Во имя потерянных душ - Виталий Зыков

Школу удалось покинуть без проблем. Артем опасался ненужных вопросов и препирательств с охраной, но тамошние парни как никто другой понимали рвущихся в битву «раненых». Будь их воля — отправились бы следом. Так что он зря беспокоился.

Гораздо больше хлопот доставил заданный Захаром темп движения. Двужильный Перевертыш ломился сквозь подлесок с неотвратимостью бульдозера. Ничто не могло его остановить: ни острые шипы мутировавшей акации, ни ловчие сети ядовитого плюща, ни обманчивая красота зарослей игольника. В каждом движении приятеля сквозила животная мощь, способная сокрушить любое препятствие. Как будто и не было многочисленных ран, для исцеления которых потребовались усилия лучших врачевателей-Сноходцев. Оборотень, что с него возьмешь.

Артем так не мог. Если Захар не бежал — летел, мчался упругой волчьей рысью, то ему приходилось заставлять себя бежать. Даже Патала не могла помочь. Слишком много всего свалилось на Артема в недавнем бою, для восстановления требовалось время. Да только кто ж ему его даст-то?! А раз так, то нет иного выхода, кроме как гнать вперед, не обращая внимания на горящие огнем легкие, поющие мышцы и налитые свинцом конечности.

Беги, Тень, беги!

Одно хорошо во всей этой ситуации: главный инициатор нынешней бучи не Артем. Не с его репутацией рассказывать Кардиналу сказочки о демонах из кошмарного сна. И слушать не станут! Зато Захару поверят. Тем более что механизм видения понятен. Силы Света и Тьмы даруют своим адептам способность видеть или даже предугадывать появление своих антагонистов. Захар дотянулся разумом до границ Ниженки, а Леонид вытянул его дух поближе к источнику темной энергии. Ничего особенного — так, бледное подобие умений Сноходцев, однако свою задачу выполнило. Сильнейший метаморф Сосновска предупредил соперника о грядущей опасности. Другой вопрос, зачем ему это понадобилось… Вряд ли ради того, чтобы уберечь от смертельной угрозы. Тогда и затевать всю эту бучу не понадобилось бы. А вот уберечь Башню от чрезмерных потерь — вполне возможно.

Белобрысой твари наплевать, сколько погибнет обычных людей. Главное, чтобы сохранился паритет сил и ни у кого не оказалось явного преимущества в борьбе за власть. Помогай слабым и сражайся с сильными — у темного получилось извратить даже столь достойное правило. Если, конечно, он тогда не соврал Захару.

Мысли помогали отвлечься от накатывающей волнами усталости. Измененный организм умел справляться с серьезными ранами и тяжелыми нагрузками, но всему есть предел.

Сколь угодно тренированному Сноходцу никогда не сравниться в выносливости с тренированным Перевертышем. Против физиологии не попрешь. Тем не менее Артем не сдавался, изо всех сил старался поддерживать заданный приятелем темп…

Как назло, их небольшая война взбаламутила местный рассадник хищных тварей и прочей опасной гнуси. Даже странно: в парке было спокойнее, чем на исхоженном вдоль и поперек маршруте. Они дважды отвлекались на одержимых Тьмой бегунков, которые со свирепостью махайродов бросались из засад. Приходилось проявлять чудеса ловкости, чтобы не дать им вцепиться в икры или гораздо более нежные места. Вроде ерундовый противник, а нервировал страшно.

Когда же вышли к остаткам «бетонки», идущей до самой Ниженки, то из затянутого зеленым покрывалом лиан входа в подземный переход выскочила какая-то кракозябра. Эдакая богомерзкая помесь «кляксы» и богомола, достаточно глупая, чтобы напасть на двоих усталых и раздраженных Меченых. Захар и минуты на гадину не потратил. Жахнул из ружья солью, а затем добил чем-то убойным из арсеналов Света. Желтое пламя моментально поглотило чудище, оставив после себя лишь белый пепел.

— Не трать зря силы! — не удержался от комментария Артем, за что заработал бешеный взгляд.

— Сам знаю! — рявкнул Захар, явно балансируя на грани начала метаморфоз. Язык так и чесался ответить какой-нибудь колкостью, но Артем сдержался. Какой смысл устраивать взаимные препирания, когда на носу встреча с опасным врагом?! Не лучше ли собрать все обиды в кучу и одним махом выплеснуть их в битве?!

При таких мыслях неудивительно, что на окраинах Ниженки Артем появился злым, решительным и готовым ко всему. Капелька самовнушения, и на время забыты усталость и раны — все тело дрожит в предвкушении боя. Захару доморощенный аутотренинг и вовсе не требовался. Чем ближе был источник эманаций Тьмы, тем больше он ярился. А там уже не разобрать, где заканчивались его собственные чувства и начиналось влияние Стихии…

В поселке царили победные настроения. В начале главной улицы смрадно чадила гора из убитых монстров, а команды поджигателей с масками на лицах подтаскивали все новые и новые трупы. Поодаль в центре симпатичной зеленой лужайки чернела огромная проплешина, похожая на те, что остаются после разъеденных солью «клякс». Смущали лишь размеры — словно здесь рассталось с нежизнью никак не меньше двух-трех десятков порождений Тьмы. К мрачному удовлетворению Артема, никаких особенных отклонений от картины сна не было. Разве что начальство и большая часть Меченых куда-то пропали.

Захар задался тем же вопросом и выудил из толпы местных смутно знакомого волковца. Тот о чем-то азартно рассказывал, жестикулируя и корча рожи. И если судить по накалу страстей, именно он и был главным героем всех баек. Этакий калиф на час, и прерывать свой триумф ему ой как не хотелось. Однако на пару вопросов ответить все же пришлось. Захар умел быть убедительным.