Легенды доблестных времен - Валентин Леженда

Из-за горизонта только-только выглянуло холодное лапландское солнышко, а благородные рыцари, так и не дождавшись самурая, уже засобирались в путь, грузя на найденную в родовом поместье Вяминенов телегу по-прежнему пьяного вдрызг сэра Вальтасара.

Сэр Вальтасар, решительно не желающий трезветь, возомнил себя великим певцом, и когда друзья с немалыми усилиями запихивали его в телегу, благородный пропойца басом выдал:

– О ты… прекрасная охотница Диана… я так влюблён, я так влюблён… налей же чашу мне вина ты, чьё тело без малейшего изъяна, и мы опустошим её до дна вдвоём!

– Что я слышу?!! – оживился Туоми. – Английский любовный фольклор! Пожалуй, я запишу слова.

– Не стоит утруждать себя, дружище! – улыбнулся сэр Бонифаций. – Это не фольклор, это пьяный бред.

И действительно, спустя пару куплетов «прекрасная охотница Диана» превратилась в «рогатого Бахуса», наотрез отказывающегося распивать с героем песни бочонок чудесного эля.

– Проклятый рогатый уро-о-о-о-дец!!! – демонстрируя неплохие вокальные данные, трагично пел сэр Вальтасар. – Убирайся в свой вонючий колодец, что Тартаром зовётся, и тот, кто туда попадает, уже никогда не вернётся.

– Какое неожиданное начало такого мрачного дня! – радостно заявил Йорик, торжественно вынесенный из замка сэром Гэвином. – Господа, по-моему, я слегка простудился, проведя ночь в этом старом фамильном склепе.

– Но, сэр!!! – возмущённо воскликнул Туоми. – Сырость и сквозняки – неотъемлемая часть любого древнего замка. Не так ли, друзья?

– Ну конечно! – тут же подхватил сэр Гэвин. – Будущие защитники всех обездоленных прямо с колыбели закаляются словно древние спартанцы.

– Весьма неудачное сравнение! – гнусно захихикало волшебное существо. – Потому что некоторые спартанцы были… ну, вы и сами знаете, чем они занимались в отсутствие женщин.

– Ну, это уже перебор! – побагровел не на шутку рассвирепевший сэр Бонифаций. – Сейчас я наконец прикончу тебя, зловредное отродье!

С большим трудом благородным рыцарям удалось удержать сэра Бонифация от стремительной и наверняка фатальной расправы над Йориком. Гомункулус, кажется, и сам понял, что на этот раз хватил лишку, поспешно затаившись и не издав даже самого маленького смешка.

Как раз в этот самый момент во двор замка влетел на облаке непонятно где пропадавший Комуто.

Самурай был немало удивлён дерущим благородную глотку сэром Вальтасаром и изрыгающим страшные проклятия в адрес Йорика сэром Бонифацием. В суматохе рыцари не сразу заметили самурая, а когда заметили, то страшно обрадовались, ибо отправляться за волшебным персиком без Комуто было как-то не совсем прилично.

– Друзья, вы и представить себе не можете, что со мною произошло! – так ответил на всевозможные расспросы по поводу своего временного отсутствия самурай. – Путешествуя по небу, я совершенно случайно наткнулся на странный дворец, сотканный из туч и облаков. Любопытство взяло верх, и, открыв чудесные украшенные капельками росы двери, я встретил очень необычную женщину, в честь которой тут же сложил лирическое хокку. Незнакомка была необычайно тронута, предложив мне тут же принять «восторги Облаков и Дождя». Конечно, я был несколько обескуражен таким откровенным предложением, но как можно отказать такой женщине. О, если бы вы видели её лицо, оно… неземное… да, именно так я тогда и подумал. В общем, это произошло!

– Что произошло? – Сэр Вальтасар, подозрительно быстро протрезвев, проворно выбрался из неудобной телеги. – Рассказывай, дружище, до конца, раз начал!

Комуто смущённо потупил взор:

– Между нами случился акт слияния Неба и Земли!

– Это как? – по-прежнему не понимал сэр Вальтасар. – Это по-каковски?!!

– Наш друг предавался необузданной любви на облаках! – выручая покрасневшего до кончиков ушей самурая, пояснил быстро соображающий когда надо сэр Нэвил. – О, как романтично!

– Так вы изменили своей невесте? – обрадовался сэр Бонифаций, сильно рассчитывая, что после подобной неожиданности опасный поход за волшебным персиком отменяется.