Совсем не прогрессор - Марик Лернер

— Нет, — отперся Сашка.

— Не хочешь — не говори. Только мы, видать, ведьмы, или как там правильно будет мужского пола. Даже если как бы не подозреваем об этом. При употреблении образуются в черепушке новые связи.

— Тогда в мозгу.

— А нам не по фигу? Что-то там имеется изначально, потом как бы раз — и вперся в картину. С толчка. А мог и без, потом бы на глюки решил. Вот у Петрухи бабка точно ведьма была. В наших краях достаточно известная. Могла порчу снять, а заплатишь — и навести. И это как бы не сказки. Умела. Что-то наверняка передалось. Гены-хрены. По наследству подарила на долгую память. Если он не умеет, еще не значит, что не получится, когда прижмет.

— Маги, — хмыкнув, сказал Сашка. — Сквозь стены ходить можем, да не догадываемся. Тоже неприятно пахнет, а ну разберут на части, чтобы выяснить, чем это так отличаемся от нормального человека? А оно на клеточном уровне или в генах. Под микроскопом не обнаруживается.

— Вот и думать надо, чтобы польза от нашей деятельности перевесила. Для начала — вживаться.

— Ага, — согласился Сашка, — запросто. Вот зайдет с обычной проверкой участковый, которому дворник стукнул про неизвестных людей, и попросит документы. А у нас на полу куча огнестрела. То-то радости здешним ментам.

— Еще вопрос, существует ли в здешней как бы России участковые.

— Ну, околоточный. Кстати, вы что, про здешние порядки ни сном ни духом?

— А как ты себе это представляешь? — серьезно спросил Попов. — Ловить прохожих и выяснять у них структуру органов правопорядка? И что потом с «языком» делать?

— На ту сторону.

— А он не пролезет! И как бы искать начнут. Вот прикажут — тогда да. И никак иначе. Возврата для него не будет, а убивать мне как-то не хочется.

— Да хоть в ближайшую библиотеку сходить… М-да… Там тоже паспорт попросят.

— Начинаешь понимать. Это тебе как бы не шпионить на загнивающем Западе. Там хоть имеют представление, с чем придется дело иметь. Подготовка какая-никакая. Деньги как бы опять же на дорожку и документы. Пусть липовые, но на первый случай имеются. А у нас, — он махнул рукой. — Опытным путем установлено — груз не должен превышать собственного веса. Больше взял — не пропускает. Подопытный человек не в счет. Он вроде как сам по себе, но по первому разу лучше держать за руку.

Он подумал и хохотнул:

— Или за другое место. Главное, как бы контакт с голой кожей. И не всякий подходит. Курнатов головкой об стенку приложился. Вот и выходит — а что тащить? Жрачку с оружием — это как бы максимум. Продать и то нечего. Все это с конфиската, а золото с брильянтами из вещдоков и полковнику не так просто стибрить. Да и в комиссионке опять паспорт потребуют. Если они есть здесь, — после паузы добавил.

— Что-то должно иметься. Ломбарды, скупки. Деньги у них в ходу. И хоть совсем не похожи, но рубли, я у киоска хорошо рассмотрел. Стоп! Твой Петруха телевизор смотрит! По нему тоже кое-что понять вероятно.

— О! Это как бы песня! Во-первых, не от антенны, а от кабеля работает. Во-вторых, сто программ принимает. Не как у нас три — две центральных и местную. Новости, я же про Африку с Америкой не зря сказал, детективы… Имей в виду: при аресте есть право хранить молчание и вызвать своего адвоката. — Он рассмеялся. — Мелодрамы, спорт, про животных, детские передачи. На как бы любой вкус. Он как уселся — так исключительно в туалет отлучается. Даже ест у телевизора, на диване. Еще рекламу бесконечно гоняют. Покупайте то и это. Петруха и ее смотрит, разинув рот.

— А записать? Даже по фильмам и новостям можно многое понять.

— Пробовали. Как бы не стыкуются наши системы.

— Схема телевизора есть?

— Здесь вообще ни одной бумаги нет. Твой псих нам подарков решил не делать.

— Все равно смотреть надо. В Союзе импортные видики тоже надо переделывать. У нас стандарт телевидения SECAM, у них — PAL. Выходит в черно-белом цвете, а иногда и со звуком проблема. Одна дополнительная микросхема «сорок пять-десять» — и порядок.

— Я даже не буду делать вид, что понял. Ты у нас как бы специалист, вот и соображай. Получится — дадим начальству хоть что-то. Уже плюс. ЭВМ, именуемые компьютерами, в этом свихнутом мире имеются. Тебе и карты в руки.

— Ага, — скептически согласился Сашка. — На каком языке работают? Аналитик, Глагол? Майкрософт Ворд? Я пять лет учился для получения диплома — и все равно многого не знаю. Разобраться за два дня, пусть два месяца — чушь. Даже при условии доступа к книгам. Не надо ждать невозможного. Слушай, а вдруг это вообще не его квартира и в любой момент хозяева заявятся?

— Ключи подошли, выход единственный. Тем не менее я замок на всякий случай поменял. На наш, советский. Как бы не хочется обнаружить в один прекрасный день входящих в помещение чужаков.

— Идите сюда, — заорал Петруха из комнаты. — Скорее!

Они переглянулись и двинулись на вопль.

Обстановка в комнате была не менее убога. Все те же ободранные стены, продавленный диван, на котором сидел Мельников, и маленькая тумбочка. На ней громоздился телевизор раза в полтора больше Сашкиного по диагонали.

На экране вокруг непонятного здания сгрудилась куча раскрашенных на американский манер машин с надписями по-русски «Полиция» и мельтешили люди в элегантных белых форменных рубашках, неуловимо похожих на американскую одежду тамошней полиции из фильмов. Некоторые были и в кителях. Это уже, видимо, по здешней погоде. В руках они держали пистолеты, и лица были страшно серьезны.

На ступеньках стоял толстый тип в полувоенной одежде, в бронежилете, маске на лице — и, прикрываясь явным заложником, что-то орал. В руке он держал отдаленно смахивающий на АБМ автомат. Такой же магазин, и очертания знакомые. При этом глаз резала неправильность приклада и отсутствие пистолетной рукоятки. За спиной у мужика висела туго набитая спортивная сумка с непонятной надписью латинскими буквами. Толком не разобрать.

За кадром торопливой скороговоркой трещал назойливый диктор, по три раза объясняя одно и то же, прекрасно всем понятное. Сработала сигнализация, и, выполняя свой долг, патрульные машины прибыли в считанные минуты.

— Кино, что ли?

— Ограбление банка, — чуть не подпрыгивая от переполняющих его чувств, вскричал Петруха. — Прямой репортаж из Воронежа. Это прямо сейчас!

Дверь распахнулась от пинка изнутри, и на пороге появился еще один близнец по одежде, но более худой и высокий, с пулеметом наперевес. Этот тоже не обошелся без толстой сумки на ремне. Заодно жилет весь был усеян карманчиками, из которых торчали обоймы, и имел на боку внушительных размеров нож.

Запоздавший в переговоры вступать не стал и с ходу принялся поливать полицейских длинными очередями. Они моментально разбежались не хуже мышей от кошки, прячась за машины. Стекла звенели и сыпались под ударами пуль, машины оседали на пробитые шины. Дико закричал раненый.