Парящая для дракона - Марина Эльденберт

Утром я поняла, что мне очень не хватает Гринни. Когда никто не лезет на подушку, полосуя коготками твое любимое постельное белье, не тычется горячим носом в лицо и не фыркает, выпрашивая еду, пробуждение уже не то. Мне дико не хватало этой пушистой морды, которую, к слову, мне тоже подарил Торн, и которая стала для меня родной. Все, решено! Сегодняшний вечер я провожу с Гринни и Верражем. Будем с Торном их развлекать на пару.

Сладко потянувшись я повернулась на спину, рассматривая кольцо. Кто бы мог подумать, что я вообще соглашусь его надеть, и кто бы мог подумать, что Торн окажется таким…

В дверь постучали. Тихонечко.

— Лали? — Ко мне заглянула Сильви. — Не спишь! Можно?

— Заходи!

Сильви в смешной пижамке с дракончиками поспешно вбежала ко мне в комнату и прикрыла за собой дверь.

— Залезай — Я подвинулась и откинула одеяло. — А то я тут проветривала…

— Да ты вообще перестала мерзнуть, как я погляжу. — Сестра покосилась на приоткрытое окно и запрыгнула ко мне на кровать, заворачиваясь в одеяло.

Это напомнило мне старые добрые времена, когда мы тайком от отца и Ингрид засыпали вместе (когда кто-то из нас чего-то боялся). Чаще всего это была Сильви, но однажды я сильно заболела, у меня была высокая температура и сестре строго-настрого запрещалась ко мне приближаться. Ночью, когда все заснули, а я ворочалась, пытаясь справиться с желанием вылезти из-под одеяла и постучать к отцу (так плохо и страшно мне не было ни разу в жизни), в мою комнату прибежала Сильви.

— Я останусь с тобой, — серьезно заявила она, и залезла ко мне, обнимая руками и ногами.

Как я ни пыталась ее отправить к себе, сестра отказывалась уходить. Мы заболтались и сами не заметили, как заснули вместе. Утром Ингрид устроила такое, что мы с Силь думали, нам конец. Но появился отец и сказал ей, чтобы она замолчала. После чего разрешил нам с Сильви играть вместе, и, как ни странно, поправилась я гораздо быстрее, чем в вынужденном одиночестве.

— Как у тебя дела? — спрашиваю я, потому что Сильви молчит.

— Скучаю.

Понятное дело. Все подруги в Хайрмарге, из развлечений — только соцсети и прогулки по свежему воздуху в резиденции Торна.

— Попроси Ингрид чтобы разрешила тебе остаться в городе.

— А она разрешит? — фыркает сестра. — Вообще-то я скучаю не по городу, а по тебе. Мы теперь вообще не будем общаться, Лал?

— С чего ты взяла?!

— Мама говорит, что теперь тебе не до нас.

У твоей мамы вообще специфическое мировосприятие.

— Это не так, — говорю я. — И я тоже по тебе скучала. Мне невыносимо, когда мы вот так — не то чтобы в ссоре, но общаемся через раз.

— Знаю. — Сильви опустила глаза и закусила губу. — Но мама говорит, что ты… в общем, она злится на тебя за то, что ты ей тогда сказала и ждет, пока ты извинишься.

Не дождется.

— До этого я не должна с тобой общаться, потому что иначе я предаю ее. То есть она так считает.

Я приподнимаю брови.

— А ты сама как считаешь?

— Я не знаю. Я не люблю, когда вы ссоритесь.

— Я тоже не люблю. Но ездить на себе не позволю никому, Силь. И к слову, мое общение с тобой ни коим образом не умаляет твоей любви к Ингрид. Просто у нас с ней временные трудности.

— Временные? — Сестра улыбается, а потом отнимает у меня одну из подушек и устраивается поудобнее. — Ладно, расскажи лучше про это.

Взгляд ее однозначно упирается в кольцо.

— Ни за что не поверю, что ты еще ничего не читала об этом в сети.

— Ой, да читала, конечно. В Ферверне теперь только две новости: покушение на отца, а еще твое грандиозное согласие, когда Торн сделал тебе предложение. «Теперь мы знаем имя будущей ферны Ландерстерг», — процитировала она. — Но я не об этом. Расскажи, как это…