Страж зверя - Мира Вольная

— Так да или нет?

— Не знаю, — он нахмурился, потер переносицу, поморгал. — Не уверен. Возможно.

И снова тишина. А я жду, пока до него дойдет. Не может не дойти, он уже столько отчетов пересмотрел.

Вдох, и Кристоф вскакивает на ноги, дергает за дверную ручку.

— Кадарха ко мне и Селия. Быстро! — тихо прикрыв дверь, нарочито медленно вернулся на место.

Советник и пока еще занимающий должность градоправителя вампир с явной опаской просочились в кабинет. Чтобы тут же застыть под испытующим взглядом Кристофа.

— Мой князь, — склонился в три погибели Кадарх.

— Мой князь, — в точности скопировал жест и подобострастную интонацию Селий.

— Присаживайтесь, господа, — слегка раздраженно, чуть нетерпеливо махнул мужчина рукой. — Как ваше самочувствие?

Оба вампира ошарашено уставились на своего князя. Я фыркнула. Ну да, ходить вокруг да около Кристоф не любил.

— П-простите? — переспросил Селий.

— Прощаю, — милостиво махнуло его темнейшество рукой, явно издеваясь. Но с чувством юмора у этих двоих было так же хреново, как и с мозгами. — В сон вас не клонит? Нет чувства, что вот-вот рухнете и заснете на месте?

Мужчины удивленно переглянулись и очень медленно, очень осторожно кивнули. Мы явно так далеко не уйдем.

— Селий, Кадарх, а теперь очень внимательно, — вклинилась я. — Давно это с вами? Когда началось?

Оба перевели взгляд на меня и заметно расслабились.

Кадиз, почему они так боятся князя?

— Не могу сказать точно, — первым начал градоправитель. — Кажется, что всегда так было. Наверное, просто привык уже.

— И до Ненна? — выгнул бровь Кристоф.

Кадарх на вдох застыл, лишь глаза перебегали с одного предмета на другой. Вампир пытался вспомнить.

— Н-нет. Точно нет. А как только сюда приехал, так и началось.

— Сразу? — не знаю почему, но по позвоночнику вдруг пробежала судорога. Холодная, неприятная, колючая.

— Практически. Просто как-то незаметно, постепенно, — градоправитель говорил медленно и отстраненно, все еще стараясь, очень стараясь вспомнить.

— Он прав, — вклинился Селий. — Меня когда сюда направили, первые несколько дней нормально вроде все было. Просто ложился чуть раньше и вставал чуть позже, чем привык. Списал на усталость от дороги. Но… Где-то через суман такое состояние… когда думать не получается, из рук все валится, на выполнение самых простых дел уходит больше времени, да и само время… словно растягивается, расширяется, — он тряхнул головой.

Князь начал перебирать пальцами воздух.

— А твое сопровождение? Дознаватели?

— Да. То же самое. По утрам хуже всего.

Кадарх кивнул, подтверждая его слова.

— Еще что-то?

— Крови теперь нужно больше, чем обычно.

— Кадарх?

— Да, мой князь. Все верно.

— Ясно. Свободны.

Вампиры поклонились и с явным облегчением покинули комнату.

— Идеи? Мысли? Предположения? — сверля взглядом закрытую дверь, поинтересовался Кристоф.

— Ничего.

— Лист? — он вдруг развернулся, подался ко мне всем телом. — А сам ты как понял? — и очень нехорошо сощурился.

— Вы меня в чем-то подозреваете?

— Нет, — тряхнул мужчина головой, словно сбрасывая это выражение лица. Тьма зашевелилась, заволновалась внутри меня. — Пытаюсь понять. Я не чувствую того, что испытывают Селий и Кадарх. Тивор, кстати, тоже в порядке. А ты?

— Я? — я задумалась на несколько вдохов. — Нет. И у меня не настолько все печально… Но… До вашей тьмы и жажды на меня не действовала магия, Тивор — оборотень. Может, на него это вообще никак не влияет. К тому же мы здесь не так долго, как Кадарх и Селий. А вы… Вы сильнее любого известного мне вампира, ваша тьма, ваша жажда…

— Она и твоя тоже, — что-то мелькнуло на самой глубине его глаз, и от этого взгляда захотелось спрятаться.

— Верно. Но все-таки я ощущаю это непонятное влияние, а вы, судя по всему, нет.

— Не так, как остальные, — почти прошептал мужчина, снова начав перебирать пальцами воздух. — Вампиры, поднятые из шахты… С ними хуже всего.

— Да. Их показания… Судя по ним, им вообще ни до чего нет дела, даже до жажды. Но они практически все со знаком мора…

— Нужно спуститься в шахты.

Собственно, логично, но идея мне не понравилась.

— С дознавателями и охраной?

— Да. Хотя бы вампиров пять. Из тех, кто прибыл вчера.

— Не очень разумно. Правда, соваться в шахты вообще без сопровождения еще менее разумно.

— Выхода нет. Можно попробовать найти среди дознавателей не вампиров…

— Только это займет время, а ждать, судя по всему, вы не собираетесь, — сощурилась я, ища подтверждение своим словам.

— А неплохо ты меня изучил, да? — Кристоф улыбнулся, и что-то дернулось, рванулось ему на встречу у меня внутри, кровь обожгла тело, меньше чем за вдох превратившись в лаву.

Стиснуть зубы покрепче.

Ладар.

— Вы не оставили мне выхода.

— Кто ты, Лист? — ошарашил меня вампир очередным вопросом, сцепив руки в замок, положив на них подбородок.

— Вы знаете.

К чему опять эти непонятные разговоры? Куда он лезет?

— Я так не считаю, — медленно покачал князь головой. — Ты проводишь рядом со мной так много времени, а я все равно не могу понять тебя. Ты дерзишь и язвишь, не испытываешь страха, не раболепствуешь, ты не зацикливаешься и не боишься дать отпор, ты любишь свою смеллу…

— К чему вы клоните?

— …ты смелый, иногда до безрассудства, сильный, но… Мне постоянно кажется, что это все лишь на поверхности, что в твоей голове другие мысли, что у тебя на сердце другие чувства. Ты что-то прячешь и скрываешь, а я не могу понять что. И знаешь, это сводит меня с ума. Я не могу разгадать собственного стража!

— Оставьте мои чувства и мои мысли мне, — пробормотала, едва сумев разлепить непослушные губы. Хотелось зажать уши руками, заорать, чтобы он прекратил. Будто издевается, наматывая на кулак мои жилы, как я сворачивала его тьму. Я очень старалась, чтобы улыбка казалась естественной, и, судя по тому, как нахмурился вампир, у меня получилось. — Там нет ничего интересного. Все так же, как и у всех.

— Зачем ты прячешься от меня? — склонил голову набок Кристоф. — Не доверяешь?

— Не в этом дело, — пожала плечами. — Хотите начистоту?

Князь кивнул.

— С вами сложно. С вами невероятно тяжело. А я привык к свободной жизни, отвык от правил и необходимости кому-то подчиняться. Через пять лет я планирую уйти.