Вор и убийца - Сергей Куц

Беспечность стражников Укила поражала. Они, и их хозяин не боятся ни людей, ни Запустения, а до него рукой подать. Я пожал плечами и двинулся дальше. Сделал шаг и замер… Кровь и песок!

Она здесь! Тень рядом! На мне чужой взор! Таращась во тьму, я медленно поворачивался, пытаясь услышать или увидеть хоть что-нибудь, что указало бы на тень. Но тщетно.

– Когда ж ты отвалишь от меня, – сорвалось с уст. Вспыхнула злость и почти сразу досада. Или скорей даже намек на безнадегу. Пока еще чахлую, но она уже вцепилась в меня. Я лично пронзил шпагой её грудь; по клинку, что в ножнах на моем поясе, текла её горячая кровь. Я видел, как предали тень земле, вогнав под сердце кол и отрубив голову. И она снова здесь! Смерть её не брала, у меня же жизнь одна.

Я забубнил под нос. Отборная палубная брань принесла облегчение, разброд в мыслях ушел. Двигаюсь дальше к особняку Уила Укила. Тень здесь, но её присутствие не может отменить мой визит к сундукам промышленника. Золото нужно как воздух, да и возвращение в конюшню от тени не убережет.

Процедив проклятье в адрес дьявольского отродья, обнажив шпагу и кинжал, я продолжил скользить вдоль спящих срубов. В схватке с тенью буду как мышь против кошки, и лучше бы сжимать в ладонях по взведенному пистолю: пуля всяко быстрей любой нечисти. Но выстрелы поставят крест на планах позаимствовать у мастера Укила… Проклятый пепел! Кажется, она приблизилась!

Я облизнул пересохшие губы и оглянулся. Ни души! Магия Харуза не видит и не слышит её. Только я-то знаю, что тень крадется за мной! Я снова один против неё, но нужно идти вперед, за золотом. Без него дороги из поместья Укила нет.

Тьма, верная союзница вора, привела к башне у внутренней стены. Сверху раздавались приглушенные голоса: там тоже играли в кости. Я застыл, в очередной раз вслушиваясь в тишину, но тень по-прежнему не давала обнаружить себя. Только теперь она совсем близко.

Стены в углах башни соединялись уложенными внахлест бревнами и выпирали от перекрестия более чем на фут. Что твоя лестница! Вогнав клинки в ножны, я начал подъем. Я лез наверх по единственной башне внутреннего укрепления поместья, которая бодрствовала. Однако тень уже за спиной, и нет времени, чтобы пробраться к другой. К тому же быть замеченным стражей я не боялся. В черном плаще, черной шляпе, и слившись с тьмой магией воровского бога, я был не различим на фоне темной стены.

Перемахнув на господскую половину поместья, затаился у большого раскидистого дуба. Особняк Укила окружал ухоженный парк. В зимнюю ночную пору голые ветки деревьев вызывали мрачные ассоциации. Но днем тут, верно, и в декабре недурственно: мощенные ровные дорожки, остриженные в разнообразные затейные фигуры кустарники. И тишина, в которой слышен каждый шорох. Я оглянулся. Шпага и кинжал снова наготове.

Что именно насторожило, понял не сразу. Тени рядом нет! Я больше не чувствовал её! По виску сбежала струйка пота. Не исчезла ли она, чтобы спустя миг вынырнуть из ниоткуда и вонзить в меня свои кинжалы? Или, выкарабкавшись из могилы, у неё теперь есть что-то более смертоносное?

Я крутил головой, прислонившись спиной к коре старого дуба. Сердце бешено колотилось, дыхание сбилось. Я едва не запаниковал, но умиротворенный парк так и остался непотревоженным. Словно бы и нет больше тени.

– Черт с тобой, – прошипел я, уняв нарушенное дыхание.

В сотне шагов спал особняк Укила. Большое трехэтажное каменное здание с вычурной лепниной и тринадцатью шпилями, прознающими небо. Вместо ставен все окна защищены изогнутыми металлическими решетками. Подобной витиеватой архитектурой не удивишь в южных столицах, но для Загорья особняк смотрелся чужеродно. От него веяло чем-то неестественным. Когда рассматривал дом, вдруг почувствовал настойчивое желание убраться прочь. Что за нерешительность! Ругнувшись, я сплюнул и направился к малоприметной двери в правом крыле.

Невысокая дверь скорей всего отводилась слугам, а, значит, по обыкновению больших домов никогда не запиралась. Я ошибся. Все-таки близость Запустения не могла не наложить свой отпечаток на местный быт. Дверь заперли, однако внутренний замок оказался столь же примитивен, что и навесной у конюшни. Магия легко вскрыла его, я даже не доставал приготовленные загодя булавки и нож.

Ступив на порог особняка, долго вслушивался в тишину, что оставил снаружи. Тени нет, но, думая об исчезновении нечисти, я нервничал все сильней. Лучше закрыть дверь за замок.

Длинный прямой коридор уходил в темноту темным жерлом, в конце которого одиноко горел светильник из одной свечи. Я продвигался вперед больше наощупь, почти не видя перед собой ничего. Магическое зрение помогает мало, когда нет хотя бы лунного света. В полной темноте, например, в подвале, вовсе ничего не углядишь.

По обе стороны от меня часто попадались двери с полукруглым верхом. Из-за некоторых слышался храп; то были комнаты прислуги. Я надеялся, что терзавший меня страх уймется рядом с живыми людьми. Но нет, и глупо сие. Что они против воскресшей из могилы тени? Однако подсознательно хватался за эту мысль. Я боялся встречи с тенью, но не меньше тревожило и её исчезновение. Хотя еще вчера полагал, что привык к присутствию тени, ведь каждую ночь та появлялась у стоянок нашего отряда… Дурак.

Я почти ничего не различал в длинном коридоре, и каждый шорох сулил её появление. В горле стал сухой ком, очень хотелось пить. В доме Укила мне было очень не по себе. В полной темноте ощущал себя каким-то беспомощным.

Но, наконец, я добрался до свечи. Тут коридор заканчивался и поднимался лестницей на второй этаж. К господским покоям. Переведя дух, я, наверно в сотый раз за сегодняшнюю ночь вслушался в тишину: наверху тоже ни звука. Странный дом, очень странный. Почти не освещенный спящий особняк, хотя вряд ли сейчас сильно за полночь. Я много раз видел богатые дома и дворцы и не припомню, чтобы даже глубокой ночью спали абсолютно все их обитатели. На той же кухне обязательно должен кто-то возиться. Черт знает, где здесь кухня, но копошения прислуги тоже не слыхать. Только храп за дверьми.

Необычный порядок заведен в доме Укила, да шут с ним, пускай правит челядью как пожелает Мне нужно лишь его золото. Перехватив поудобней шпагу, я ступил на лестницу, которая вывела в большой зал с богатой мебелью и высокими окнами. Рядом с ними как будто дышалось легче.

Скоро я миновал третью роскошную комнату словно бы вымершего особняка и снова вышел в коридор. Его правая стена разрезалась еще большими окнами, чем в предыдущих залах. Где же кабинет промышленника?

Опустив взор, чтобы поправить ременную перевязь на груди, на коей висели два из четырех моих пистоля, услышал впереди звук шагов. Я резко вскинув голову. По коже волной пробежали мурашки. В полусотне шагов в конце коридора кто-то стоял. Кто-то, кого я не успел разглядеть. Я моргнул, и коридор снова стал пустым.

– Что за…

Пальцы с силой сжали эфес шпаги. Что это было? Точно не тень, её присутствие я бы не спутал ни с кем иным. Но что или кто тогда? Или мне уже мерещится несуществующее? Я поспешил туда, где, как показалось, заметил темную фигуру, и не нашел ничего, чтобы помогло бы ответить, привиделась ли та или нет.