Сны инкуба - Лорел Гамильтон

На Пристани парковаться практически негде. Улочки узкие, ипочти все — с булыжной мостовой. Туристов, конечно, привлекает, но изначальноулицы предназначались для лошадей, а не автомобилей, и это сказывается. Возле«Запретного плода» нет парковки для сотрудников, потому что нет места. Пришлосьпарковать джип за квартал и идти пешком. Я не успела слишком приблизиться ккроваво-красной неоновой вывеске, как Натэниел взял меня за руку и повёл впереулок, о существовании которого я даже не подозревала. Нет, я знала, чтоэтот переулок есть, я только не знала, куда он ведёт. Мне как-то не пришло вголову, что должен быть служебный вход для артистов, как в «Цирке проклятых».

Переулок — он переулок и есть, узкий, кривой, не такойчистый, как хотелось бы, плоховато освещённый и неприятный для моейклаустрофобии. Не катастрофично, просто напоминает, что переулок, где я могукоснуться обеих стен сразу, слишком узок, чтобы быть для меня уютным.

Я собиралась только забросить Натэниела в клуб и поехать навстречу с первым клиентом, но звонок по сотовому сильно облегчил мой график.Оказывается, встреча со вторым клиентом, который стал первым, отменяется. Пословам Мэри, адвокат пояснил, что у него неожиданно возникла необходимостьзаняться делами другого клиента. Перевод: надо кого-то выручать из кутузки подзалог. Не обязательно так, но почти наверняка. Я за годы насобачиласьпереводить слова адвокатов, хотя сама на адвокатском жаргоне не говорю. Жаргонпридуман, чтобы посторонние не понимали, и с этой работой он справляется.

Итак, первый клиент в этот вечер у меня оказался в девятьчасов, и освободилось время проводить Натэниела в клуб и поговорить сЖан-Клодом. Бог свидетель, тем для разговора достаточно.

Вот так и получилось, что я шла по переулку, следуя заширокими плечами Натэниела — они чуть не задевали за стены. Дольф, наверное,здесь бы вообще не прошёл.

Натэниел замедлил шаг. Я не видела, что там перед ним, но поего позе поняла, что как-то там не так. Женские голоса, заведённые, высокие,вопили:

— Брэндон! Брэндон!

Он махнул им рукой и повернулся. Я увидела группу женщин наступенях, ведущих к двери, над которой висела яркая лампа.

Я подалась к Натэниелу и почти шепнула:

— Почему мне кажется, что Брэндон — это ты? Иполагается ли им здесь быть?

Он шепнул в ответ, улыбаясь и маша рукой женщинам, которыестали спускаться по ступеням, будто колеблясь, идти ли ему навстречу.

— Мой сценический псевдоним. Нет, не полагается. Охранане должна сюда никого пускать.

Он направился им навстречу. Я поймала его за руку:

— Не лучше ли вернуться?

— Наверняка им нужен автограф или меня потрогать. Вседолжно быть нормально.

— Должно быть, — сказала я.

Он потрепал меня по руке:

— Скажи я тебе, что они не психованные тётки, я бысоврал. Но вряд ли они замышляют плохое.

— Я бы все-таки вернулась.

— Нет, — достаточно твёрдо сказал он. — Этомои фанатки, Анита, и это моя работа. Я буду улыбаться и с ними разговаривать,а ты можешь притвориться моим телохранителем, или менеджером или кем ещё, ноплохо для бизнеса, если ты будешь моей подружкой. Это разрушает иллюзию.

— Иллюзию?

Он улыбнулся:

— Что я могу им достаться.

Я заморгала — так бывает, когда получаешь больше информации,чем хотелось, и не знаешь, что с ней делать.

— Ладно, — сказала я. — Я буду охранником.

С этим я справлюсь. Я знаю, как это делается.

Он пропустил меня вперёд — где я и шла бы, будь ятелохранителем. Он не пытался спорить, поскольку мог махать и переговариватьсячерез мою голову. Я старалась сохранить лицо непроницаемое и без раздражения.Кажется, не удалось.

Их было четверо: две блондинки, шатенка и ещё одна сволосами такими же чёрными, как у меня. Хотя её цвет был явно из флакона —слишком ровный, весь-весь чёрный, без оттенков. Чёрным волосам не полагаетсявыглядеть так, будто ты вылила на себя бутылку чернил. Ну, может, я опятьпридираюсь.

Натэниел, он же Брэндон, болтал с этими тётками совершеннопрофессионально. Две блондинки были здесь постоянными посетительницами, давноперешли на «ты».

— Нам по электронке сообщили, что сегодня тывыступаешь, мы так сразу и вскинулись! — щебетала одна из них, все времятрогая Натэниела за руку. Они привели подругу, ту черноволосую. Она новенькая,но видела его портреты на веб-сайте клуба. А я и не знала, что у «Запретногоплода» есть свой сайт. Впрочем, у меня нет компьютера, так какая мне разница?