За гранью восприятия - Алексей Фомичев

– Ясно, – не очень уверенно кивнул я, рисуя в воображении гигантское дерево с ветвями-вселенными. Выходило нечто невообразимое и жуткое.

«Стоп! – мелькнула мысль. – Древние религии утверждают, что когда-то на Земле было некое Мировое дерево. Мол, с него и пошла вся жизнь. Это как-то перекликается с теорией, рассказанной гостем? Неужели древние знали о многомерности космоса?»

Вообще-то следовало озаботиться проблемой самого появления гостя и последствиями нежданного визита, но рассказ меня захватил. И потом – не вся информация получена, раньше времени принимать решения нет смысла. Подождем, послушаем. Тем более есть что…

– Само название «расходящиеся» возникло оттого, что согласно теории все Вселенные в начальный момент были в одном с точки зрения координат месте. Ясно?

Я кивнул.

– Дальше… – Барил поправил полу пиджака и положил руки на колени. Лекция увлекла его самого. Видимо, раньше объяснять прописные истины не приходилось, вот и отводил душу. Или тянул время. Для чего?..

… Разница в развитии миров в измерениях колебалась в пределах от нескольких месяцев до трех – пяти миллионов лет. Развитие везде проходило самостоятельно, без взаимного вмешательства. Статус-кво нарушило создание теории Вердина Гасмана. Уже после его смерти группа ученых Анкивара под руководством гениального профессора Битрая смогла рассчитать практическую сторону теории и воплотить ее в реальность. Так возник аппарат под названием «установка ПСД» – пространственно-сопряженной динамики. Аппарат позволял проникать через пятое и шестое измерения в другую Вселенную (другой мир в просторечии).

Это стало первым шагом в многолетней тяжелой и полной опасностей экспансии. Проект создания межзвездных кораблей и открытия космических полетов отложили в сторону и начали готовить проект «Сосед».

Задачами проекта стали поиск, разведка и освоение новых миров. К тому моменту цивилизация уже достигла высокого уровня развития, поэтому требовалось все больше и больше металла, различного рода ископаемых, энергии, людей, наконец.

Истощенная планета не могла больше снабжать в прежнем объеме. Поэтому было принято решение о целевом использовании вновь открытых планет для пополнения скудных запасов.

– … Это оказалось труднее, чем мы думали. «Контур» по своим размерам не мог быть больше чем три метра в высоту и два в ширину. Чисто технические ограничения, последнее время мы смогли несколько увеличить габариты, однако это позволило только немного улучшить их пропускную способность. Поэтому работы в новых мирах шли медленными темпами. Специальную аппаратуру и устройства приходилось разбирать на части и монтировать на новом месте. К тому же работа «контура» отнимала массу энергии и стоила очень дорого. Но это только незначительная часть проблем. Гораздо хуже было другое.

– Что же мешало вам, повелителям пространства, завоевывать миры?

Я не смог скрыть явную насмешку, но Барил не обратил на нее внимания. Он посмотрел на часы, на секунду замолчал, а потом продолжил рассказ.

… Первая причина – политическая. На планете Арния к началу освоения других миров сложилась тяжелая обстановка. Все страны были разделены на два враждующих лагеря. За сто лет конфликтов и войн возникли два мощных военно-политических союза. Один – уния согласных миров Анкивар (по названию лидера унии – Анкивара). Второй – анклав Равитан (тоже по названию лидера союза). Так вышло, что Анкивар занял три из пяти основных материков, Равитан – остальные два, по площади только немного уступающие трем первым.

Противостояние перешло в фазу вялотекущего конфликта с периодическими всплесками на периферии. С обеих сторон раздавались голоса о прекращении противостояния и начале мирных переговоров. Но как раз в то время группа профессора Битрая создала установку и отыскала пути в иные миры. Разведка Равитана смогла сначала узнать об открытии, а потом и украсть техническую документацию. Их ученые, работавшие в том же направлении, используя данные разведки, смогли построить копию установки.

С этого момента началась жесткая конкуренция за вновь открываемые миры, за их ресурсы, богатства. За их земли.

– … Обе стороны территориально в одном «пучке», в одном измерении, поэтому часто новый мир открывали и те, и другие одновременно. Возникли трения, быстро перешедшие в вооруженные конфликты, а затем и в открытую войну. С планами примирения было покончено, на кону стояли несметные богатства, за которые стоило воевать.

– Выходит, у вас на каждой открытой планете шла война?

– Почти. Те, кто находил ее раньше, успевал подготовить плацдарм, сосредоточить больше сил и средств. Если превосходство было явным, противник терпел поражение и уходил обратно. Но сил контролировать всю планету не хватало. Враг возвращался и нападал вновь…

– Вы перенесли внутренний конфликт в новые миры? Здорово. Дерутся два гиганта, а местное население смотрит…

– Если бы два, – мрачно усмехнулся Барил. – Потом к ним добавился третий.

… Лет через десять после начала противостояния на арене возник новый игрок. Датлай. Их мир стоял в соседнем сопряжении, но в том же «пучке», что и Арния. Датлайцы освоили «контур» немного позднее, но с азартом включились в игру. Так Равитан и Анкивар получили еще одного врага. Теперь каждый воевал с двумя противниками сразу. На два фронта.

При таком напряжении, при громаднейшем расходовании ресурсов и средств финансовые и людские затраты начали превышать все мыслимые размеры.

Поэтому на новых планетах воюющие стороны действовали относительно небольшими силами. Ядерное оружие никто не применял (кому нужен загрязненный мир?), но и без этого средств уничтожения хватало. С избытком.

Со временем возник план вовлечения аборигенов новых миров в работу и войну. Там, где местная цивилизация была не выше средневековья, набирались волонтеры. Их обучали в специальных заведениях, готовя солдат и рабочих.

Труднее было на высокоразвитых планетах. Чужаков, когда они начинали проявлять активность, мгновенно замечали, после чего вся работа шла коту под хвост. Если же пришельцы пробовали действовать силой, то получали немедленный и жесткий отпор. И хотя техническое превосходство непрошеных гостей было явным, воевать с целой планетой не входило в планы пришельцев. Поэтому вся работа в таких мирах сводилась к осторожной разведке.

… То, о чем рассказывал Барил, я худо-бедно знал из допросов пленных пришельцев в Ругии, конечно, не в таком объеме. Однако показывать осведомленность не собирался. Что знает обо мне гость? Какие у него планы? Надо прояснить обстановку и сделать это осторожно, незаметно. Но как?..

– Не пойму, как вы постоянно протаскивали людей и технику через это… месилово? Там же подохнуть можно в любой момент! А еще тащить с собой что-то…

Барил вперил в меня тяжелый взгляд и с минуту молча смотрел, потирая кисти рук. Что он хотел увидеть? Насколько я искренне говорю? Что я знаю?

– Хорошо… – после недолгого молчания произнес он. – Будем считать, один вопрос с тобой снят… почти.