Хранитель Мечей. Война мага. Том 4. Конец игры. Часть 1 - Ник Перумов

– А ничего, – пожал плечами чародей Угуса. – Немного вольностей, немного снижения податей, какой-нибудь пышный, но ничего не решающий Совет Благородных при императорском троне – и все довольны, все счастливы. Не сомневайся, за Браггу мстить не станут. У него хватало врагов и завистников, уж тут ты можешь мне поверить.

– Верю, – легко согласился проконсул. – В этом – верю сразу.

– А в чём же не веришь?!

– Да во всём верю, теперь – во всём, – отмахнулся Клавдий. – Просто… думаю, как сделать так, чтобы не пролилось ещё больше крови, то есть сверх совершенно необходимого.

– А я посоветую, как, – воодушевился жёлтый маг. – Как я уже сказал, мы немедля отправим гонцов к бывшим легионам Тарвуса, да будет покоен его вечный сон. – Твои силы, господин проконсул, останавливаются. Бароны не двинутся из Мельина, это Радуга тебе обещает твёрдо и нерушимо. Ты ждёшь бывшего правителя. Захватываешь его в плен – с нашей помощью, разумеется, и так, чтобы не видели простые легионеры. Для всех Император доблестно сгинет в бою с тварями Разлома. Тварей мы обеспечим, при помощи Нерга Радуга научилась на время приоткрывать им дорогу, – так что на проконсула Клавдия Септия Варрона не падёт даже и тень подозрения. Верховный правитель погиб, престолоблюститель Тарвус – тоже; что делать честному легионеру? Только одно – принять командование. Даже для последнего обозника это покажется совершенно естественным.

– Твоя правда, – Клавдий развёл руками, соглашаясь. – Согласен, маг.

– Тогда, – с ловкостью заправского фокусника волшебник извлёк из-под плаща плоский отполированный ящичек – в таких мельинские богатеи держали письменные приборы для дороги. – Тогда ты не станешь возражать, чтобы мы скрепили наш договор, по древнему обычаю, кровью?

– В уме ль ты, волшебник? – искренне удивился проконсул. – Кто ж в таком на свитке клянётся? Если ты мне веришь, так верь до конца. А не веришь – то чего пергаменты подсовываешь?

– Но я тоже подпишусь, – возразил чародей. – И перечислю наши обязательства: убить Тарвуса – с отметкой «выполнено» – вручить тебе императорские регалии, всеми силами помочь занятию трона… Всё, до последней детали! И свитков будет два. Один у тебя, другой у нас. Мы все окажемся связаны. Подумай, проконсул, ведь тебе это выгодно – ты один, своему слову хозяин, а Радуга, к сожалению, уже давно не единая воля и разум, как некогда, во времена великого Комнинуса Стразы. Это только к твоей же выгоде – Ордена не смогут уклониться от выполнения своих обязательств.

– Ты мою выгоду за меня не решай, господин волшебник. Чай, я и сам не вчера родился, – злобно рыкнул проконсул. – А ну, как ничего у вас не выйдет? И нынешний Император одержит верх? Кем я тогда окажусь? И что он прикажет со мной сделать, а, сударь мой из Угуса?! Ваши-то, может, и затеряются, да и кто вообще знает имена магов? А вот мне не скрыться. Серые мигом переметнутся к победителю, и меня доставят пред светлые очи правителя, подвешенным на крюк под ребром! Для начала, разумеется, что меня ожидает потом – лучше и не думать.

– Он не возьмёт верх! – в свою очередь ощерился чародей. – Его последняя надежда рухнула, войско возвращается обратно в Мельин, а Разлом как был, так и остался. Только мы, маги, ещё сдерживаем козлоногих. И иного пути к победе, кроме мною названного, я не вижу. Ты верно служил двум Императорам, Клавдий, нынешний – уже третий. Сколько ты в легионах, тридцать два года, верно? Вступил четырнадцатилетним, сейчас в расцвете сил. Найдётся множество красавиц, жаждущих и разделить с тобой ложе, и подарить тебе потомка, а Империи – наследника престола. Всё будет хорошо, господин проконсул… или мне стоит именовать тебя просто повелителем? – тонко усмехнулся волшебник.

– Повелитель вполне меня удовлетворит, – сдержанно кивнул Клавдий. – И… ещё одно. В прежние времена, болтали, чародейка Сежес могла читать чужие мысли. Прежний правитель Мельина очень этого боялся. А как сейчас? Что, если она только на меня взглянет – и пожалуйте, господин бывший проконсул, на плаху. Об этом ты подумал, сударь волшебник?

– Разумеется, – с готовностью кивнул тот. – Сежес из Голубого Лива действительно принадлежала к тем немногим, кто умеет читать в людских помыслах. Но не беспокойся, повелитель Клавдий. Чтобы Сежес смогла прозревать императорский разум, ей требовалась поддержка всех семи Орденов. Без специальной подготовки, без участия остального Семицветья она бессильна. Тебе не о чем беспокоиться.

– Иными словами, она могла читать только Императора?

– Не только, – помедлив, не слишком охотно ответил чародей. – Но не просто так, не как в раскрытой книге. Готов ручаться чем угодно.

– Тебе-то что, ты поручишься – не тебя ж на правёж потащат, – проворчал Клавдий. – Ладно, твоя взяла, маг. Давай сюда свиток. Только ты подпишешь первым, договорились?

– Договорились, – поспешно кивнул маг, глаза его горели торжеством. Пальцы слегка тряслись, когда он почти что выхватил у проконсула свиток и, кольнув себя в палец, оставил размашистую подпись.

– Погоди, – остановил он потянувшегося было Клавдия. – Сейчас ещё приложу особую печать Капитулата. Чтобы, как говорят в народе, комар носа не подточил.

Проконсул лишь пожал плечами, внешне равнодушно выводя необычными чернилами своё имя и вдавливая в мягкий неостывший сургуч личный перстень-печатку.

– Дело сделано, мне остаётся лишь смиренно испросить у повелителя дозволения откланяться, – маг и в самом деле согнулся очень низко, едва ли не подобострастно.

– Дозволяю, – сдержанно кивнул проконсул. – Надеюсь скоро преподнести Радуге ответный подарок. Проконсул Клавдий Септий Варрон не любит оставаться в долгу. Ну, а твоим собратьям, чародей, желаю выполнить всё остальное, под чем они подписались.

– Не извольте сомневаться, повелитель, – вновь пропел маг, запахиваясь в жёлтый плащ и пятясь.

– Не изволю, – Клавдий небрежно отвернулся, давая понять, что аудиенция закончена. – Настоятельно советую тебе как можно скорее вернуться в Мельин. Не стоит раньше времени вызывать подозрения у моих легионеров, и потому также советую, чтобы твои спутники не замедлили отправиться следом за тобой.

– Разумное пожелание повелителя, вполне разумное, – как заведённый, кивал волшебник. – Но, как ты понимаешь, мы уделим самое пристальное внимание… грядущим событиям, назовём это так. Наши собратья не покажутся на глаза легионерам, но постоянно будут рядом. Радуга не может рисковать.

– Этого ты мне можешь и не объяснять, чародей. Я и так знаю, что без ваших соглядатаев не обойдётся. Валяй, посылай сколько хочешь. Мне всё равно. Что обещал, я сделаю, а вы, если хотите смотреть – так смотрите.

– Весьма возрадован осознанием повелителя, – без конца кланялся маг. – Всё, что повелитель скажет вслух или напишет на пергаменте, тотчас станет известно моим сотоварищам. Поэтому обратной дороги у нас нет – ни у кого.

– А смотреть, как я до ветру хожу, тоже станете?

Чародей осклабился.