Всем, кому должна - прощаю - Настя Любимка

Но что мне делать дальше? Я подползла к мужу. На рану капать или поить?

Мои сомнения разрешил сам Макс.

Нет, он не очнулся, а вот его инстинкты — да.

Сама не знаю, как не заверещала, поняв, что меня схватили за раненую руку. И Макс поднес ее к своему рту. Все же архивампир — это страшно. Как ни крути. Он ведь без сознания, а инстинкт выживания — ого-го какой!

Я чувствовала себя двояко. С одной стороны, мне было неприятно, словно пиявка присосалась, с другой — надо. Ведь я же хочу, чтобы рана затянулась и чтобы Макс ожил? Хочу!

А еще очень хочу, чтобы он Горгоне и Дариону по кумполу надавал! И последнее явно хочу больше всего. Вот ведь сволочи!

Я едва уловила момент, когда Макс не просто присосался к ладони, а прокусил запястье. Только охнула, вдруг сообразив, что меня самым наглым образом уложили на камни. И теперь это Макс надо мной навис. Вот только разума в открытых глазах не было. Там плескалась тьма.

— Макс? — неуверенно протянула я. — Перестань!

Вообще-то мне было больно, неудобно и страшно, если быть честной до конца.

Куда там! Ни руку вырвать не смогла, ни дозваться мужа.

— Хватит! — рявкнула из последних и попыталась ударить вампира.

Не вышло, вторую руку молниеносно перехватили и так зажали, что у меня слезы из глаз брызнули.

Вот ведь козел! Я его тут спасаю, а он меня сожрать удумал!

— Макс! Да очнись же ты! — прошептала, глядя как тот, оторвавшись от моего запястья, наметил новую цель — мою шею. — Не смей, слышишь?!

Перед глазами плясали черные мушки. Кажется, организму хватило потрясений. Вот мне только отключиться до полного счастья не хватало!

Кто б меня спрашивал!

— На… Надин?! — прежде чем окончательно потерять сознание, услышала голос Макса.

Но я уже не могла ему ответить. Еще бы, я вновь оказалась на аудиенции богини! Кто ж меня так просто отпустит.

— Макс же меня съест! — выпалила я, глядя на фигуру, застывшую напротив. Конечно, я ее узнала. — Богиня…

— Он уже очнулся. И сейчас делает все, чтобы привести тебя в чувство. — Отмахнулась могущественная интриганка. — А нам надо поговорить, другого шанса не будет.

Я удивилась, но решила промолчать. Кто ж богине запретит в любое время выдернуть меня или мою душу, чтобы пообщаться?

— Другие боги, — хмыкнула она, легко прочитав мои мысли. — Мы втроём создали этот мир. И все трое несем за него ответственность, но некоторым не нравится, что лидирующие позиции занимает раса вампиров.

— Раса, которой вы покровительствуете. — Что-то такое рассказывал Макс, я помнила.

— Верно. Я могу вмешаться напрямую лишь в четко обозначенных рамках нашего пантеона. Мы готовы уступать друг другу, но если один бог нарушает равновесие мира, остальные компенсируют его, одаривая избранных. Сейчас такой момент, когда я могу использовать свою силу напрямую.

— Кто-то переиграл вас на вашем поле?

Тьма сгустилась. Я попала в точку, но прямого ответа не услышала.

— Я заинтересовалась наглецами, решившими разом уничтожить архивампиров. — Богиня замолчала, тьма немного рассеялась, вновь открывая мне ее фигуру. Продолжать эту тему она не намеревалась. Решила открыть иные карты: — Дарион просчитался, я смогла пробиться сквозь завесу, обеспеченную магией Бога Света, и успела вмешаться до того, как ритуал, проведенный Максимилианом, вместо того, чтобы ввести в стазис, убил бы тебя. И соответственно князя. — Шокировав меня этим заявлением, богиня Тьмы и не думала останавливаться: — Он прекрасно знал, что затея Максимиллиана выдать тебя замуж за другого мужчину — провальная, так как инстинкты бы не позволили ему молча смотреть на то, как тебя касается другой мужчина. Следовательно, ваш брак бы свершился. А Дарион к полноценной атаке готов не был. Смесь, что была в вине, настаивается не одно десятилетие, да и ингредиенты редкие.

— А снова дать яд Самире не вышло бы? — мне было проще говорить о себе прошлой, как о другом человеке.

И богиня это не только поняла, но и приняла:

— Став княгиней, Самира ни за что бы не стала себя травить. Власть, Надин, ей она кружила голову.

— Понятно.

— Свой ход сделал один бог, тем самым немного развязав руки мне. А потому я воспользовалась лазейкой, постепенно меняя твое тело. Но для того, чтобы Богиня Равновесия расценила мое вмешательство как правомерное, пришлось выполнить условие — отправить тебя на перерождения и не давать покоя твоей душе.

— Награду может получить лишь тот, кто страдал?

— Заслуженную, Надин, и немалую. Я не просто так заблокировала вашу связь с князем, в противном случае у него бы не возникло фавориток, а чтобы заговорщики расслабились, решив, что новой пары у Максимиллиана не появится. Все эти годы, что твое тело находилось в башне, я вливала в него тьму, капля по капле, давая ей не просто усвоиться, но и в нужный момент активироваться.

— Активироваться? — переспросила. — Так это все-таки я перенесла нас из подвала в пещеру?

— Конечно ты, а когда вы наконец с князем завершите брачный ритуал, ты сможешь куда больше. Как его равная, Надин. Я сделала тебя равной Максимилиану. Ты станешь не высшей вампиршей, ты станешь архивампиром. Я хорошо помню, что ты, еще будучи Самирой, боялась того постыдного факта, что высшим требуется пить кровь, в то время как архивампиры от нее не зависят.

— Исключение составляют лишь опасные для жизни ситуации. — Я задумалась.

А с чего вдруг богиня так со мной разоткровенничалась? В первую нашу встречу она меня запугивала, а тут чуть ли не как с подружкой общается.

— Я уже объясняла, что напрямую могу вмешиваться лишь в определённых ситуациях, не нарушающих равновесия. Во время брачного ритуала я давила, проверяла тебя и подталкивала к нужному решению. Сейчас в этом необходимости нет. Ты станешь архивампиром. Моим детищем. Даже люди защищают своих детей.

Вот значит как. Не просто богиня, а союзница и покровительница. Сложно принять такое и поверить тоже, однако выбора-то у меня нет.

— Я сделаю тебе еще один подарок. Я дам возможность перемещаться между мирами, не физически, а так, как ты уже путешествовала. Ты сможешь наблюдать за жизнью на Земле. А если захочешь, то и покажешь Землю мужу.

— И все равно не понимаю, почему вы просто не уничтожили Дариона и Зоргану. Вы же их покровительница.

— Они под защитой иного бога, я не могу, но можете вы, — сухо ответила она. — Предают не за один день, Надин. Дарион был искренне привязан к наследнику княжества Багра. Все изменилось после гибели матери Максимиллиана. Князь в ярости уничтожил не только родителей Дариона, которые обеспечивали защиту княгини, но и человеческую девушку, в которую Дарион был влюблен.