на человека, однако повиновался и отпустил Андхара; воины остановились друг напротив друга, на расстоянии нескольких шагов.

– Зачем ты пришел сюда? – рассерженно спросил Дзирт. – Неужели ты заодно с…

– Я в союзниках не нуждаюсь, – перебил его Энтрери.

– Выходит, это совпадение?

– Я не верю в совпадения, – произнес Энтрери таким тоном, что Дзирт вздрогнул. Казалось, он уже слышал эти самые слова, произнесенные этим человеком с точно таким же выражением много-много десятков лет назад.

Так оно и случилось на самом деле, в туннелях поблизости от Мифрил Халла, когда дроу Мензоберранзана в первый раз пошли войной на крепость Бренора, а Артемис Энтрери присоединился к Дзирту и его друзьям в обличье Реджиса.

Дзирт покачал головой.

– Не можешь догадаться, зачем я пришел сюда? –